Отныне и Вовек - Яков Сергеевич Рябов

разбита. Оргрим Молот Рока вел свои войска через самые опасные и узкие перевалы континента. Артур понимал логику орка: горы лишат Альянс преимущества тяжелой кавалерии и замедлят их продвижение.

Эта война только началась, и Артур знал: впереди их ждут не только кровавые битвы на заснеженных склонах, но и куда более страшные испытания — испытания на верность и предательство. И на этот раз цена ошибки будет равна судьбе всего мира.

Глава 13. Бремя победителей и тени в снегах

Пыль, пепел и густой, удушливый дым все еще висели над истерзанными предгорьями Хилсбрада, когда солнце начало медленно клониться к западному горизонту. Поле недавней битвы представляло собой ужасающее зрелище, от которого содрогнулся бы даже самый закаленный ветеран. Земля, некогда покрытая сочной зеленой травой и полевыми цветами, теперь была выжжена дотла, превратившись в спекшуюся черную корку там, где прошлось всеиспепеляющее пламя багровых драконов. В воздухе стоял тошнотворный, тяжелый запах паленого мяса, пролитой крови, серы и озона — смертельный коктейль, неизменно сопровождающий применение разрушительной тайной магии и демонической скверны.

Король Артур Пендрагон стоял на невысоком каменистом холме, возвышавшемся над равниной, и в полном молчании обозревал последствия первого масштабного столкновения объединенных сил Альянса с Ордой. Его тяжелые пластинчатые доспехи, еще утром сиявшие благородным золотом, теперь были покрыты толстым слоем въевшейся копоти, грязи и темной орочьей крови. Тяжелый походный плащ, изорванный в клочья орочьими секирами, безвольно трепетал на пронизывающем северном ветру. Король бриттов медленно снял шлем, обнажив усталое, изборожденное глубокими морщинами лицо. Холодный ветер Хилсбрада приятно остудил его разгоряченную боем кожу, слизывая капли пота со лба.

Артур опустил взгляд на свои руки, закованные в латные рукавицы, а затем на Экскалибур, покоящийся в ножнах на его левом бедре. Нерушимый клинок разил врагов без устали, рассекая черную сталь и зеленую плоть с пугающей легкостью. Но еще больше Артур был благодарен мистическим ножнам. В пылу битвы, когда строй был прорван натиском гигантских огров и тяжелая кавалерия увязла в рукопашной схватке, вражеские клинки не раз находили цель. Его кольчуга была пробита в нескольких местах, наплечники смяты, но из ран не пролилось ни единой капли крови.

Однако его собственная неуязвимость не приносила радости, когда он видел страдания своих солдат. Внизу, на почерневшей равнине, разворачивалась не менее тяжелая битва — битва за жизни раненых. Артур медленно спустился с холма, тяжело ступая по пропитанной кровью земле. Он проходил мимо импровизированных полевых госпиталей, разбитых прямо среди груд убитых орков и развороченной земли. Стоны, крики боли и тихие молитвы сливались в единый скорбный хор, который был до боли знаком королю. Он слышал эти звуки после битвы при горе Бадон, он слышал их в роковой день на поле Камланна. Война всегда и везде собирала одну и ту же кровавую дань, независимо от того, в каком мире она велась.

Среди окровавленных носилок и суетящихся лекарей выделялись фигуры в сияющих доспехах, от которых исходило мягкое, успокаивающее золотистое свечение. Паладины недавно основанного Ордена Серебряной Длани неустанно трудились, применяя свой новообретенный дар. Артур остановился, наблюдая за Утером Светоносным. Могучий воин, только что сокрушавший черепа орков своим огромным двуручным молотом, теперь с невероятной нежностью возлагал руки на разорванную грудь молодого пехотинца из Лордерона. Золотой Свет струился из пальцев Утера, и страшная рана на глазах начала стягиваться, а бледное, искаженное предсмертной агонией лицо юноши разгладилось.

Неподалеку Артур заметил Туралиона. Молодой паладин сидел прямо на промерзшей земле, привалившись спиной к сломанному колесу осадной баллисты. Его молот лежал рядом, покрытый засохшей кровью и орочьими мозгами. Туралион тяжело дышал, его глаза были закрыты, а губы беззвучно шевелились в молитве. Артур подошел ближе, и звон его шагов заставил юношу открыть глаза.

— Вы оказались правы, милорд, — хрипло произнес Туралион, с трудом поднимаясь на ноги и отдавая честь Верховному Главнокомандующему. — Свет не покинул меня, когда я поднял оружие, чтобы отнять жизнь. Когда тот огр едва не раздавил наш фланг… я не чувствовал ненависти. Я чувствовал лишь отчаянное желание защитить стоящих за моей спиной людей. И моя сила многократно возросла.

— Истинная вера, Туралион, куется не в тишине храмов, а в горниле испытаний, — ответил Артур, положив тяжелую руку на наплечник молодого паладина. В голосе короля звучала глубокая, выстраданная мудрость. — Святость — это не отказ от борьбы со злом. Это готовность взять грех убийства на свою душу, чтобы сотни невинных душ могли жить в мире. Сегодня ты стал истинным рыцарем, мой друг. Отдыхай. Твоя сила понадобится нам завтра.

Оставив паладинов заботиться о раненых, Артур направился к краю поля боя, туда, где начиналась густая кромка леса. Именно оттуда в самый критический момент сражения, когда драконье пламя начало ломать ряды Альянса, пришло нежданное спасение.

Лес встретил короля звенящей, настороженной тишиной. В отличие от шумного, хаотичного лагеря людей, здесь царил абсолютный, почти сверхъестественный порядок. Высокие, грациозные фигуры бесшумно скользили между деревьями, собирая стрелы и проверяя периметр. Эльфийские следопыты из таинственного королевства Кель'Талас. Их зеленые и коричневые плащи делали их практически невидимыми в подлеске.

Навстречу Артуру вышла Аллерия Ветрокрылая. Предводительница следопытов двигалась с грацией хищной кошки, не издавая ни единого звука. Ее длинные золотистые волосы были перехвачены простой кожаной тесьмой, а в пронзительных, светящихся синевой глазах читались усталость и холодный расчет. За ее спиной виднелся изящный, изогнутый лук, который сегодня сеял смерть среди драконов и лесных троллей.

— Мои разведчики докладывают, что основные силы Орды продолжают отступление на восток, — заговорила Аллерия без лишних предисловий. Ее голос был мелодичным, но в нем слышались стальные нотки. — Оргрим Молот Рока отвел уцелевших огров и пехоту в сторону гор. Лесные тролли Зул'джина пытались прикрыть их отход, но мы преподали им урок, который они нескоро забудут. Мы заставили их умыться собственной кровью в этих лесах.

Артур внимательно посмотрел на эльфийку. Он уловил в ее словах жгучую, почти осязаемую ненависть при упоминании лесных троллей.

— Вы спасли армию Альянса сегодня, леди Аллерия, — произнес король, слегка склонив голову. — Если бы не ваш прицельный огонь по наездникам драконов, наша пехота была бы обращена в пепел. Но я должен спросить… Король Теренас отправлял гонцов в Кель'Талас с призывом о помощи. Нам ответили, что эльфы пришлют один отряд во исполнение древней клятвы. Однако почему его возглавляете именно вы?

Аллерия горько усмехнулась, и ее прекрасное лицо на мгновение исказила гримаса презрения.

— Правящий Совет Луносвета и король Анастериан слишком горды и слишком слепы, — ответила она, скрестив