Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

с ними, так что должны понимать, что утром я к ним вернусь. А светить их лишний раз перед другими я особого резона не видел. К Соловью сразу возникнут вопросы, а домовые по своей натуре скрытные, и не любят лишнего внимания к собственной персоне.

Утром, боле менее выспавшись, я плотно позавтракал, прихватил с собой припасов в дорогу, и попрощавшись с черниговским князем и его ближниками, отправился в путь. Князь хотел было выдать мне сопровождение, но я напомнил ему про вчерашний бой, и заверил, что вполне успешно доберусь до Киева и сам. А вот от трофейного колдовского шатра бы не отказался.

Не сказать, что с великой радостью, но Добромир все же выполнил мою просьбу. Упакованный шатер вынесли во двор. М-да, это вам не современная палатка, которая даже объемом на восемь человек умещается в относительно небольшой сумке. Мог бы сразу сообразить, ведь здесь я так же пользовался местными изделиями. В общем от шатра пришлось отказаться, так как для него с собой нужно было брать небольшую телегу или заводную лошадь. Но с нашими скоростями это не вариант. Не судьба значит опробовать местные технологии комфорта в действии, придется отложить до более удобного случая.

Метелка и Соловей нашлись все в том же лесочке, где я их оставил, причем хозяйственный Метелка в ожидании моего появления, все утро держал на малом огне котелок с кашей. Пришлось еще раз позавтракать, заодно угостив попутчиков едой с княжеского стола. Соловей по обыкновению жаловался на жизнь и помятые от полевых условий бока, но кашу и угощения при этом уплетал за обе щеки, причавкивая от удовольствия.

Глава 8 Киев

Глава 5

Киев

От Чернигова до Киева, даже по не шибко прямому пути не более ста пятидесяти километров. Поэтому я решил обойтись без сумасшедшей скачки напрямки по лесам, как мы делали до этого, а ехать по дороге. С крейсерской скоростью Бурки в 60–80 км/ч, снижая ее только на лесных поворотах, что бы ненароком не влететь в заросли, часа за три должны добраться.

Это время я решил использовать, что бы подумать, как попасть к князю киевскому, и что сказать ему, что бы тот поверил о надвигающейся беде. Меня смущали слова Василисы, при нашем расставании, что мы для князя никто, не знает он ни про какого Алешу Поповича, ни про Илью Муромца, и слушать нас не станет. Другое дело если с нами Василиса будет, которая, как я понял, хорошо известна в узких кругах. Потому она и решила сопровождать нас.

Может быть, стоит вернуться, и подождать их в Брянске? Или вообще на встречу поехать, поискать по дороге? Но тогда время упустим. Где эта орда сейчас, хрен ее знает, может уже под Киевом стоит. А даже если и найду их, то как быстро до Киева добраться? Как, как, Василиса использует свое зелье, и превратит Поповича и Беляну в птиц. На несколько оборотов у нее точно запас имеется, а самой ей отвар не нужен, она и так это умеет делать. Но это сначала отыскать их надо.

Нет, все же нужно самому попытаться донести до князя Владимира весть. Вон Чернигов — самое что ни на есть прямое подтверждение намерений как печенегов, так и колдунов иностранных, один из который был в их войске. Я даже пожалел, что отказался от сопровождения Черниговцев. Их в Киеве точно должны знать. Хотя, о чем я? Как бы они за мной угнались?

С другой стороны, богатырь я или где? Хвалиться своей силой, конечно, не очень красиво, но, если другого выхода не будет, можно и здание какое по камешкам разнести. Я усмехнулся. Богатырь, конечно, с меня тот еще. То камнями во врагов пуляю, то деревьями их колочу.

Мои размышления прервал звук отдаленного топота множества лошадей. Я придержал Бурку, что бы ненароком не налететь на встречный отряд всадников, так как, судя по всему, он был многочисленен. Кто бы это мог быть? Не печенеги часом подмогу выслали?

Я пригляделся к ближайшим деревьям. На довольно узкой лесной дороге, на которой и двум телегам разъехаться будет не просто, тактика вчерашнего боя не подойдет. Но использовать дерево как таран, вполне себе можно.

Найдя подходящее дерево, что росло прямо у дороги, которое, в случае моих худших опасений, можно было выдернуть из земли, не слезая с Бурки, я принялся ждать.

Не прошло и нескольких секунд, как передо мной метрах в тридцати из-за поворота появились двое дозорных всадников. Один тут же остановился, подавая какой-то знак назад, а второй с решительным видом двинулся ко мне, кинув взгляд вперед, вдоль дороги, и оглядываясь по сторонам, на случай засады.

— Эй, мужик! — крикнул он мне, убедившись, что поблизости кроме меня никого нет. — А ну прочь с дороги, княжье войско едет!

Я оглядел себя. Ну да, доспех у Ильи, не из самых модных — чешуйчатых, в котором блистал приближающийся всадник, и уже основательно потрепанный. Кольчуга с металлической пластиной на груди, конический шлем без наносника, и бармицы, прикрывающей шею. Но все же это бронь, а не крестьянская рубаха. К тому же притороченный к крупу коня щит и копье, а так же меч у меня на боку. Какой я ему мужик?

Нет, я к крестьянам со всем уважением, так сказать. Но в данном случае, это тянет на оскорбление.

— А мне, что с того? — хмыкнул я. — Вам надо, вы и объезжайте.

Всадник, парень лет восемнадцати или чуть поболее, наряженный в начищенный до серебряного блеска доспех, был уже рядом со мной. Лицо его немного побледнело, когда он осознал мои габариты, но тут же приняло гневное выражение.

— Да как ты смеешь перечить дружиннику самого князя киевского! — воскликнул он, и потянулся к мечу. — Да я тебя!

Я сделал испуганное лицо.

— А, так ты служишь, самому Владимиру Красное Солнышко?! — придав голосу удивление и некоторое почтение, спросил я. — Ну тогда конечно.

Дружинник, а скорее всего это был гридень из младшей дружины, но тем не менее, напыжился от осознания собственной значимости, и чуть вытащив меч из ножен, со звонким щелчком вогнал его обратно.

— То-то же, — буркнул он, презрительно глядя на меня, — знай свое место, лапотник, и освободи дорогу воинам!

— Ну тогда, конечно, — повторил я, привставая