Мастер драгоценных артефактов 6 - Александр Майерс

— Сейчас вернусь.

Я вышел из комнаты, оставив её сидеть с открытым ртом. Люблю вот так эффектно исчезнуть на самом интересном месте…

Пока я бегал к себе за шкатулкой, ведьма времени зря не теряла. Вернувшись, я застал её уже причёсанной, переодетой в чистое платье и с гораздо более осмысленным выражением лица.

— Держи.

Я поставил перед ней деревянную шкатулку и откинул крышку.

Внутри лежал широкий золотой браслет, усыпанный камнями — рубины, сапфиры, изумруды переливались так, что глаза резало. Я, конечно, постарался на славу.

Катарина ахнула и осторожно коснулась его пальцем.

— Это… мне?

— Тебе. Только слушай внимательно. Будешь носить не снимая. И спать в нём, и мыться, и всё остальное. Когда придёт очередное видение, камни примут его на себя и запишут. Нагрузка на твою голову упадёт в разы. Это не камни памяти, конечно, но я сделал, что мог.

— Спасибо. Он… красивый, — Катарина надела браслет и покрутила запястьем, любуясь.

— Главное, полезный. Только никогда, ни единой живой душе не говори, что это артефакт. И уж тем более — зачем он нужен. Для всех это просто дорогая безделушка, подарок влюблённого графа. Ясно?

— Влюблённого? — переспросила она, покраснев.

— Ну, так скорее поверят, — отмахнулся я.

Если хоть кто-то пронюхает, что существует артефакт, способный записывать видения ведьмы и снимать нагрузку с её разума… Ведьмы из Многомерной точно не погладят меня по головке. Скорее уж открутят голову эту, чтобы неповадно было лезть в их дела.

Мы с Катариной поболтали ещё немного о всяком. Убедившись, что ведьма пришла в себя, я оставил её любоваться подарком, а сам направился обратно к себе.

В коридоре меня перехватил дед Макар.

— Господин! — старик семенил за мной, размахивая руками. — А мы вас обыскались. Каменщики-то закончили! Готовы показывать. Пойдёмте, пойдёмте, поглядите, что за красота вышла!

— Закончили? — оживился я. — Ну, тогда пойдём скорее! Только в мастерскую загляну…

Мы вышли на улицу и двинулись к мастерской, где трудились мои реставраторы. И там я, признаться, залюбовался их творением.

Посреди помещения возвышалась статуя. Каменный маг в полный рост, с посохом, поднятым над головой — будто оберегает землю от невидимой угрозы. Гордая осанка, плащ развевается, красотища.

Нашли эту статую мои авантюристы возле старых руин — валялась там разбитая на куски и заросшая мхом. Притащили, а я загорелся идеей её восстановить. Лицо у оригинала было сбито начисто, так что реставраторы, недолго думая, вырезали новое.

Моё.

Теперь с постамента на мир взирал каменный я — благородный, суровый и на диво симпатичный.

Скромность, конечно, не мой конёк, но чего уж там.

Но получилось и правда здорово. Я снабдил каменщиков кристальной пылью и особыми клеящими составами, чтобы швы затянулись без следа. Мужики справились блестяще — ни трещинки не видать, будто статую и не разбивали.

— Вынимайте вставку, — велел я.

Двое каменщиков подошли к статуе и аккуратно извлекли из груди мага здоровенный кусок камня — треугольный, как долька арбуза. Под ним открылась глубокая ниша.

Я достал камень, добытый в Тверди из другой статуи, и вставил его в углубление. Легонько подпитал энергией, проверяя. Ниша отозвалась низким гулом, грани камня замерцали.

Отлично. Подошло идеально.

Вынув камень обратно, я обошёл постамент статуи. По его периметру прятались ещё ниши, ровно сорок четыре штуки. В каждую я вставил заранее подготовленный камень, огранённый и зачарованный под свою задачу. Работа кропотливая, я над ней не одну ночь корпел, связывая все камни в единую структуру.

— Грузите на телегу, — скомандовал я. — Едем в деревню.

Место под статую в деревне подготовили заранее, и вышло оно на загляденье.

Небольшая площадь, вымощенная белым мрамором — мраморную жилу мы недавно нашли, а новая камневарка могла выдавать из неё готовые изделия. По краям — мраморные лавочки, посередине журчал маленький фонтан. Местные женщины, недолго думая, обсадили всё вокруг цветами.

Красота, одним словом.

К установке статуи сбежались все жители. Когда мага водрузили на постамент и он поймал изумрудными глазами закатное солнце, по толпе прошёл вздох восхищения.

Я поднялся на постамент, чтобы меня было видно.

— Слушайте все! Эта статуя будет защищать нашу деревню. Но защита эта не даром будет вам доставаться.

Люди переглянулись, ожидая подробностей.

— Она поможет вам, но сперва вы должны помочь ей. Раз в три дня каждый должен приходить сюда и прикладывать руку к статуе. К любому месту, всё равно. Держите, пока не почувствуете лёгкое покалывание, или тепло в ладони, или пока у мага глаза не засветятся зелёным. Как засветились — всё, свободны.

— А не помрём мы от этого, господин? — выкрикнул кто-то из задних рядов.

По толпе прокатился нервный смешок.

— Не помрёте, — усмехнулся я. — Хоть два часа держите — ничего вам не сделается. Эта штука вреда причинить не может, поверьте мне.

Я и не врал. Камень в груди статуи был накопителем, и очень даже мощным. Через него я смогу черпать энергию для защиты деревни. А Ефим будет питать от него камневарку и прочие артефакты. Со временем, глядишь, и на полноценный купол хватит.

Но с людей накопитель будет брать ровно столько, чтобы не нанести вред здоровью. Заберёт только излишки.

Излишки, между прочим, штука вредная. Копится в теле лишняя энергия, закупоривает жизненные каналы, здоровье портит. Так что я им ещё и одолжение делал.

Это не то что в городе, где люди бледнели и даже сознание теряли после подпитки статуи.

После церемонии ко мне подошёл Степан, довольно оглядывая площадь.

— Замечательная статуя, господин! И скверик знатный вышел. Гляжу, всем по душе пришлось.

— Раньше людям еды не хватало, — вздохнул я, — а теперь, смотрю, на культуру потянуло.

— И не говорите, — староста покачал головой. — Сам в шоке! Уже не первый раз слышу разговоры: хотят, мол, люди отдыха, развлечений всяких, красоты вокруг.

Я только хмыкнул. Оно и понятно. Пашут деревенские от зари до зари, ясное дело — хочется и передохнуть по-человечески, и глаз чтоб радовался, а не только на грязь смотреть.

Степан помялся, потом почесал затылок.

— Господин, я вот чего сказать хотел… Паниковать не хочу раньше времени, но, сдаётся мне, колодцы опять то ли замерзают, то ли пересыхают. Вода мутная пошла, и мало её.

Я вздохнул. Ну конечно. Стоит только расслабиться и полюбоваться цветочками.

— Понятно, — сказал я. — Значит так. Завтра с утра собирай мужиков. Пусть берут инструменты и запрягают телеги. Работать будем. Трубы прокладывать. Пока вода вообще не кончилась…

Домой я вернулся с одной-единственной мыслью — рухнуть в постель и продрыхнуть часов двенадцать кряду. Заслужил ведь.

Но как бы не так… Ведь надо подготовиться к тому, чтобы завтра продолжить прокладку труб от горного озера.

Я