Босс всех боссов - Наиль Эдуардович Выборнов

влиять на нее. Ясное дело, давить на киношников сильно не получится, но нам это и не надо — я не собираюсь лично бегать по съемочной площадке и рулить процессом. А вот пара хороших миноритарных уже позволят нам влиять на вектор направления.

— Джо, — поприветствовал я его.

Надоело уже это, если честно. Как будто у наших итальянских родителей вообще нет фантазии. Либо Джозеф-Джованни, либо Сальваторе, либо Фрэнк-Франческо, а еще Винни в разных вариациях — Винченцо или просто Энцо. И так далее, блин.

— Чарли, — кивнул он.

— Есть дело, — сказал я. — Хочу предупредить, в скором времени я нанесу вам визит.

— Какие-то дела?

— Дела, — кивнул я. — Помнишь же, я собирался предложить тебе войти в кинобизнес. Сейчас самое время, так что пора начинать.

— И что ты придумал? — спросил он.

— Сейчас мои люди покупают акции RKO.

— Киностудии? — спросил он.

— Да.

— Не думаю, что это лучшее решение, — он покачал головой. — Она сейчас на грани банкротства. Если уж и входить в это дело, то лучше с кем-нибудь другим.

— С ними все будет нормально, — ответил я, и не соврал, потому что знал это из будущего. — У них несколько неплохих фильмов в производстве, и они сорвут банк. И поправят дела студии. Ненадолго, с управлением там проблемы, но ведь для этого мы и нужны, верно?

— А зачем тебе акции? Ты ведь сам знаешь, что может случиться с рынком в любой момент. Может быть, мы могли бы решить вопрос нашими методами.

Это он что предлагает, заявиться на студию, размахивая «Томми-ганами» и просто построить всех? Ну, возможно это и сработало бы, но методы не те, это точно. Я собирался поддержать утопающего для того, чтобы он был обязан мне лично. И чтобы они стали делать то, что мне надо.

— Нет, — я покачал головой. — У них адвокаты и все такое, так дела не пойдут. Да и в прессе сразу вой поднимется. А нам не надо, чтобы на нас обращали внимание, его и так слишком много.

Он посмотрел на Капоне, который оживленно обсуждал что-то с Торрио, активно размахивая руками, и кивнул:

— Да. Некоторые привлекают слишком много внимания.

— В общем, займись этим, как вернешься, — сказал я. — Купи пакет, небольшой, тысяч на сто — сто пятьдесят. Но не сразу, чтобы в цене ничего не прыгнуло.

Он подумал секунду, потом кивнул:

— Хорошо. Возьму на сто двадцать — это максимум, который я могу выделить сейчас без вреда для остального бизнеса.

— Договорились, — кивнул я. — Только аккуратно, не надо двигать рынок раньше времени.

— Понял.

Мы с Ардиццоне пожали руки. Я повернулся, чтобы уйти, и увидел, что в мою сторону идет Траффиканте.

— Чарли, — сказал он.

— Санто, — поприветствовал я его в ответ.

Он протянул руку и официант вложил в нее бокал. С виски — подозреваю, что с его делами на Кубе рома он напился уже на всю жизнь.

— Интересная встреча, — сказал он.

— И, надеюсь, полезная.

— Полезная, — согласился он. — Ты знаешь, если бы голосовал я, то за запрет наркотиков было бы на один голос больше. У меня никогда не было интереса к этому делу. Слишком много внимания и слишком много рисков, как ты и сказал. Нам такой бизнес не нужен.

— Не нужен, — подтвердил я.

— Я понимаю, что будут проблемы с поставщиками из Турции. Они не поймут выхода из бизнеса. Но нам ли бояться крови, верно?

— Это точно.

— Но я хочу поговорить с тобой еще кое о чем, — проговорил он с уже совсем другой интонацией. — Ты скупаешь собственность на Кубе. Мне сказали, что этот отель теперь твой — уж не знаю, как ты договорился с Боуменом, чтобы он расстался с этим своим активом, и сколько ты за него отдал. А твой еврей, Лански, вчера ездил и скупал по всему острову заведения поменьше.

— Так и есть, — кивнул я. — Я купил отель, и останавливаться на этом не собираюсь.

— Мы с тобой уже обсуждали это… — проговорил он. — Куба — это моя территория, Чарли. Я здесь давно, и у меня есть связи, которые я строил годами. Нет, я не говорю, что ты не имеешь на это права — я хорошо подумал об этом после нашего прошлого разговора. Ты имеешь право делать бизнес. Но мне хотелось бы понять, что именно ты строишь.

— Именно об этом и надо поговорить, — сказал я. — Но не здесь. Завтра, может быть. Ты еще не уезжаешь?

— Наш корабль отходит послезавтра — задерживаться мы не можем, дела.

— Где ты остановился? — спросил я.

— В «Инглатерра».

— Я завтра заеду за тобой. Прокатимся и заодно посмотрим, что еще мы можем придумать. Договорились?

— Договорились, Чарли, — он кивнул и отошел.

Я допил сок, поставил стакан на стол, двинулся дальше и встал в углу. Ну, вроде всех выслушал, так что можно немного отдохнуть. Рядом со мной вдруг материализовался Костелло. Незаметно так, как будто из стены вышел.

— Как настроение, босс? — сказал он. Пошутил по-видимому, так-то он всегда называл меня просто по имени.

— Нормально, — ответил я.

— Слышал твой разговор с Траффиканте, — сказал он. — Краем уха.

— И что ты об этом думаешь?

— Будь с ним аккуратен, — сказал он. — Он от тебя чего-то ждет. Кажется, у них с Антинори разногласия. И он готов будет выступить, если ты его поддержишь. Но сам понимаешь, теперь единолично принимать такие решения ты не можешь.

Насчет того, что он от меня ждет, и так было понятно. Еще на нашей прошлой встрече я намекнул на то, что хотел бы видеть его боссом Тампы. И что хотел бы завести с ним общие дела. И он в общем-то согласен, амбициозный парень. И наверняка наслышан о том, как я умею зарабатывать деньги. Ту историю с биржей обсуждали вообще все.

— До тех пор, пока у нас нет повода, — кивнул я. — А потом Комиссия сама его примет.

— Да, примет, — ответил Фрэнк и закурил.

К нам подошел Лански, помахал рукой, разгоняя дым сигареты, и сказал:

—