Обольстительное пламя - Эйдзи Нацубара

Это он толкнул ее прямо на нож. Дзёкити не видел никого, кроме Аи, и совсем не заметил, как подкрался Гиндзи.

Мерзавец в последний раз злобно дернул голову девушки и отпустил. Тело медленно завалилось назад.

– Все, больше ты мне не нужна. Думал, будешь моей – успокоишься. Ан нет, оказалась тупая. Раз так захотела сдохнуть в храме, пожалуйста. Сейчас твой любимый монашек тебя еще и отслужит как полагается, – ухмыльнулся он, устало вздохнул и вышел.

Лишь теперь Дзёкити пришел в себя и вскочил.

– Ая! Ая! Держись!

Кровь так и била, но девушка еще не умерла. Монах стиснул ее руку. Нож по-прежнему торчал из горла, тем не менее Дзёкити понимал, что его уже поздно вынимать.

Ая словно хотела что-то сказать. Каждая попытка выдавить хоть звук из пронзенного горла заканчивалась только бульканьем крови. Девушка не сводила глаз с Дзёкити, а по щекам лились слезы. Мгновения, казавшиеся вечностью, неумолимо истекали, а взгляд умирающей гас. Внезапно глаза Аи растворились в орбитах, потемнели и провалились. На лбу из-под кожи пробились рога.

– Что?..

От изумления Дзёкити даже забыл о скорби и инстинктивно отстранился. Ая жутковато улыбнулась, а затем вскочила, как ужаленная, и бросилась на монаха. Она впечатала его голову в соломенный мат, вытащила из горла нож и собралась вогнать острие в шею жертвы, однако Дзёкити удалось перехватить ее руку. Правда, если прежде это было несложно, то теперь в Ае проснулась нечеловеческая сила.

– Пре… крати, – просил монах, глядя, как сверкающее лезвие опускается к нему.

Девушка так плотно прижимала его голову к полу, что слова давались с неимоверным трудом.

– Не уби… вай… пожа… луйста!

Вдруг хватка ослабла. Словно ведомый чьей-то рукой, Дзёкити отобрал у нее нож, вывернул запястье и опрокинул Аю на бок. Приклеенная улыбка померкла, а клинок вонзился по самую рукоять ей в грудь. Поняв, что натворил, Дзёкити отпрянул.

– Нет, я… я не хотел!..

Ая обмякла, с нее слезла кожа, а затем девушка рассыпалась песком и исчезла. По лицу Дзёкити, залитому кровью, побежали слезы.

– Я!..

Он упал туда, где только что лежала Ая, не в силах пошевелиться.

С тех пор как сбежал из храма, Дзёкити слонялся по всему Эдо. Бритая голова обросла, лицо покрылось щетиной, и все равно женщины к нему тянулись. Молодой человек, из которого вытянули всю душу, безропотно выслушивал их, брал протянутые монеты и брел дальше в поисках места, где бы ему умереть.

– Вижу, ты сталкивался с демонами, – вдруг обратились к нему.

В тот день Дзёкити напился до забытья и сидел в грязи, прислонившись к статуэтке Дзидзо на обочине. Он поднял опустевшие глаза.

Перед ним стояла сухопарая женщина лет тридцати пяти в безупречном, без единой складочки черном кимоно из шелкового крепа.

– Нет, не просто сталкивался. Тебя чуть не убили. И раз ты все еще жив, значит, вышел из схватки победителем.

– Кто вы? – безжизненным голосом спросил Дзёкити.

– Хозяйка одного крупного борделя в Ёсиваре, «Куроба-я». Не хочешь у нас поработать? Не будешь отлынивать – предоставлю пищу и кров. Все лучше, чем вот так прозябать, – ответила О-Кику, оглядывая потрепанного молодого человека.

– Простите, я никуда не пойду.

– Что ты натворил, что тебя попытался убить демон?

У Дзёкити помутнело перед глазами, и он злобно уставился на О-Кику.

– Ого, сначала мне показалось, что ты уже распростился с жизнью, но, похоже, в тебе еще остались силы. Судя по тому, что его убил полный профан, демон был слабенький. Пока они не полностью обратились, их легко поколебать. Кажется, тварь не до конца уверилась, что хочет тебя уничтожить.

Дзёкити скрипнул зубами и отвернулся.

– Наш бордель не только удовольствиями торгует: мы принимаем заказы на изгнание демонов. Твоя помощь бы пригодилась. Нам очень нужны люди с боевым опытом.

Падший монах не верил женщине, которая ничуть не считалась с приличиями и не обращала внимания на желание собеседника уйти от разговора. В то же время он почувствовал, как в окаменевшем сердце что-то наконец пошевельнулось.

– Изгнание… демонов?

– Да. Пока что мы набираем людей. Ну так? Расскажешь, что за тварь ты убил, как она стала демоном и почему ты выжил?

Дзёкити снова посмотрел на женщину и наткнулся на ее испытующий взгляд.

Так молодой человек и очутился в «Куроба-я». И Кобэй, и слуги с большим одобрением приняли нового усердного и аккуратного работника. Понравился он и куртизанкам: те старались с ним заговорить при любом удобном случае. Однако Дзёкити каждый раз вспоминал Аю и не смел смотреть девушкам в лицо.

О-Кику сама сообщила в Дзикёдзи, куда подевался беглый монах. Молодого человека никто не ограничивал в посещении храма, и он много раз мог бы сам повидаться с Антоку, но стыдился показаться ему на глаза.

– Скоро вам дадут первое задание, только сперва придется еще немного подготовиться. Ты пока учись обращаться с сякудзё.

О-Кику объяснила, что сначала нужно договориться с ключевым участником вылазок. А до тех пор Дзёкити старался забыться за работой и тренировками. Он учился сражаться вместе с Гондзо, которому тогда было двадцать шесть: они вместе осваивали тонкости боя с посохом и ваджрой. Здоровяка О-Кику наняла примерно тогда же, когда и падшего монаха, и он устроился в «Куроба-я» поваром.

Прежде Гондзо готовил для рётэя в районе Уэно и обладал недюжинным мастерством, чем сразу полюбился работницам, а уж когда они узнали его уравновешенный нрав, и вовсе прониклись к новому повару большим доверием. Если девушки приходили пожаловаться на клиента, он обычно спрашивал, нет ли у обидчика крестообразной отметины на пупке: Гондзо объяснял, что это, мол, верная примета и по ней легко опознать мужчину, поднимающего руку на женщин. Куртизанки смеялись и ему не верили, но каждой было приятно, что великан так о них печется.

– Господин Гондзо, вам тоже доводилось сражаться с демоном? – спросил Дзёкити во время учебного поединка в одном из домов борделя, расположенном в районе Нэгиси.

– Просто Гондзо. Я не сильно тебя старше, – поправил здоровяк, утирая пот полотенцем. – Так, в семье кое с кем беда вышла… Вот и вся история.

Голос мужчины звучал спокойно, лишь на лицо легла тень. Соперник понял, что тот точно так же винит себя, как он сам.

– Дзёкити! Гондзо! Мы воды принесли!

– Какие же вы сильные! Вот бы и мне поскорее стать взрослым! Тоже буду оружием красиво махать!

Десятилетние близнецы Тоёдзиро и Эйдзиро хвостиком таскались