Хроники Аластора 1-3 - Джек Холбрук Вэнс

ожидая, что он с ней заговорит. Эфраим поспешил мимо и даже не посмотрел в её сторону – он не смел на неё взглянуть, опасаясь, что она прочтёт в его глазах отвращение и угрозу.

Стелани стояла и смотрела вслед – одинокая задумчивая фигура.

В назначенное время Эфраим вышел из покоев, чтобы встретить четырнадцать эйодархов Шаррода. Эйодархи явились в церемониальных чёрных мантиях поверх белых облачений. Их лица, все до одного, показались Эфраиму подозрительными, даже враждебными.

Эфраим пригласил эйодархов в парадную гостиную, где лакеи и помощники камергера уже приготовили круглый стол. В хвосте процессии явился Дестиан, тоже напяливший чёрную мантию. Эфраим резко произнёс:

– Сквайр Дестиан! Я не звал вас на совещание. В любом случае ваше присутствие не потребуется.

Дестиан остановился, переводя взгляд с одного эйодарха на другого:

– Хотел бы знать, каково мнение собравшихся по этому вопросу.

Эфраим подал знак лакею:

– Тотчас же удалите сквайра Дестиана из моих покоев, применяя любые необходимые для этого средства!

Дестиан успел изобразить издевательскую улыбку, развернулся на каблуках и удалился. Эфраим закрыл за ним дверь и присоединился к гостям.

– Наше совещание будет носить неофициальный характер. Прошу вас, выражайтесь открыто, не стесняйтесь. Откровенность вызовет у меня только уважение.

– Очень хорошо! – ответил старейший эйодарх (как впоследствии узнал Эфраим, барон Холк) – плотный, даже грузный человек с морщинистым лицом, оттенком напоминавшим старое дерево. – Ловлю вас на слове. Почему вы изгнали канга Дестиана из собрания равных по рангу?

– Мой приказ объясняется многими основательными причинами – о некоторых, если не обо всех, вы сегодня узнаете. Хотел бы напомнить, что, согласно протоколам о ранге, звание сына в данном случае не может быть выше звания матери. В связи с тем, что я стал кайархом, Сингалиссу снова надлежит именовать «вирховессой странга Урру», а ее сына, соответственно, «сквайром Дестианом». Не более чем формальность, конечно, но именно такая формальность делает меня кайархом, а вас эйодархом.

Эфраим занял своё место.

– Будьте добры, садитесь. Сожалею, что совещание пришлось откладывать так долго. Справедливо было бы предположить, что заметное отсутствие дружелюбия с вашей стороны связано с этой отсрочкой?

– В частности, – сухо обронил барон Холк.

– У вас есть другие жалобы?

– Вы предложили высказываться откровенно. История показывает, что принимать подобные предложения глупо и что откровенность, как правило, дорого обходится. Тем не менее возьму на себя такой риск.

Жалобы наши состоят в следующем. Во-первых, нас оскорбляет безразличие, с которым вы отнеслись к славной традиции, легкомысленно возвратившись за несколько дней до истечения срока престолонаследия, с тем чтобы предъявить притязания на ваш титул.

– Во-первых, – загнул палец Эфраим. – Продолжайте.

– Во-вторых, после возвращения вы постоянно пренебрегали советом эйодархов в том, что касается самых насущных вопросов управления пределом. Вместо этого вы якшаетесь с каким-то выскочкой из Порт-Мара, чья репутация, по сведениям, полученным из надёжных источников, не делает ему чести.

В-третьих, вы самым бессердечным образом оскорбили и поставили в неудобное положение крайке Сингалиссу, канга Дестиана и лиссолет Стелани, лишив их статуса и привилегий.

В-четвёртых, вы своевольно восстановили против себя нашего союзника, кайарха Рианле Эккордского, и в то же время не уделяете никакого внимания бандиту Госсо, повинному в гибели кайарха Йохайма.

И в-пятых, пока я перечисляю наши претензии, вы слушаете с выражением насмешливого упрямства и скуки, как будто мы пришли сюда шутки шутить!

