Леди пепла - Мелисса Рёрих

Сверкнувшее вновь лезвие отсекло второе крыло, и обе женщины камнем устремились вниз. Крики Веды пронзали ночную тишину.

– Ты убьешь нас обеих, сумасшедшая сучка! – вопила она.

Капли крови, падающие на лица наблюдателей, становились все больше, но никто не отводил взгляда.

Появившийся из ниоткуда теневой дракон подхватил Скарлетт, а Веду она от себя оттолкнула.

Мараанская леди снова заорала. Вдруг ее туловище опоясали полосы белого пламени, удержавшие в нескольких футах над землей. Веда дернулась, из ее горла вырвался очередной крик. Скарлетт изящно спрыгнула на траву, ее теневой дракон растворился в ночи. Пламя исчезло, и Веда плюхнулась на спину, издав еще один агонизирующий вопль.

Заведя руку себе за спину, Скарлетт медленно вытянула из ножен духовный меч, который каким-то непостижимым образом умудрилась не потерять во время свободного падения. Ее лицо было забрызгано кровью, алеющей на коже цвета слоновой кости. Никто не двигался, даже фейри.

– Ах, Веда, – прицокнула она языком, перекидывая ногу через поверженную противницу и вставая прямо над ней. – Неужели ты до сих пор не поняла?

– Поняла что? – закашлялась Веда, и из ее рта брызнула кровь.

– Леди Тьмы не может умереть, – промурлыкала Скарлетт, склоняя голову набок. – Зато мараанские лорды могут. Мне доводилось прикончить одного. Можно ли убить мараанскую леди тем же способом? Признаюсь, мне до смерти хочется это узнать.

– Она меня пугает, – тихо прошептала Тава, прижимаясь к Каллану.

– Ты даже не представляешь, насколько, Лисенок, – пробормотал Каллан, обнимая ее за талию.

– Этот меч не из ширастоуна, – прохрипела Веда, пытаясь оттолкнуться руками, чтобы встать, но они скользили по траве, пропитанной ее собственной кровью, которая текла по спине.

– Хм,– пробормотала Скарлетт, притворяясь, что изучает клинок. – И правда. – Подняв голову, она встретилась взглядом с Ведой. – Однако те серафимы, которых я сожгла, были мертвее мертвого, когда я с ними закончила.

При этих словах лезвие ее меча охватило ослепительно-белое пламя, осветившее весь двор. Каллан отпрянул, прикрывая лицо, чтобы дать глазам время привыкнуть. Тава уткнулась ему в грудь, а когда попыталась обернуться, чтобы узнать, что происходит, он не дал ей этого сделать и зажал ее уши руками в попытке заглушить крики Веды.

– Не смотри, Тава, – хрипло произнес он, глядя, как Дева Смерти вонзает меч в бедро Веды.

– Это тебе за Кассиуса, – объявила Скарлетт голосом настолько смертоносным, что Каллан оттащил Таву еще дальше.

Каким бы ужасным ни было зрелище, он едва ли мог сказать, что сожалеет. Ведь его пытались заставить жениться на этой твари, корчащейся сейчас на земле. Его жизнью манипулировали, вынудили спасаться бегством.

– Это за Таву, – продолжала обличать Скарлетт, полоснув Веду мечом по ключице. Лезвие глубоко вошло в плоть и отсекло руку чуть выше запястья. – А это за то, что считаешь, будто имеешь право прикасаться к Каллану.

С губ Веды срывались обрывочные слова, становясь все более бессвязными.

– Это за то, что думала, будто сможешь меня одурачить. – Продолжая пытку, Скарлетт вспорола ей живот. Последний удар пришелся по горлу мараанской леди. Отбросив меч, Скарлетт склонилась к ее лицу и объявила до жути тихим голосом, который, однако, услышали все присутствующие: – А это за то, что решила, будто сможешь победить.

