Возвращение - Марцин Подлевский

***

Согласно расчетам местоположения Вайз, менее чем через лазурную неделю «Лента» отделилась от сил К-флота и начала одиночный полет к сложной сети взаимосвязанных дыр и глубинных искр.

Обновленный благодаря данным Машины и синхронизации Потока Галактический кристалл позволял Пин вносить собственные коррективы в маршрут. Плюсом было то, что он был значительно оптимизирован, минусом — необходимость дюжины остановок и обычных перелетов, самый длинный из которых должен был занять почти месяц.

В окрестностях сектора, куда они направлялись, — CYG 0B3 в Рукаве Ориона — имелись две отмеченных Единством глубинных дыры, ведущие либо на дальний восток, либо на галактический юг — вглубь Внутренних систем и самой Лазури. Если они хотели сбежать и укрыться где-нибудь в Выжженной Галактике, то именно это место давало им наилучшие шансы. Но пока до CYG 0B3 было еще далеко, и им не нужно было принимать никакого решения.

Потенциальное поведение Джареда тоже имело значение: Миртон не знал, останется ли машина с импринтом верна ему или подчинится приказу Лазурного Совета — а значит, и самого Единства, — обратившись к Совету Согласия, чтобы поддержать переговоры человечества с машинами. С этой точки зрения лучше всего было бы отпустить Джареда, предварительно организовав для него удобный транспорт — хотя бы ТрансЛинию до Среднего рукава Трех Килопарсеков.

Что касается остальных, то на «Ленте» царила довольно своеобразная атмосфера.

Во-первых, было заметно, что уже почти уверенная в Джареде Пинслип вдруг начала избегать его, причем больше обычного. Кроме того, казалось, что Джаред с большим успехом тоже избегает ее. Время от времени Пин покрывалась непонятным румянцем при виде оружейника, который несколько раз безуспешно пытался завязать с ней разговор. Пикантности ситуации добавлял тот факт, что Вайз бросала взгляд на Джареда, когда была уверена, что он ее не замечает; бывало и так, что она слонялась у оружейной, но уходила, как только Джаред выходил за порог. Джаред, впрочем, вел себя точно так же.

Во-вторых, Месье стал гораздо чаще, чем обычно, тянуться к алкоголю. Казалось, он забыл о своем влечении к Пин — или, скорее, его желания по отношению к ней поутихли. Вместо этого он садился с полной бутылкой рядом с измученным Харпаго, полушепотом бормоча про себя обрывки предложений, утверждений и монологов, которые невозможно было расшифровать даже с помощью программ и прослушек, имеющихся в Сердце.

В-третьих, заинтересовавшийся всем этим Хаб Тански становился странно бесхарактерным. Если раньше он изредка сидел в Сердце, но при этом заглядывал в СН или столовую, то теперь он редко выходил из своей каюты, хотя там ему почти нечего было делать, кроме как подтверждать автоматизацию полетов. Компьютерщик молчал чаще обычного и не отпускал своих ироничных замечаний — или, по крайней мере, делал это реже, укутавшись в плащ мрачного молчания.

Наконец, в-четвертых, Эрин Хакл выглядела гораздо спокойнее и увереннее. Казалось, она вновь обрела юмор, и по ее лицу начала блуждать легкая, все еще застенчивая улыбка. Странное спокойствие в СН и долгий, скучный полет, похоже, пришлись ей по душе: она полностью сосредоточилась на работе по пилотированию в соответствии с указаниями Вайз.

И полет действительно был скучным: пока что они не встретили ни пиратов, ни даже обычных транспортов, двигаясь по малопосещаемой линии. Она воспользовалась этим обстоятельством, зная, что скоро их ждет настоящая серия коротких прыжков, не считая проходов через дыры и глубинные искры.

Кто знает, может быть, это был их последний спокойный полет?

По данным синхронизированного Потока, который Согласие успело назвать Синхроном, Консенсус завершал захват Приграничных княжеств и ксеноформирование тамошних планет. Большая часть потерь, не считая флотов самих княжеств, пришлась на долю Пограничной Стражи, которая благодаря Синхрону сумела собрать свои разрозненные силы в некое подобие сети сопротивления, прикрывающей стратегические точки Внешнего Обода. Хотя и многочисленные, они все же оказались слишком слабы, чтобы остановить Вернувшихся. Утверждалось, что армада машин вот-вот отправится навстречу волне Чужаков, но здесь все было неясно — переговоры между человечеством и Единством все еще продолжались.

Так или иначе, война разгоралась всерьез.

От нее можно было бежать — что они и делали, — но невозможно бежать вечно. Поэтому «Лента» проглатывала все больше парсеков, и от всасываемой информации настроение у них становилось все хуже и хуже. И именно это настроение привело Миртона Грюнвальда к решению.

— Я говорил с Джаредом, — сказал он во время короткой встречи с экипажем в капитанской рубке. — Как вы знаете от Вайз и Хакл, мы собираемся начать серию прыжков, ведущих к CYG 0B3. Что мы будем делать после этого, зависит не только от меня, но и от вас. В данной конкретной ситуации мы введем немного демократии. Мы вместе решим, пойдем ли мы с Джаредом на Лазурь или отпустим его и перережем поводок Согласия.

Он посмотрел на них, но никто не выдал никаких комментариев.

— Хорошо, — признал он. — Тогда пора отдать последний капитанский приказ, прежде чем мы вместе примем решение. Вот он: мы все переходим в стазис. Пилотировать «Ленту» будет Джаред, который при необходимости возглавит наше воскрешение. Его дело, — твердо добавил он, заметив, что и Хаб, и Месье открыли рты, — на данный момент и наше дело тоже. Когда мы доберемся до дыр в CYG 0B3, мы подумаем, что делать дальше. Но я уже сказал, что не стану удерживать Джареда, если мы решим бежать, а он захочет уйти. Я также попытаюсь отменить импринт… если у меня получится. Единство теперь наш союзник. Так что заложники нам не нужны.

Он снова сделал паузу, вглядываясь в их лица. Спокойная Эрин, слегка нервничающая Пинслип, угрюмый Месье и Хаб, который молчал, словно под заклинанием. И, наконец, Джаред, чьи прекрасные черты, казалось, ничего не выражали.

— А теперь приказы, — наконец объявил он. — Мы установим таймер через десять часов, как только выйдем на траекторию полета к бую. Эти десять часов будут напряженными, никаких пуков в табуретку. Месье, управление машинным отделением, Тански, системы. Хакл, я хочу, чтобы навигационная консоль была чистой и переведенной в режим полета. Вайз, проверь разработанный маршрут на симуляторе кастрированного ИИ. Джаред, помоги Эрин и Пинслип. Это все. Приступайте к работе. И никаких сюрпризов, — добавил он, когда они покидали каюту. — Все должно пройти красиво и гладко. Когда я выйду из стазиса, я хочу улыбаться.

Но ему было очень далеко до улыбки.

***

Ей показалось, что ее воскресило серебро.

Она