Отныне и Вовек - Яков Сергеевич Рябов

начал Артур, и его голос, глубокий и резонирующий, эхом разнесся по заснеженному ущелью, подавляя вой ветра. — В моем родном мире многие лорды оправдывали свою измену теми же самыми высокопарными словами. Они открывали ворота варварам, надеясь, что те пощадят их семьи и земли в обмен на покорность. Но тьма, с которой мы столкнулись здесь, не знает ни милосердия, ни чести договоров. Орки, которых вы любезно пропустили через свои перевалы, не оставят Альтерак в покое. Когда они дотла сожгут Лордерон, они вернутся за вами, потому что предателей презирают даже те, кому эти предатели служат. Вы купили не жизнь для Альтерака, генерал. Вы купили лишь отсрочку перед бойней.

Хат опустил глаза, не в силах выдержать тяжелого взгляда Артура. В присутствии этого легендарного воина, чья воля казалась крепче самих гор, все политические оправдания Айдена Перенольда звучали невероятно жалко и ничтожно.

— Ваш монарх совершил государственную измену не только против Альянса, но и против всего человечества, — продолжал Артур, не повышая голоса, но каждое его слово било, как тяжелый кузнечный молот по наковальне. — Но я вижу в ваших глазах, генерал, что вы — солдат, выполнявший прямой приказ своего сюзерена, а не трус, ищущий выгоды. Я не стану проливать человеческую кровь на этом снегу, пока истинный враг разоряет наши земли. Альянс Лордерона принимает безоговорочную капитуляцию ваших войск. Отныне вы и ваши люди подчиняетесь мне. Вместе с королем Троллебоем вы будете насмерть удерживать эти перевалы. Если хоть один орк попытается вернуться этим путем, спасаясь от нашего гнева, вы искупите вину своего слабовольного короля, остановив его.

Солдаты Альтерака, деморализованные бесчестьем своего сюзерена и пораженные величием и милосердием Верховного Главнокомандующего, один за другим начали складывать копья и мечи прямо у ног Артура. Хат, сглотнув тяжелый ком в горле, опустился на одно колено прямо в снег и протянул Артуру свой генеральский меч рукоятью вперед.

— Мы будем держать эти перевалы, милорд Главнокомандующий, — хрипло, но с новообретенной решимостью произнес альтеракский генерал. — До последней капли крови. Мы не пропустим ни единой зеленокожей твари.

В то время как горы Альтерака были надежно запечатаны, превратившись в непроницаемую каменную стену за спиной Орды, на равнинах у озера Лордамер разворачивалась истинная катастрофа. Оргрим Молот Рока, опьяненный близостью триумфа, бросил всю доступную мощь своей Орды на штурм белокаменных стен Столицы.

Теренас не собирался сдаваться без боя. Тяжелые баллисты и огромные катапульты города безостановочно, с методичной жестокостью запускали тучи стальных стрел и огромных каменных глыб вниз, обрушивая их на задние ряды и резервные войска орков, сминая их порядки. Защитники на стенах сражались с отчаянием обреченных, выливая на штурмующих кипящее масло и сбрасывая штурмовые лестницы, но их было слишком мало, чтобы долго сдерживать такую колоссальную, неиссякаемую массу врагов, поддерживаемых магией чернокнижников и первобытной яростью огров.

И именно в тот критический момент, когда передовые отряды орков уже начали взламывать внешние дубовые врата Столицы своими огромными таранами, с юга, со стороны тракта, раздался протяжный, торжествующий звук боевых рогов Альянса.

Молодой паладин Туралион, ведя за собой передовые отряды тяжелой кавалерии и лордеронской пехоты, которых Артур предусмотрительно отправил форсированным маршем в обход альтеракских гор, появился на горизонте, сверкая золотом своих доспехов в лучах солнца. Не теряя ни секунды на перестроение, Туралион немедленно отправил свою тяжелую кавалерию в сокрушительную, таранную атаку на передние фланги Орды, приказывая рыцарям пробиваться сквозь неплотные ряды зеленокожих, а затем отступать, быстро перегруппировываться и начинать убийственную атаку снова и снова.

Увидев неожиданную помощь и сверкающие знамена Альянса, защитники города воспряли духом и ударили во второй раз с крепостных стен с удвоенной яростью. Орки Молота Рока теперь в полной растерянности вертели своими тяжелыми головами из стороны в сторону, будучи совершенно неуверенными, что им делать в радикально изменившейся тактической ситуации. Когда они стояли лицом к городу, пытаясь разбить городские ворота, конные солдаты Альянса яростно и безжалостно атаковали их сзади, втаптывая пехоту в грязь. Когда же они оборачивались, чтобы дать отпор наступающим легионам Туралиона, на их незащищенные спины обрушивался смертоносный град стрел и кипящей смолы от городской охраны.

Они еще ломали стены и, таким образом, физически не могли отступить в саму Столицу, но в то же время они уже не могли добраться до спасительного озера или вернуться к равнине и горам без смертельного столкновения с тысячами прибывающих солдат Альянса. Ловушка, которую Оргрим считал своей гениальной, непобедимой стратегией, дарованной ему предателем Перенольдом, начала стремительно превращаться в его собственную гигантскую могилу.

В этот кровавый хаос, подобно сияющему метеору, ворвался сам король Артур. Оставив укрепленные горные гарнизоны на попечение Троллебоя и Хата, он прибыл к основному месту битвы во главе своих лучших рыцарей. Магия ножен оберегала его от любых ран, а Экскалибур в его руках пел пронзительную песню смерти для демонических захватчиков, оставляя за собой широкие просеки разрубленных орочьих тел. Битва достигала своей кульминации, и кровь, как красная человеческая, так и темная орочья, щедро окропила зеленые берега озера Лордамер.

Глава 15. Молот и Наковальня

Оргрим Молот Рока, Вождь Орды, стоял на небольшом каменистом выступе, возвышаясь над кипящим морем зеленокожих тел. С этой точки ему открывался великолепный, хотя и застланный густым черным дымом вид на Столицу Лордерона. Город был поистине колоссальным. Его ослепительно белые стены, казалось, вырастали прямо из серебристо-стальных вод огромного озера Лордамер, надежно прикрывавшего цитадель с запада. Человеческие архитекторы возвели эту твердыню на века, и Оргрим не мог не испытывать мрачного, неохотного уважения к расе, которую он пришел уничтожить. В отличие от дренеев в его родном мире, эти хрупкие, розовокожие создания не сдавались. Они цеплялись за каждый дюйм своей земли с яростью, достойной истинных воинов.

Воздух дрожал от оглушительного грохота. Огромные осадные катапульты, грубо, но надежно сколоченные орками из стволов вековых сосен, ритмично отправляли в полет массивные валуны и бочки с кипящей смолой. Камни со страшным треском врезались в белокаменные бастионы, выбивая тучи каменного крошева и пыли, но стены держались. Защитники города отвечали не менее яростно: тучи оперенных стрел и тяжелых арбалетных болтов непрерывным ливнем обрушивались на передовые отряды клана Черной Горы, пытавшиеся подвести к массивным дубовым вратам окованные железом тараны.

Оргрим тяжело оперся на рукоять своего легендарного черного молота. Его план, казалось, сработал безупречно. Предательство человеческого правителя Перенольда позволило Орде миновать смертоносные горные перевалы без единой потери. Они обошли основные силы Альянса, оставив их далеко позади, в предгорьях Хилсбрада, и теперь