Хроники Аластора 1-3 - Джек Холбрук Вэнс

– Значит, он может напасть на Шаррод?

– С его стороны следует ожидать чего угодно.

Эфраим жестом отпустил камергера – тот поклонился и ушёл.

Исп перешёл в умбер. Эфраим и Лоркас приступили к терпеливому изучению планов странга Бен-Буфаров, снова и снова прослеживая головоломные пересечения потайных ходов, составляя упрощённые схемы и снабжая их своими обозначениями. Винтовая лестница в конце коридора за трапезной, по-видимому, просто-напросто сокращала путь из покоев кайарха на второй этаж башни Джагер. Настоящие мерк-ходы радиально распространялись из небольшого круглого помещения рядом с парадной гостиной – эти узкие туннели пронизывали все стены замка, пересекаясь и соединяясь, поднимаясь и спускаясь. На схемах каждый мерк-ход был заштрихован цветными полосками того или иного оттенка – каждый позволял подглядывать и подслушивать за происходящим в жилых апартаментах, коридорах и залах, пользуясь всевозможными глазками, перископами, решётками вентиляционных отверстий и увеличительными видоискателями.

От бывших покоев канга Эфраима и из комнат канга Дестиана тоже отходили радиальные туннели, но менее многочисленные, причём в них можно было тайно проникать из мерк-ходов кайарха. Мрачно поёжившись, Эфраим вообразил себя в нелепом рогатом шлеме с маской, целенаправленно шагающего по секретным коридорам. Чьи комнаты он посещал во мраке, внезапно отодвигая потайную дверь? Он представил себе лицо лиссолет Стелани, бледное и напряжённое, с горящими чёрными глазами и полуоткрытым ртом, выражающее эмоции, невыразимые для неё самой…

Эфраим вернулся к изучению красной папки и в десятый раз просмотрел сопровождавший планы перечень обозначений с подробными описаниями замков и пружин, открывавших замаскированные выходы, а также устройств сигнализации, предупреждавших кайарха о попытках использования мерк-ходов без его ведома. Выход в гостиную из круглого помещения «Скарлатто», где начинались туннели, преграждала железная дверь, защищавшая кайарха от вторжения. Другие подобные двери блокировали стратегически важные узловые пересечения проходов.

Вынужденные довольствоваться поверхностным знакомством с лабиринтом, Эфраим и Лоркас встали из-за стола, прошли в парадную гостиную и остановились у внутренней стены. Наступила тяжёлая тишина.

– Кто знает? – пробормотал Лоркас. – Всё может быть… Не исключено, что нас ожидает подвох – волчья яма, ядовитая паутина… Скорее всего, меня просто подавляет общая атмосфера вашего замка. В конце концов, руны не убивают – пока не наступит мерк.

Эфраим ответил нетерпеливым жестом – Лоркас точно выразил мысли, носившиеся у него в голове. Подойдя к стене, он нажал на несколько декоративных выступов в последовательности, указанной на плане. Незаметная потайная дверь дрогнула и отодвинулась в сторону. Они поднялись по каменной лестнице на круглую площадку Скарлатто. Звуки шагов поглощались тёмно-багровыми ковровыми дорожками, под сводом горела люстра из двадцати точечных светильников. Из каждой панели, покрытой чёрной и красной эмалью стенной обшивки, выступало барельефное, почти плоское мраморное изображение мужского шлема-маски. Каждый барельеф напоминал лицо, искажённое той или иной преувеличенной эмоцией, на каждом была надпись, высеченная неизвестными иероглифами. В шести нишах поблёскивали зеркала и экраны, позволявшие наблюдать за парадной гостиной с разных точек зрения. Лоркас тихо спросил голосом, дополнительно приглушённым акустическими особенностями помещения:

– Вы замечаете запах?

– Пахнет коврами… пылью.

– У меня чуткое обоняние. Я различаю аромат духов – точнее, травяной эссенции.

Застывшие под мертвенными лучами светильников, они напоминали два безжизненных манекена.