Эфраим не мог не усмехнуться:

– Благодарю за чистосердечие. Отвечу в том же духе. Уверяю вас, я далёк от того, чтобы шутить и веселиться, хотя события последних дней не позволяли мне соскучиться. Прежде чем перейду к разъяснению этих достойных удивления событий, я хотел бы знать, где вы почерпнули имеющиеся у вас сведения?

– Канг Дестиан соблаговолил держать нас в курсе.

– Я так и думал. А теперь, пожалуйста, устраивайтесь поудобнее и слушайте внимательно. Я расскажу вам всё, что со мной происходило на протяжении последних месяцев…

Эфраим говорил целый час, не упомянув только о том, что он узнал после наступления мерка.

– Я вернулся в Шаррод, как только появилась такая возможность, и откладывал заседание эйодархального совета, потому что вынужден был скрывать потерю памяти, пока мне не удалось хотя бы частично её возместить. Я предложил Госсо перемирие, так как война с Горджетто истощает ресурсы Шаррода и не ведёт ни к чему, кроме бессмысленной вражды и бесконечного кровопролития. Ни Госсо, ни его стрелки не повинны в гибели Йохайма. Убийство кайарха – дело рук предателя.

– Убийство? – Слово пробежало вокруг стола, как бормочущее эхо.

– Что касается Рианле и его притязаний на отрог Шорохов, я поступил, как подобало кайарху Шарродскому – не поверил ему на слово и тянул время, чтобы изучить архивы и найти подтверждение существованию договорённости о Дван-Джаре между Рианле и кайархом Йохаймом. Такого подтверждения нет. В сопровождении Мато Лоркаса я посетил отрог Шорохов – несомненно, подходящее место для строительства летнего павильона, откуда открываются захватывающие перспективы. Тем не менее в самом Эккорде таких мест не меньше дюжины. Я предложил вам собраться, чтобы изложить факты и попросить вашего совета.

Барон Фароз сказал:

– Сразу возникает вопрос – зачем Рианле понадобился именно отрог Шорохов?

– Помимо «шорохов» как таковых, единственная особенность, отличающая Дван-Джар от других открытых высокогорных лугов – в том, что его безмерно почитают паломники, фвай-чи. Отрог Шорохов – их святыня, место отдохновения на «дороге жизни». Фвай-чи утверждают, что в древности кайархи Шаррода дали клятву о неприкосновенности Дван-Джара, хотя я не нашёл никакого упоминания о ней в летописях Бен-Буфара. Итак, господа, какой ответ я передам кайарху Рианле, когда приеду в Бельродский странг?

Барон Холк ответил:

– Думаю, голосование не требуется. Мы отказываемся уступить отрог Шорохов! Тем не менее отказ должен быть сформулирован дипломатично – так, чтобы Рианле мог сохранить лицо. Дразнить его опасно!

Барон Алифер предложил:

– В районе Каманче часты обвалы и оползни. Мы можем заявить, что не желаем подвергать доброго соседа и союзника такому риску.

Барон Барватц добавил:

– Заверения фвай-чи придают отказу дополнительный вес. Можно сослаться на наше нежелание вступать в конфликт с автохтонами и тем самым с коннатигом.

– Я внимательно рассмотрю ваши предложения, – сказал Эфраим. – Тем временем в странге Бен-Буфаров уже никому невозможно доверять. Полезно было бы полностью заменить обслуживающий персонал – за исключением Агнуа. За камергером, напротив, необходимо установить слежку, чтобы он не сбежал. Как это сделать?

– Я всё устрою, ваше могущество, – пообещал барон Д’Энзиль.

– Ещё вопрос. После наступления мерка исчез мой друг и советник Мато Лоркас.

– Многие исчезают под покровом мерка, ваше могущество.

– Это особый случай, я хотел бы провести расследование. Барон Эрте, не могли бы вы организовать поиски?

– Будет сделано, ваше могущество.

Эфраим, Сингалисса, Стелани и Дестиан воспарили над