Босс всех боссов - Наиль Эдуардович Выборнов

— Мей… — проговорил я. — Ты же понимаешь, старые традиции, все дела. Если бы я мог пойти против них, то ты был бы первым неитальянцем, которого я принял бы в Семью.

— Понимаю, — кивнул он. — Понимаю. Ну и как настроения среди людей?

— Нормальные, — ответил я. — Понимают, что спорить бессмысленно. Обсудил с парой парней кое-какие дела. Завтра встретимся с Санто, прокатимся по заведениям, которые ты вчера купил. Будешь с нами?

— Не могу, — он покачал головой. — Я завтра буду и дальше тратить деньги, скупая все, до чего смогу дотянуться. Хочу побыстрее с этим закончить, надоело, что эти саквояжи мозолят глаза.

— Хорошо, — решил я. — Возьму с собой Бенни.

— А с Ардиццоне о чем говорил?

— Сказал ему покупать акции. Пока он вернется, твои брокеры уже закончат с этим. Ему это обойдется уже дороже. Но не так сильно. У студии проблемы, так что…

— Понимаю, — кивнул Мейер. — Хорошее решение. Правда, я до сих пор не понимаю, что там за сценарий ты хочешь им предложить, чтобы окупить все потраченное. Еще и ужасы.

— Самый настоящий, — я улыбнулся. — Вампиры, оборотни. История любви с красавицей, разумеется. Поверь, мы с тобой еще сходим на этот фильм, и ты удивишься, что я там напридумывал.

— Да я каждый раз удивляюсь, — Лански усмехнулся и поправил очки.

Я постоял еще немного и снова двинулся по залу. Народ пока общается, не расходится, и мне надо оставаться с ними. Это Маранцано мог позволить себе уйти первым. Я не могу.

Глава 7

Клуб располагался в двух кварталах от набережной, на тихой улице, где днем почти никого не было. Снаружи он выглядел не очень презентабельно: облупленная вывеска, железная дверь, окна забраны решетками. Лански купил его позавчера вместе с еще несколькими такими же заведениями. И судя по всему, заплатил немного. Совсем немного.

К Санто я решил все-таки сам не заезжать — у Антинори могли возникнуть вопросы. Отправил одного из работников своего отеля, заставив выучить послание наизусть. Встречу назначил на одиннадцать именно здесь. А мы с Багси приехали около десяти утра, пусть нам и пришлось рано встать и ехать из самого поместья.

Когда я постучал, дверь открыл местный сторож. Он пожилой был совсем, на поясе у него висела целая связка ключей. Смотрел он на нас без особой радости, но и без враждебности — знал, что это приехали новые хозяева.

— Приветствую, сеньоры, — сказал он и даже чуть поклонился.

— Здравствуй, — сказал я. — Мы приехали осмотреть помещение.

— Си, сеньоры, проходите, — он тут же посторонился.

Мы вошли. Внутри было темно и пахло старым деревом и сыростью. Табаком еще. Я подождал, пока глаза привыкнут к темноте, и осмотрелся.

Зал был совсем небольшой — столов на двадцать. Возле правой стены располагалась барная стойка, а в дальнем углу — небольшая сцена, для оркестра. Инструментов не было. Но оркестр еще только предполагается нанять.

Хорошо, что Лански купил его вместе с мебелью, потому что иначе этот клуб пришлось бы еще и обставлять. Я же не собирался этого делать, не хотел вкладывать много денег в то, что мы покупаем в общем-то в довесок. Все равно богатые туристы не будут сюда ходить, для них у нас есть «Севилья», на которой уже меняют вывеску на «Лакис». А это для более простых людей, у которых нет столько денег.

В целом без особой фантазии все было обставлено, но крепко и как-то обстоятельно даже — мебель тяжелая, потолок поддерживался мощными деревянными балками. Кое-где штукатурка облупилась зато, да и целом тут как будто давненько не убирались.

Багси двинулся в глубину зала, подошел к барной стойке, потрогал, постучал по ней костяшками пальцев.

— Хорошее дерево, — сказал он. — Старое, но крепкое. Эта стойка, я подозреваю, постарше меня будет.

— И это единственное, что хорошо?

— Нет, — он обернулся. — Помещение в целом неплохое. Большое относительно, сцена есть, бар есть. Все на месте, просто грязно. Руки приложить надо.

Я прошел к сцене, забрался на нее, обернулся, рассматривая зал. Его отсюда было лучше видно. И я прикинул, как можно все переставить — столы разместить поближе к сцене, добавить барных стульев вдоль стены. Свет придется поменять полностью, несколько зеркал повесить, чтобы визуально увеличить помещение. И картины обязательно.

— А кто здесь выступает обычно? — спросил Багси.

— Местные музыканты, — ответил я. — Куба — не Нью-Йорк, сюда ездят за колоритом. Местная музыка людям нравится. Заодно и не придется никого везти издалека.

— Хочешь оставить все как есть?

— Облагородить немного, — ответил я. — Нам не надо делать из этого бара подобия нью-йоркских. Пусть все остается как есть, и будет не похоже на Америку. Для этого в такие места и едут.

Вот насчет Вегаса у меня были совсем другие планы — там я планировал делать роскошные казино в чисто американском стиле, ну и другом — добавить каких-нибудь египетских мотивов или античных греческих. А в пустыне мои заведения будут в стиле дикого запада.

Кстати, когда поеду туда, обязательно заеду в Гудспрингс и выкуплю салун «Пионер» — тот самый, легендарный, из Fallout New Vegas. Я знал его историю и бывал в нем в прошлой жизни — там подавали холодное пиво и очень вкусные бургеры. А еще там висела целая стена с историей этого бара, и я знал, что он работает еще с тринадцатого года. Куплю обязательно, мои потомки будут благодарны, потому что место потом станет культовым. Если я, конечно, не растопчу столько бабочек, что этой компьютерной игры потом никто не сделает. Мало ли, вдруг я уже убил прадедушку кого-нибудь из ее создателей.

— Сколько народа сюда войдет, как думаешь? — спросил Багси, отвлекая меня от мыслей о будущем.

— Человек восемьдесят точно, — ответил я. — С комфортом. Если набьется сто — уже тесновато, но еще терпимо.

— Для небогатых туристов в самый раз будет, — Бенни тем временем зашел за барную стойку и принялся открывать дверцы, смотреть. — А бухло все вывезли.

— Ну да, — кивнул я. — Мейер покупал заведение с мебелью, а все остальное дал вывезти. Наполним, ничего страшного. Ром, виски и коктейли