Лоркас снова нарушил молчание:

– Той же травяной эссенцией пахнет, когда мимо проходит Сингалисса.

– По-вашему, она здесь была?

– Совсем недавно – подглядывала, слушала, пока мы обсуждали планы замка. Железная дверь на лестницу открыта настежь.

– Мы её закроем. А теперь мне пора спать. Позже мы запрём на замки все остальные двери в проходах, чтобы тут больше никто не бродил и не шпионил.

– Предоставьте это мне! Мне страшно интересно, и я совсем ещё не устал.

– Воля ваша. Учтите, крайке могла установить свою собственную сигнализацию.

– Я буду предельно осторожен.

Глава 7

Эфраим проснулся в спальне кайарха и лежал в полутьме. Часы на камине показывали, что наступил ауд, но Фурад и Маддар должны были скоро зайти, уступив небо прохладному испу. Второй циферблат часов указывал суточное порт-марское время – Эфраим проспал семь часов, больше, чем намеревался.

Глядя на высокий свод, Эфраим размышлял о положении, в котором он очутился. Его преимущества можно было пересчитать по пальцам. Он правил прекрасной горной долиной из замка, полного очарования древности. Ему удалось как минимум частично нарушить планы врага – или врагов. Теперь неприятелю – неприятельнице, неприятелям? – тоже приходилось поломать голову. Следовало ли терпеть дальнейшее пребывание противников в странге Бен-Буфаров? Если да, с какой целью? Эти люди были с ним в Порт-Маре, когда его лишили памяти… Одна эта мысль заставила Эфраима задрожать от ярости и вскочить с постели.

Он выкупался и позавтракал – если это можно было назвать завтраком – холодным мясом с хлебом и фруктами, найденными в трапезной. Не понимая обычаи рунов, такое меню можно было бы счесть намеренным оскорблением… Эфраим задумался о введении новшеств. Почему руны должны вести себя с преувеличенной брезгливостью, когда триллионы других людей пируют весёлыми компаниями, нисколько не обеспокоенные неприличностью поглощения пищи? Но нарушение традиций в одиночку вызвало бы лишь отвращение и осуждение. Решение проблемы приходилось отложить.

В шкафах гардеробной Эфраим нашёл одежду, оставленную им, по-видимому, шесть месяцев тому назад, – на его взгляд, одежды было немного и она отличалась чрезмерной весёлостью расцветки. Он снял с вешалки и рассмотрел кафтан горчичного цвета с чёрной узорчатой вышивкой и алой подкладкой – щегольской наряд, несомненно подчёркивавший достоинства внешности молодого канга в дружеской обстановке.

Хмыкнув, Эфраим перешёл к изучению других костюмов. Теперь он пожалел о том, что не уделил больше внимания гардеробу кайарха Йохайма. Он успел лишь мельком взглянуть на него – осталось только общее впечатление подобающей владетелю сдержанной элегантности.

Эфраим задумчиво вышел в парадную гостиную и вызвал Агнуа. Камергер был чем-то смущён – его бледно-голубые глаза бегали и, пока он кланялся, пальцы его больших холёных рук нервно сжимались, будто он разминал в кулаках комки глины.

Прежде чем Эфраим успел к нему обратиться, Агнуа торопливо произнёс:

– Ваше могущество, эйодархи Шаррода просят предоставить им аудиенцию в кратчайшие возможные сроки. Если это устроит ваше могущество, они желают встретиться с вами через два часа.

– Аудиенция подождёт! – прорычал Эфраим. – Следуйте за мной. – Он провёл Агнуа в гардеробную, встал посреди комнаты и остановил на лице камергера холодный взгляд, заставивший того испуганно моргнуть. – Как вы знаете, меня не было в Шарроде почти шесть месяцев.

– Так точно, ваше могущество.

– Мне пришлось пережить немало неприятностей, в том числе инцидент, вызвавший частичную потерю памяти. Я говорю об этом, полагаясь на ваше умение держать язык за зубами.

– Естественно, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы оправдать доверие вашего могущества, – запинаясь, проговорил Агнуа.

– Я