Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

глаза и представьте обычную кисть для занавеси. Этот пучок шнурков и ниток. Сможете вы себе её представить во всей детализации? Чтобы каждая ниточка в нужной степени перекрученная, нужного цвета, нужной формы и размера? Из определённого материала? Чтобы она была нужной плотности? Чтобы сама кисть была ровной, не раскручивалась и удобно лежала в руке? Попробуйте! А, потом будете судить, легко ли мне было. Тем не менее, я справился. Я сделал мягкую обивку стен, расставил изысканную, резную мебель. Поставил деревянные манекены. Развесил громадные, в рост человека зеркала, отчего сразу раздвинулось и осветилось пространство. Развесил занавеси, занавески и шторы. Поставил вдоль стен сундуки со всякими необходимыми принадлежностями. Короче, наполнил мастерскую тем, что делает её живой и обитаемой.

Последним штрихом была вывеска. Я не художник, поэтому пришлось трудиться особенно упорно. Я изобразил двух женщин, Тилли и ещё одну женщину, очень на неё похожую, только старше. Ну, так уж я представил её мать. Женщины прильнули друг к другу, полуобнявшись, стоя среди манекенов, одетых в изысканные одежды. В такие изысканные одежды, как я это представляю. И сделал надпись готическим шрифтом: «Швейная мастерская Тилли, дочери Салмии». И, почти сразу в дверь робко постучали.

Я ждал этого посетителя, точнее посетительницы, и открыл дверь без промедления. В мастерскую, беспрерывно озираясь, вошла женщина по имени Марта. Бывшая закройщица в мастерской Салмии. Которую я с большим трудом нашёл в прошлый раз. Однако, нашёл, и пригласил в мастерскую. Сейчас она ходила, боясь притронуться к чему-нибудь, и восторженно ахала. Особенно сразили её зеркала.

Мне пришлось долго уверять её, что я не переодетый королевич из заморских стран, где морской песок не обычный, а золотой. Я рассказывал ей, что во дворце короля Людвига, нашего любимого монарха, такие зеркала на каждом шагу. Богатые и знатные вельможи к ним привыкли. Они их часто видят, когда присутствуют на балах или торжественных приёмах. Почему бы и нам не завести такие же? Мало-помалу, женщина успокоилась, и я смог поговорить с ней, как с профессионалом. И главный вопрос был, разумеется, прост: если бы она делала эту мастерскую для себя, что бы она изменила? Что бы она сделала не так? Что бы она добавила?

После долгих отнекиваний и уверений, что всё сделано замечательно, я всё же добился ответа. По сути, замечаний было два, но оба существенные. Первое замечание касалось освещения. Да, клиенты приезжают в мастерскую днём. И примеряют наряды днём. И смотрят на себя в зеркало. Тоже днём. Но, танцуют они в этих нарядах, в основном ночью! Помните, ровно в полночь Золушка сбежала с бала? А бал был ещё в полном разгаре! Так вот, ночью, при свете свечей, наряды, порой, выглядят совершенно по-другому! Нельзя ли придумать так, чтобы можно было плотно задёрнуть шторы и зажечь канделябры? Лучше большие, напольные, как во дворцах. Тогда клиент увидит себя как бы в ночном освещении? Если, конечно, купить канделябры будет не слишком дорого? Да, ещё и придумать место, где их хранить, чтобы и не мешали, и всегда под боком…

Я искренне поблагодарил за замечание и заверил, что это не проблема. Четыре канделябра уже стоят вот здесь, в подсобке, но вот, где их поставить лучше?..

Разумеется, я тут же сотворил четыре канделябра, очень симпатичных, на мой взгляд, на семь свечек каждая, на витых ножках. И показательно достал их из подсобки. Марта всплеснула руками от восторга и заверила, что в подсобке им самое место. А достать их оттуда и убрать обратно – не составит труда.

Второе замечание было ещё проще, но я подосадовал на себя, что сам об этом не подумал. Марта спросила, где спрятан сейф, а когда я удивился, пояснила, что клиенты передают весьма ценные вещи, и золото и камни, для того, чтобы ими украсить наряд. И лучше их хранить в сейфе. В потайном сейфе. Я почесал затылок и попросил Марту угадать, где спрятан сейф в этой мастерской. И тут же сотворил сейф, вделанный в стену. Отделанный так же, как стена. Совершенно неотличимый на её фоне. С четверть часа Марта безуспешно пыталась его разыскать, а когда я показал, где он спрятан, снова разохалась от восторга.

Других замечаний она придумать не смогла. Мы поговорили ещё о вывеске, она сказала, что у Салмии волосы, вроде бы, были светлее, а так – прямо, как живая! Я отвёл её от вывески, передал ключи, отдал необходимые наказы. И, конечно, в это время, слегка осветлил волосы Салмии. Незаметно для Марты.

Вышел из мастерской и телепортировался прямиком к Тилли.

Девушка играла в прятки. Она пряталась за кустами от оленёнка и котёнка, а те её с неизменным успехом находили. По запаху. Всем было ужасно весело. Я с удовольствием понаблюдал за процессом, и только потом спохватился, девушка была в новом платье. Простенькое, но необычайно милое, гармоничное платье. С открытым, расшитым воротом, с рукавчиками-фонариками средней длины, тоже расшитыми у запястий. И, чем больше я присматривался к платью, тем больше мне оно нравилось. И, тем больше мне нравилась Тилли в этом платье. Однозначно, колдовство!

- Ой, Кляк! – наконец-то заметила меня девушка, – Как тебя долго не было! Кушать будешь? И не вздумай сказать «нет»! У меня сегодня уха, пирожки с разной начинкой и вишнёвый компот!

- Откуда же уха? – удивился я, – Неужто сама наловила?

- Нет, – засмеялась девушка, – просто я сегодня достала с ледника того самого карпа, который не то «карпёныш», не то «карпище»! Всё-таки, скорее «карпище». Я чуть пупок не надорвала, когда его в дом тащила! Наваристый, просто ужас! Пошли! У тебя же ещё примерка! Не забыл?

- Примерка?! Ты, что, хочешь сказать, что ты уже всё раскроила и сшила начерно?

- Конечно! Глупенький Кляк, если бы ты знал, как я была рада, когда взяла иголку в руки! Я всю первую ночь не спала, всё шила! И, учти, это после другой бессонной ночи! Правда, хм, та ночь была бессонной по другому поводу…

Услышав, с какой энергией Тилли говорила о наряде, я тоже загорелся. Однако, девушка и слышать не хотела о примерке до обеда. Только после! И я хлебал уху, ел пирожки и пил компот. Куда деваться! И, в который раз поразился кулинарному мастерству девушки. Попадётся же кому-то такая жена! И хозяйка, и мастерица и в постели – принцесса.

- А, почему не тебе? – кольнула мысль.

- Потому, что! – ответил колючей