Ветвь Корреа. Изменяющие реальность - Герман Витальевич Рыльский

времена СМЕРШа разведчики, попав в руки врагу, раскусывали капсулу с цианидом, вшитую в воротник. Яд действовал мгновенно. Когда Кирилл стоял по ту сторону подоконника, он словно раскусил капсулу, полную ужаса, непонимания и растерянности. Этот жуткий коктейль парализовал тело, затуманил разум и привёл к тому, что Розалинде пришлось вытаскивать его на улицу, словно куль с мукой. Но ступор длился недолго. Ещё работая на СВО, Матюшин убедился, что его психика достаточно пластична. В критической ситуации, когда другие замирали на месте, он продолжал действовать. Сейчас бывший военкор поднялся на ноги даже раньше Розалинды и протянул ей руку. Девушка ухватилась за его кисть, встала. Из комнаты послышалась какая-то возня, и тусклый свет ночника заслонила плечистая фигура.

Задний двор, куда выходило окно, был погружён во мрак. Лампочка светила рыжему гиганту в спину, поэтому казалось, что проём загородил плоский чёрный силуэт наподобие тех, что можно увидеть в тире. Здоровяк повернулся боком и сел на широкую доску подоконника. За ним маячила девушка в облегающем костюме воина-шиноби. Она сделала шаг вперёд и поднесла ко рту бамбуковую палку, которая наверняка возникла из вихря единиц и нулей, как и её самурайский меч. Раздался приглушённый хлопок. Кирилл моргнул, а когда открыл глаза, увидел, что рука Розалинды замерла в сантиметрах от его переносицы. Пальцы девушки держали короткий дротик с оперением. Само по себе остриё иглы не могло нанести серьёзного увечья (если, конечно, не целиться по глазам), а значит, несло отраву.

Кирилл воспринял как должное, что девушка-ниндзя, убившая охранника метательной звёздочкой, использовала духовое ружьё, а не пистолет. Куда больше его удивила Розалинда, на лету перехватившая дротик. Для такого требовалась сверхчеловеческая реакция.

Гигант зашевелился, явно намереваясь перекинуть ноги через подоконник и спрыгнуть на землю, но почему-то вдруг передумал и подался назад. Видимо, сообразил, что при его габаритах протиснуться в оконный проём будет не так просто, и решил побыть джентльменом, пропустив девушку. Азиатка метнулась вперёд. Духовое ружьё рассыпалось чёрными точками, которые тут же приняли форму самурайского меча с круглой гардой. Её атака казалась неотвратимой, как бросок чёрной мамбы, – к Розалинде и Кириллу приближалась сама смерть в человеческом обличье. Секунда, и напарница Рыжебородого уже сидит на подоконнике, демонстрируя чудеса растяжки: в такой позе (ноги поджаты, колени смотрят в стороны, корпус чуть наклонён) художники комиксов любили изображать Человека-паука. Лезвие катаны угрожающе покачивалось.

– Бежим! – крикнул Матюшин, делая шаг назад.

Розалинда не отреагировала, лишь отшвырнула в сторону дротик. А в следующую секунду, практически одновременно, произошли три события. Ниндзя подалась вперёд, Розалинда махнула в её сторону рукой, и оконные створки резко захлопнулись. Две крестообразные рамы ударили азиатку по лицу, стёкла со звоном разбились. Чёрная фигура с мечом исчезла из поля зрения, рухнув с подоконника на пол. Рыжебородый взревел и толкнул раму, но та не поддалась. Кирилл не понимал, какая неведомая сила заставила створки захлопнуться и что продолжало держать их сейчас. В голове мелькнуло слово из лексикона писателя-фантаста – телекинез. Верзила принялся рубить окно секирой. Затрещало дерево, во все стороны полетели щепки и осколки стекла. И тут перед Розалиндой, прямо в воздухе, возникло нечто, похожее на плоскую витрину, разделённую на множество ячеек.

– Чёрт! – вырвалось у Кирилла.