Она отступила на шаг. У ног Веды вспыхнуло и быстро поползло вверх по телу голубое пламя. Криков больше не было. Каким-то образом Каллан догадался, что Скарлетт стоит над поверженной противницей, следя за тем, как в той медленно угасает жизнь. Наконец, она отошла.

Сорин поспешил к жене. Проведя кинжалом по своему предплечью, он взял ее за руку и, прорезав рану на ее ладони, приложил ее к своей вспоротой плоти. Скарлетт вроде как не замечала его манипуляций, ее взгляд был прикован к телу Веды, постепенно обращавшемуся в пепел.

Тава зашевелилась, и Каллан убрал руки от ее ушей. Она робко взглянула на Сорина и Скарлетт. Рейнер подобрал духовный меч Скарлетт и вытер лезвие о штаны.

Другой рукой Сорин взял Скарлетт за подбородок, наклонив ее лицо к своему. Она посмотрела ему в глаза. Капли крови на ее лице блестели в лунном свете.

– Ты чертовски красива, – сказал Сорин. – Но, пожалуйста, перестань кататься на треклятом теневом драконе.

На губах Скарлетт заиграла ухмылка.

– Переправь меня домой и предложи альтернативу верховой езде, принц.

Секунду спустя Сорин жадно прильнул к ее рту, обхватив рукой за шею. Ее собственная рука оставалась прижатой к его предплечью.

– О боги! – ахнула Тава, поднеся ладонь ко рту и отводя взгляд. Посмотрев на нее, Каллан увидел, как она покраснела в отблесках догорающего тела Веды.

Прежде чем кто-то успел что-то сказать, ночь прорезал холодный голос:

– Досадно, ваше величество, что вы не пригласили меня разделить веселье.

Все напряженно повернулись к деревьям, из-за которых появились две фигуры. Одна в плаще с капюшоном, другая на четырех лапах и с светящимися в ночи нефритово-зелеными глазами.

Королева Талвин со своим приспешником пожаловала.

Глава 48

Скарлетт

Сорин наклонился и что-то прошептал Рейнеру, который мгновение спустя исчез среди пепла горящего трупа Веды. Ее кровь по-прежнему была размазана по лицу Скарлетт, в венах которой бурлила жажда убийства.

Что до этой расправы, то она стала одной из самых приятных в ее карьере. Подобного удовлетворения после смерти жертвы Скарлетт не испытывала со времен… лорда Уинстона, пожалуй? Или с той ночи, когда заставила ублюдка, сдававшего в аренду совсем молоденьких девушек, подавиться частями собственного тела?

Она предвкушала, что будет чувствовать, когда расправится с Микейлом.

Лордом Тинделлом.

Алариком.

Но сейчас перед ними стоял еще один мужчина, которого надлежало умертвить, а рядом с ним – огромный волк.

– Как невежливо с вашей стороны оставить нас без приглашения, – протянул Тарек. – Вы ранили мои нежные чувства.

– Позволь продемонстрировать, насколько глубоко я могу тебя ранить, – усмехнулась Скарлетт, шагая к нему, но Сорин удержал ее, схватив за локоть.

– Ну-ну, – прицокнул языком Тарек. – Мы оба знаем, что сейчас ты мало на что способна. Дары фейри в пределах поместья подавляются, а ты еще не успела в достаточной мере напитаться от своего Источника, чтобы восполнить ресурсы, затраченные на эту впечатляющую демонстрацию насилия.

– У меня по-прежнему имеется верный клинок, – усмехнулась Скарлетт, принимая протянутый Сорином духовный меч. А ему его передал Рейнер, повинуясь отданному шепотом приказу.

– Ах да. Это может стать проблемой, но…

– Черт! – пробормотал Слоан при виде появившихся из теней фигур.

Дети ночи.

Их тут дюжины!

«Напомни мне, зачем ты только что куда-то отправил Рейнера?» – спросила Скарлетт мужа по их связи.

«Он