Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров

— Так-так-так! — заинтересовался Витькин дядька. Мигом оставил в сторону полную рюмку, которую уже готовился поднести ко рту, и выудил из кармана блокнот с карандашом. — Погоди, Андрей, не части так… Так ты говоришь, наведались?

— Угу, — подтвердил я, дожевывая бутерброд с «той самой», лучшей на свете колбасой. Во мне уже включился мент. — Наведались. Причем не сразу. Выждали немножко. Моя Настя еле-еле уговорила ее замки поменять. Она все отмахивалась, отмахивалась: «Ой, да чего ты, Настенька, тень на плетень наводишь! Отродясь у нас тут краж не бывало! Внизу консьержка сидит, она бдит пуще Цербера! Мимо нее мышь не проскочит, не то что домушник». А он раз — и проскочил!

— Правильно мыслишь, паря! — похвалил меня старый полковник. — Ты сам-то случаем не хочешь в милиции потом работать? Чуйка у тебя имеется. Издалека видно. И с логикой все в порядке. А еще — голова холодная! То, что надо!

— А что? — весело сказал я, не став, естественно, говорить, что еще недавно чуть было не стал подполковником полиции. — Все может быть! Подумаю на досуге!

— Подумай, подумай… — дядька Дорохина взял у отца бумажку с адресом и тоже уставился на нее. — Слушай, Андрей… Говоришь, недалеко от спортшколы девчонку твою грабанули? А адрес школы знаешь?

— Примерно… — нахмурившись, сказал я. — Улицу только помню.

— О-пачки! — воскликнул Валерий Игнатьевич, когда я назвал улицу, где моя Настя и ее брат Дениска занимались фигурным катанием. — Еще одна!

— В смысле? — подал голос Витька.

Приятель ничуть не завидовал расположению, которое оказали мне его родственники. Напротив, Витек только рад был, что сегодня его дядька и дед не завели старую песню о главном. То бишь, не начали его мучить рассказами о том, каким ему надлежит быть, если он собирается служить в органах. Налил себе втихаря пивка в кружку из-под компота и неспешно его посасывал.

— Да в коромысле! — воскликнул Валерий Игнатьевич. — Бухгалтершу, матушку Витькиного приятеля, тоже там грабанули, недалеко. И пацана, который в магазин за фотоаппаратом собрался… Я ж рассказывал.

— А остальных? — живо уточнил я. — На остальных там же напали?

В голове всплыла привычная картинка. Когда я работал в отделе, мы с мужиками помечали на карте «особо интересные места». Те, в которых совершались преступления. Втыкали обычные кнопки и смотрели, гадали — будет ли какая закономерность.

Вот и сейчас у меня в голове складывалась карта. Дядька Дорохина называл районы, в которых совершались нападения, а я то благодаря то ли своему большому опыту, то ли чуйке сразу понял: — все взаимосвязано…

— А остальных поодаль, — вертя в руках папиросу, мрачно цыкнул зубом Витькин дядька. — Но в том же районе. И ты представляешь, к одной тоже наведались… Где-то через недельку. Я этой дурочке говорил, как и ты своим: «Поменяй замки, поменяй замки!». Так нет же. Вынесли телек средь бела дня, пока она на работе была. Хорошо хоть дома никого не оказалось: бабка внучка в секцию повела. А так бы… — Дорохин махнул рукой, изображая удар чем-то тяжелым — и все.

— И что, дядь Валер? Никого так и не нашли?

Надувшийся пива Витька благодушно развалился на потертом диванчике.

— В том-то и дело, что никого! — дядька Дорохина расстроенно хлопнул рукой по столу, да так сильно, что чуть не опрокинул бутылку открытой «Столичной». — Вот зараза! И как же не к месту все это! Олимпиада на носу. Таксистов — и тех пристрожили.

— Угу… — заметил Витька. — Батя Игорька расстроился жутко. Он-то раньше постоянно левачил. По ночам на своей старенькой «бомбил». Какой-никакой приработок. А теперь все, прикрыли лавочку.

— Гадство… — мрачно констатировал Валерий Игнатьевич. — Одно слово: гадство. Если не сцапаем этих ублюдков в ближайшее время, напихают нам по самое «не хочу»…

— Говорю тебе, Валерка! — снова набивая трубку табачком, заметил старый полковник. — Есть у них осведомители. Шестерки то бишь. Тягают сумки у те, кто ворон считают. И относят, куда надо. Сами-то по квартирам шерстить боятся. А еще, Валерка, я тебе зуб свой даю, один из немногих оставшихся — грабанули Андрюшкину девчонку и других не просто так, а по наводке. Ну не бывает так, чтоб десять раз совпало. И в одном и том же месте. А писульку эту, — он взял со стола клочок бумажки с адресом, — лучше бы забрать… Ты, паря, не против?

— Нет, конечно! — с готовностью отозвался я. — Берите, если нужно. — И спохватился, посмотрев на часы: — Бежать мне пора!

Уходя тем вечером от Дорохиных, я, с одной стороны, пребывал в отличном настроении. Еще бы! Встретился с давним другом и сослуживцем. Да и родню его навестил. С другой — в городе продолжала орудовать банда, несмотря на всю бдительность милиции, перед которой стояла серьезная задача искоренить преступность перед Олимпиадой-80.

Кажется, разгадка где-то рядом.

Только я пока не понимал, где.

* * *

Перед тем, как наведаться в училище, я заглянул домой. Так, по мелочи — взять еще пару купюр из честно заработанного трудового дохода и поесть бабушкиного борща. Холостяцкий харч, которым меня потчевали Дорохины, конечно дело хорошее, но с едой, приготовленной заботливыми женскими руками, не сравнится.

А еще я дал одно обещание. И должен был его выполнить.

— Привет! — окликнули меня, когда я подходил к парадной.

Я обернулся.

Снова-здорово. На скамеечке сидел отец. Вид у него был такой же, как и в прошлый раз — при параде и с букетом гвоздик.

— И тебе не хворать! — хмуро кивнул я и хотел было пройти дальше, но отец жестом руки попросил меня остановиться.

Вид у него был такой жалкий, что я не посмел пройти мимо.

— Слушай… — батя, точно нашкодивший первоклассник, не смел поднять на меня глаза. — Андрей… Я тут домой зайти хотел, а там…

— Ой! А что там? — деланно удивился я.

— Так это… — отец мялся. — Ключи не подходят.

— Верно! — кивнул я. — Мы замки поменяли.

— Как это? — захлопал глазами отец.

На мгновение мне его даже стало жалко. Но только на мгновение.

Потому что батя, нахмурившись, вдруг поднялся со скамейки и