Стало светлее – полупрозрачный ящик тускло мерцал, освещая сломанные кусты, бревенчатую стену и саму Розалинду (которая успела переоблачиться из вечернего платья в джинсы и футболку с каким-то незнакомым логотипом). В воздухе висела самая настоящая объёмная голограмма! Она загородила окно и часть стены, так что Кирилл перестал видеть рыжебородого, остервенело орудующего секирой.

В каждой секции находился какой-то предмет. Мужчина мельком заметил множество ножей и стилетов, с десяток кристаллов различных оттенков и форм, несколько колец и массивных браслетов. Были здесь и совсем уж странные вещицы – покрытый слизью гриб с фосфоресцирующей шляпкой; корона из тёмного металла, усыпанная камнями; маленькая, размером с апельсин, высушенная голова с впалым носом и зашитыми глазами. Но большинство ячеек занимали флаконы и баночки со всевозможными снадобьями. В нижнем правом углу каждой ячейки висела объёмная цифра чёрного цвета. Числа были разные, от единицы до сотни.

– Что это за фокусы?.. – пробормотал Кирилл. Витрина, вмещавшая коллекцию странных предметов, вызвала у него каскад смутных ассоциаций.

«Я уже где-то видел подобное…» – подумал он.

Розалинда схватила с нижней полки небольшой металлический цилиндр, возле которого висела цифра «1». Ячейка опустела, а единица сменилась на ноль. Голограмма погасла, провисев в воздухе не больше трёх секунд, но цилиндр не исчез. Едва девушка взяла его из ячейки, он стал плотным, материальным.

– Лучше задержи дыхание, – Розалинда подняла цилиндр и швырнула его о землю. Под ногами хлопнуло, и пространство заволокло густым дымом. Запахло порохом, в ноздрях защекотало.

Писатель почувствовал на запястье тонкие пальцы.

– Вот теперь бежим!

Просить дважды не потребовалось. Кирилл сорвался с места, доверившись Розалинде. Позади них раздался треск дерева – судя по звукам, рыжий боров справился с рамой и начал протискивался сквозь оконный проём.

Плотная серая завеса расползлась далеко. Каким-то чудом избежав столкновения с лавочкой, деревом или другим препятствием, беглецы очутились на одной из многочисленных тропинок, усыпанных гравием. Дым за их спинами понемногу рассеивался.

– Откуда ты вытащила шашку?

– Из инвентаря.

– Что?

– Из раздела экипировки. – Розалинда, всё ещё сжимавшая руку Кирилла, огляделась и поволокла его туда, где между сосен залегали густые тени. Беглецы сошли с тропинки. – Нам нужно укрытие, место, где нас не найдут.

– Значит, из раздела экипировки, – повторил Матюшин. – Ну-ну…

– Или транспорт, чтобы уехать подальше. Ты без машины?

– Без. Я сюда на самолёте прилетел.

В романе «Неоновые джунгли» министры подменили давно умершего вождя голограммой. Работая над книгой, Кир Матов подробно изучил технологию голографических изображений. Это была трёхмерная запись света, отражённого объектом, сделанная при помощи лазеров. Вполне понятный с точки зрения физики трюк. Но когда Розалинда вытащила дымовую шашку из «раздела экипировки», пучок световых волн стал материальным предметом. С точки зрения Кирилла, на его глазах произошло невозможное, как если бы девочка с картины Серова запустила в посетителей Третьяковской галереи персиком. Но Розалинда, умевшая превращаться в поток единиц и нулей, явно знала о природе вещей больше Кира Матова с его школьным курсом физики.

– Кто эти люди? – спросил Кирилл, решив, что это всё-таки важнее, чем природа голографической витрины.

– Это не люди, – отозвалась девушка.

– А кто?

– NPC.

– Чего-чего?

– Эн-пи-си. Аббревиатура от «Non-player-character». Неигровые персонажи, если так понятней.

Кирилл не чурался компьютерных игр, считая их неплохим тренажёром стратегического мышления и реакции. Дома у него имелась и современная приставка, и