Отныне и Вовек - Яков Сергеевич Рябов

массивные железные ворота. Большинство людей бежало в замок, захватив лишь ту одежду, что была на них надета в момент тревоги, а также различные инструменты и другое мелкое имущество, которое они физически могли унести в своих дрожащих руках.

Теренас поглядел вдоль высоких крепостных валов, где спешно занимали боевые позиции его охранники и оставшиеся в резерве солдаты городского гарнизона. Так немного людей, чтобы защитить столь колоссальные стены! Ведь подавляющее большинство его регулярных войск ушло вместе с Артуром, Туралионом и остальными силами Альянса на юг, чтобы встретить врага в предгорьях Хилсбрада. Калия, бледная как полотно, сжимала руку матери. Юная принцесса вспоминала рассказ Артура о рыцаре Балине и жестокости войны. Теперь эта кровавая война смотрела прямо на нее своими тысячами налитых яростью глаз, и единственной надеждой оставалась вера в то, что король бриттов успеет сомкнуть свои челюсти на горле Орды прежде, чем стены Столицы рухнут.

Далеко позади орочьей орды, в ледяном лабиринте альтеракских ущелий, авангард Альянса под командованием Тораса Троллебоя и Аллерии Ветрокрылой спешно закрывал смертельную мышеловку.

Выполняя жесткий приказ Верховного Главнокомандующего, Троллебой со своими элитными стромградскими горцами не стал бросаться в слепую, самоубийственную погоню за основной массой Орды по узким тропам. Вместо этого они методично перекрывали пути к отступлению, отрезая арьергард орков и не оставляя врагу ни единого шанса на маневр. Достигнув первого крупного перевала, ведущего вглубь гор, стромградцы сбросили на него тяжелые валуны, образовав непроходимую каменную кучу на самой вершине прохода. Затем Торас оставил там десяток своих самых проверенных людей для круглосуточной охраны этой кустарной блокады и снова повел отряд в гору, сквозь метель и завывающий ветер.

— Хорошо, — сказал им Троллебой, тяжело прокладывая свой путь на север сквозь глубокий, обжигающий холодом снег. — Займемся теперь следующим.

До следующего перевала было меньше часа изнурительного подъема, и оказалось, что через этот проход также пытались пройти отставшие отряды орков, на которых стромградцы обрушились с безжалостной яростью, падая прямо им на головы. Троллебой на собственном опыте мог подтвердить, что орки были превосходными воинами, большими, неимоверно сильными и жесткими в открытом бою, но у зеленокожих дикарей не было абсолютно никакого опыта ведения войны на пронизывающем холоде в скалистых горах, и они совершенно не привыкли к тактике противников, атакующих их сверху из скрытых засад. Эльфийские стрелы Аллерии не знали промаха, бесшумно находя щели в черной орочьей броне и окрашивая белый снег в багровый цвет.

Второй перевал был взят так же легко и стремительно, как и первый, а третий пал еще легче. Четвертый проход дался воинам Альянса немного сложнее, потому что он оказался самым широким в этой цепи — четыре человека в полных латах могли свободно идти в ряд через него, или же три огромных орка. Из-за этой ширины Троллебою и его солдатам пришлось прыгать вниз в гущу врага группами по четыре человека за один раз, вступая в ожесточенную рукопашную схватку на скользком камне, но вскоре и этот проход был надежно заблокирован; люди сбросили на него огромные валуны и стволы поваленных сосен, чтобы никто из Орды больше не смог пройти через него ни в одну, ни в другую сторону.

Пятый переход, к крайнему удивлению Тораса, оказался чист, по крайней мере, от орочьего присутствия. Троллебой обнаружил там вооруженных воинов, но все они были людьми, одетыми в характерные оранжевые солдатские накидки Альтерака, и они были грамотно и тактически выверено размещены как на скалах выше прохода, так и внутри него самого.

— Стоять! — нервно крикнул один из солдат Альтерака, обнаружив их внезапное присутствие и направив в сторону короля Стромграда свое длинное копье. — Назовите свое имя и скажите, почему вы здесь!

Несколько его товарищей поспешили ему на подмогу, неуверенно сжимая в руках алебарды.

— Торас Троллебой, король Стромграда, — угрожающе и кратко ответил Троллебой, с трудом сдерживая желание обнажить свой огромный меч и разрубить наглеца пополам прямо на месте. Узнав от побледневшего сержанта, что генерал альтеракских войск Хат находится неподалеку, руководя обороной перевала, Торас жестко потребовал немедленно отвести его к нему.

Генерал Хат стоял у массивного командного шатра на самом широком перевале Альтерака — месте, где могли бы совершенно спокойно разъехаться две тяжело загруженные телеги, не рискуя сорваться в бездонную пропасть. Увидев приближающегося Троллебоя в сопровождении охраны, Хат помрачнел, но, соблюдая воинский этикет, отдал честь королю соседнего государства.

Диалог между ними мгновенно перерос в яростный конфликт. Троллебой открыто обвинил все королевство Альтерак и лично короля Перенольда в гнуснейшем предательстве всего человеческого рода. Хат, чье лицо исказилось от внутреннего стыда, боли и отчаяния, попытался оправдать чудовищное решение своего сюзерена, прекрасно понимая, как это звучит со стороны.

— Мы оказались перед лицом нашего полного уничтожения! — резко и с надрывом заявил генерал Альтерака. — Они сокрушили бы нас всех и убили бы наших людей! И никто бы нам не помог вовремя! Перенольд сделал выбор — защитить Альтерак прежде всего. То, как он поступил, возможно, нельзя назвать порядочным, но он спасал жизни жителей Альтерака!

— А как насчет жизней миллионов жителей Лордерона? — тихо, но так, что от этого шепота кровь стыла в жилах сильнее, чем от горного мороза, прошипел Троллебой, надвигаясь на генерала. — Они все погибнут только потому, что вы, жалкие трусы, позволили Орде беспрепятственно пройти через ваши земли?

Ситуация накалилась до абсолютного предела. Мечи были готовы покинуть ножны, и стромградцы уже сжали древки своих боевых топоров, готовые вырезать предателей. В этот самый момент, когда братоубийственная резня казалась неминуемой, со стороны южной тропы раздался тяжелый, мерный звук марширующей пехоты и звон тяжелых доспехов. Из плотной снежной пелены, сопровождаемый элитным отрядом паладинов Серебряной Длани, закованных в сияющие священным светом латы, выехал сам Верховный Главнокомандующий.

Король Артур Пендрагон остановил своего огромного боевого коня прямо между готовыми вцепиться друг другу в глотки людьми. Золотой свет, исходящий от аур Утера Светоносного и Гавинрада Свирепого, разгонял мрачные тени горного ущелья, а суровый, пронизывающий насквозь взгляд Артура заставил солдат Альтерака невольно отступить на шаг и опустить свое оружие. Для Артура этот снег, этот холод и это предательство были до боли знакомы.

— Опустите мечи, Торас, — спокойно, но с абсолютной, непререкаемой королевской властью произнес Артур. Он медленно спешился, его латные сабатоны с громким хрустом вдавились в плотный наст. Король бриттов подошел к генералу Хату, чьи глаза расширились от благоговейного страха перед человеком, о котором уже слагали легенды.

— Вы говорите, генерал, что ваш король хотел спасти жизни своего народа, заключив пакт с демонами, —