Отныне и Вовек - Яков Сергеевич Рябов

руки на груди. — Они сидят за своими магическими барьерами и считают, что война людей и зеленокожих дикарей их не коснется. Они полагают, что леса Вечной Песни защитят их от любой угрозы. Но я выходила за границы наших лесов. Я видела сожженные деревни в Хилсбраде. Я видела этих орков. А главное — я видела, с кем они заключили союз.

Она сделала шаг ближе к Артуру, и в ее глазах вспыхнул опасный огонь.

— Зул'джин и его лесные тролли Амани — древнейшие враги моего народа. Они ненавидят нас больше всего на свете. Если Орда пообещала им наши земли в обмен на их топоры, значит, рано или поздно эта зеленая саранча постучится в ворота Луносвета. Я не собираюсь ждать, пока они придут резать моих сестер. Я привела своих лучших стрелков по собственной воле, вопреки приказам Совета. Мы будем убивать троллей и орков здесь, чтобы они не осквернили нашу родину.

Артур тяжело вздохнул, узнавая в словах эльфийки до боли знакомую картину. Политика всегда оставалась политикой, независимо от расы и долголетия.

— Гордыня правителей часто оплачивается кровью их подданных, — тихо произнес король бриттов, глядя вглубь темнеющего леса. — В моей Британии короли Севера годами грызлись между собой за клочки земли, отказываясь видеть, как саксы сжигают берега и продвигаются вглубь острова. Они называли меня выскочкой и отказывались объединять армии, пока враг не оказался у их собственных крепостей. Я понимаю вас, Аллерия. Иногда истинный долг требует неповиновения. Альянс принимает вашу помощь с величайшей благодарностью.

Они расстались с чувством глубокого взаимного уважения. Артур направился в центр лагеря, где уже был возведен просторный командный шатер. Внутри, вокруг тяжелого дубового стола, на котором была расстелена огромная, подробная карта Восточных Королевств, собрались высшие командиры Альянса. Пространство освещалось десятком магических светильников, предоставленных магами Даларана, которые отбрасывали ровный, немерцающий свет на напряженные лица военачальников.

Когда Артур вошел в шатер, разговоры мгновенно стихли. Здесь присутствовали Торас Троллебой — суровый, массивный король Стромграда, чьи доспехи были покрыты глубокими вмятинами от орочьих топоров; адмирал Даэлин Праудмур, чье лицо казалось высеченным из серого гранита; и Кадгар.

— Докладывайте, — коротко приказал Артур, сбросив изорванный плащ на руки подбежавшему оруженосцу и подходя к столу.

— Битва выиграна, милорд, но победа далась нам тяжелой ценой, — начал Даэлин Праудмур, его голос был сух и лишен эмоций. — Пехота Лордерона понесла серьезные потери во время драконьих атак. Мы организуем отправку тяжелораненых обратно в Столицу Лордерона и в Южнобережье на повозках. Мои уцелевшие корабли патрулируют побережье, чтобы не дать оркам получить подкрепление с моря. Но главная проблема сейчас — это их отступление.

Торас Троллебой с силой ткнул массивным, закованным в латную перчатку пальцем в центр карты.

— Оргрим Молот Рока уводит свою Орду на северо-восток, — прорычал король Стромграда, и в его голосе явственно слышалось недоумение, смешанное с подозрением. — Они уходят прямо в горы Альтерака.

Артур внимательно посмотрел на указанный участок карты. Горы Альтерака представляли собой массивную цепь заснеженных пиков, глубоких ущелий и узких, извилистых перевалов. Это был естественный, практически непреодолимый барьер, разделяющий север и юг континента.

— Зачем им уходить в горы? — медленно, раздумывая вслух, произнес Артур. — Орда опирается на численное превосходство и тяжелую пехоту. Огры и орки потеряют свое преимущество на узких горных тропах. Там невозможно развернуть строй. Их огромные осадные машины застрянут в снегах. Если они войдут в перевалы, небольшая армия сможет заблокировать их и перебить по частям. Это похоже на тактическое самоубийство.

— Именно! — воскликнул Троллебой, и его глаза сузились. — Я знаю эти горы лучше кого бы то ни было. Земли моего Стромграда граничат с ними на юге, и мы веками имели территориальные споры с Альтераком из-за предгорий. Там есть лишь несколько проходов, в которых могут разойтись две тяжело груженные телеги, не говоря уже о целой армии. Это ловушка для любой наступающей силы. Молот Рока показал себя блестящим тактиком сегодня на равнине. Он не повел бы свои войска в узкое бутылочное горлышко, если бы не был уверен, что выход из него открыт.

В шатре повисла тяжелая, звенящая тишина. Военачальники переглядывались, осознавая страшный смысл слов короля Стромграда.

Кадгар, опираясь на свой посох, глухо кашлянул, привлекая к себе внимание.

— Молот Рока — чужак в этом мире, — заговорил маг старческим, дребезжащим голосом. — Орки понятия не имеют о географии Лордерона. У них нет подробных карт. Они не могли случайно наткнуться на перевалы Альтерака и решить, что это лучший путь на север. Кто-то должен был указать им дорогу. И этот кто-то должен был гарантировать им безопасность прохода.

Артур выпрямился. Его взгляд стал ледяным. Пазл начал складываться в его разуме с математической, неотвратимой точностью. Опыт монарха, чье правление было отравлено постоянными изменами и политическими интригами, подсказывал ему единственный логический ответ. Он вспомнил Совет Наций в Столице Лордерона. Он вспомнил бегающие глазки, дрожащие руки и елейный, трусливый голос правителя слабейшего из человеческих государств.

— Айден Перенольд, — тихо, но так, что имя прозвучало как смертный приговор, произнес Артур Пендрагон. — Король Альтерака. На Совете он открыто призывал нас вступить в переговоры с Ордой. Он предлагал попытаться откупиться от них.

— Этот трусливый ублюдок! — взревел Торас Троллебой, его лицо побагровело от ярости, а рука инстинктивно легла на рукоять меча. — Я всегда говорил Теренасу, что Перенольду нельзя доверять! Перенольд дрожит за свою жалкую жизнь и свои жалкие горы. Он заключил с ними пакт! Я клянусь Светом, он открыл им проходы и отвел свои пограничные гарнизоны, чтобы пропустить Орду прямо в самое сердце Лордерона, к озеру Лордамер!

Вспышка гнева Троллебоя была вполне обоснованной. Если Орда беспрепятственно пересечет горы Альтерака, они окажутся в глубоком тылу сил Альянса. Они смогут нанести удар по Столице Лордерона, которая сейчас охранялась лишь городским гарнизоном и личной гвардией короля Теренаса. Все усилия, вся пролитая сегодня кровь оказались бы напрасными.

Адмирал Праудмур побледнел.

— Если это правда, Верховный Главнокомандующий, мы оказались в критической ситуации. Мы не можем бросить всю армию в погоню за ними через узкие перевалы. Мы увязнем в снегах, растянем наши коммуникации на многие мили, и драконы сожгут нас прямо в ущельях. Но и оставить их мы не имеем права.

Артур закрыл глаза, глубоко вдыхая холодный воздух шатра. Тень Камелота вновь нависла над ним. Предательство. Самый страшный враг, которого невозможно победить на открытом поле боя. Ланселот предал его из-за любви. Мордред предал его из-за жажды власти. Айден Перенольд предавал весь свой вид из-за банального, животного страха. Но Артур больше