Блистательные - Стивен Бакстер

в аккреционный диск Чандры, был извлечен идеократами из мусора и переведен на безопасную орбиту вокруг черной дыры-спутника. Маленький мирок вращался вокруг своей звезды примерно на том же расстоянии, на котором Земля вращается вокруг Солнца. И Серый Мир оправдал свое название, отметила Фьючерити, поскольку его поверхность была серебристо-серой, гладкой и безупречно чистой.

Маре казалось, что это и есть дом. — Мы живем под крышей, — сказала Мара. — Она держится над поверхностью на сваях.

— Раньше мы называли это паратерраформированием, — сказал Пул. — Превращением вашего мира в одно огромное здание. Низкая гравитация позволяет вам многое делать, не так ли?

— Крыша отлично отражает свет, — сказала Мара. — Мы используем свободную энергию центра Галактики, чтобы выжить, но она не достигает наших домов в первозданном виде.

— Думаю, что нет, — тепло ответил Пул.

— Это прекрасное место, — улыбнулась Мара. — Мы строим наши дома высокими; некоторые из них парят или свисают с крыши мира. И ты чувствуешь себя в безопасности, защищенным от жестокости галактических бурь снаружи. Вам стоит как-нибудь это увидеть, Майкл Пул.

Пул удивленно поднял брови. — Но, Мара, твое "безопасное" убежище настолько небезопасно, насколько это вообще возможно, несмотря на волшебную крышу.

— Он прав, — сказал Тахгет. — Эта черная дыра и ее орбитальная свита уже на пути к Чандре. Примерно через десять лет приливы оторвут планетоид от ее дыры, а затем сорвут эту причудливую крышу. Потом весь этот бардак попадет в горизонт событий Чандры, и на этом все закончится.

— Вот почему Серый Мир пришлось эвакуировать, — сказал Фьючерити.

— Последняя Кард известна своими гуманными порывами, — сухо заметил Тахгет.

— Ладно, Мара, — сказал Пул, — вот мы и на месте. Что теперь? Ты хочешь, чтобы тебя отвезли в Серый Мир?

— О, нет, — сказала она. — Какой в этом смысл? — Она казалась слегка раздраженной. — Я же говорила вам, Майкл Пул. Моей дочери нет на Сером Мире. Она там. — И она указала на мерцающую черную дыру.

Тахгет и его команда обменялись многозначительными взглядами.

Фьючерити ощутил смутное предчувствие, возвращение страха. Это путешествие в сердце Галактики было настолько удивительным, что ему удалось на время забыть об опасности, в которой они находились. Но все это было лишь развлечением. В конце концов, эта женщина контролировала бомбу, и теперь они приближались к критическому моменту.

Пул отвел его в сторону. — Ты выглядишь обеспокоенным, послушник, — пробормотал он.

— Я беспокоюсь. Мара все еще просит невозможного. Что нам теперь делать?

Пул казался гораздо спокойнее, чем чувствовал себя Фьючерити. — У меня всегда была философия. Если ты не знаешь, что делать, собери больше данных. Откуда ты знаешь, что то, чего она хочет, невозможно? — Он повернулся к Тахгету. — Капитан, как близко вы можете подвести нас к черной дыре-спутнику?

Тахгет покачал головой. — Это пустая трата времени.

— Но у вас нет предложения получше, не так ли? Давайте посмотрим. Что еще мы можем сделать?

Тахгет поворчал, но подчинился.

Итак, корабль оторвался от Серого Мира, и снова сформировалась его свита из кораблей кардишей. Мара улыбнулась, как будто наконец возвращалась домой. Но Фьючерити вздрогнул, потому что в том месте, куда они направлялись, не было ничего даже отдаленно человеческого. Медленно приближался зловещий свет черной дыры-спутника.

— Послушник, — пробормотал Пул. — У тебя есть инфопанель?

— Да.

— Тогда начинай наблюдения. Изучай эту черную дыру, Фьючерити. Разберись, что здесь происходит. Это твой шанс хоть раз заняться настоящей наукой.

— Но я не ученый.

— Да, не совсем, не так ли? Ты слишком скомпрометирован для этого. Но однажды ты сказал мне, что тебе было любопытно. Именно это заставило тебя покинуть ферму и броситься в объятия Экклесии. — Он вздохнул. — Знаешь, в мое время у такого парня, как ты, было бы больше возможностей.

Фьючерити почувствовал, что готов защищать свое призвание. — Я не думаю, что вы понимаете все богатство теологии…

— Просто сядь за эту чертову панель!

Фьючерити поспешил в свою каюту и вернулся со своим пультом управления данными. Это была самая современная модель на Экклесии. Он прижал пульт к блистеру смотрового отсека и стал проверять, поступают ли данные.

— Я взволнован, — сказал он.

— Ты должен это сделать, — сказал Пул. — Ты мог бы сделать здесь какое-нибудь оригинальное открытие. И, что более важно, ты мог бы придумать, как спасти все наши шкуры, включая мою виртуальную.

— Я взволнован, но обеспокоен, — признался Фьючерити.

— Это похоже на тебя.

— Майкл Пул, как может человеческий ребенок выжить в черной дыре?

Пул одобрительно взглянул на него. — Хорошо, это правильный вопрос. Тебе нужно быть непредвзятым, послушник. Давайте предположим, что Мара говорит серьезно, что она знает, о чем говорит.

— Что она не сумасшедшая.

— Непредвзято! Мара, как мне кажется, подразумевала, что мы говорим не о ребенке в ее физическом облике, а о какой-то загрузке, например, виртуальной.

Фьючерити спросил: — Но какая информация может храниться в черной дыре? Дыра определяется только ее массой, зарядом и вращением. Для определения виртуала требуется гораздо больше трех чисел. Но ни одна человеческая наука не знает способа сохранить в черной дыре больше данных, хотя считается, что другие, возможно, делали это в прошлом.

Пул посмотрел на него. — Другие?.. — Он хлопнул себя по щеке. — Не обращай внимания. Сосредоточься, Пул. Тогда давай отвлечемся от самой дыры, этого релятивистского объекта. Мы ищем структуру, место, куда вы могли бы записать информацию. Каждая черная дыра встроена в большую Вселенную, и у каждой из них есть свой багаж. У этой дыры-спутника есть свой собственный аккреционный диск. Возможно, там…

Но проведенное Фьючерити сканирование диска ничего не дало. — Майкл Пул, это, по сути, спектр турбулентности. Существует определенная структурная корреляция по окружности, которая во времени зависит от периода обращения черной дыры вокруг своей оси.

— Но это всего лишь гравитация, закон обратных квадратов, определяемый одним числом: массой черной дыры. Итак, что