Поднебесный дворец - Филиппа Райс

Преобразование – основа всего. Всякое изменение открывает новую ступень, новую главу развития.

Клеточная память научила нас окукливаться и превращаться. Вместе с новым обликом мы обрели неутолимую жажду жизни и неугасимое любопытство. Все вокруг поражало нас. Мы обнаружили мельчайших существ на земле – бактерии, одноклеточные организмы, грибы – и с радостью изучали их. Поглощали их. Наш разум напитывался информацией. Но мы были уязвимы. Большие существа едят маленьких, а мы были совсем крошечными. Но мы жаждали новых знаний, а чтобы научиться большему, требовалось путешествовать и исследовать. Вновь и вновь мы были вынуждены подвергать себя опасности. Многие из наших братьев и сестер погибли, но риск – неотъемлемый спутник развития. Разве можно достичь совершенства, не осознав собственной неопытности, собственных недостатков и слабостей? Безопаснее оставаться маленьким. Но у нас было твердое намерение вырасти.

Глава девятая

– Значит, сейчас по кабинету мастера-заклинателя расхаживает кот с клювом? – уточнил Барнаби.

Ивни кивнула, откусив сладкую булочку.

– Я бы беспокоилась не столько из-за кота, сколько из-за чародеев, – сказала Венда. – Ивни, они это просто так не оставят. Я знаю их как облупленных. Много чего видела, когда мыла окна в их волшебных башнях. Они мстительны, так что держи дверь на замке.

– Вот уж не знаю, – нерешительно покачала головой Рен. – Такие люди всегда отстают, когда им дают отпор, а Ивни смогла постоять за себя. Я ведь не сразу пошла учиться к кузнецу. Сначала поступила на службу в армию. Там такое на каждом шагу.

– Я просто забрала кота и отругала их, – сказала Ивни. – Не знаю, можно ли считать это достойным отпором.

– Хорошие новости в том, что шмагов довольно просто избегать. – Барнаби потянулся за кофейником. – Сюда они не суются. Сидят в своих башнях. Просто не ходи туда, и проблема решена.

– С превеликим удовольствием больше никогда туда не пойду, – согласилась Ивни.

– Но если не пойдешь, – заметила Венда, – то больше не увидишь своего красавчика, ученика прорицателя.

– Я не говорила, что он красавчик, – возразила Ивни.

Их компания сидела за столиком в углу столовой. На завтрак были абрикосовые треугольники и булочки с заварным кремом, посыпанные орешками. В своем рассказе Ивни превратила вчерашнюю стычку в Волшебном салоне в захватывающее приключение, отчего ей стало не так грустно. Ее новые друзья смаковали эту историю не меньше, чем сладкую выпечку.

– Не говорила, но по твоему лицу все видно. Смотри, как ты покраснела!

Все уставились на Ивни. Та постаралась держаться невозмутимо, чтобы не дать Венде повода для более смелых выводов, но в результате, разумеется, покраснела еще сильнее. Ее друзья переглянулись и многозначительно закивали.

– Это всего лишь слухи, – Рен мигом привлекла всеобщее внимание, – но поговаривают, что ученик прорицателя на самом деле он сам в молодости. То есть тот же человек, только юный.

– Я тоже это слышал, – кивнул Барнаби. – Якобы он взял в ученики самого себя из прошлого.

– Нет, не так. Прорицатель прибыл из будущего, поэтому он может его предсказывать. Он прибыл из будущего и взял в ученики себя из настоящего, – поправила Рен.

– Мне он ничего такого не рассказывал, – покачала головой Ивни.

– Это могло поставить вас обоих в неловкое положение, – сказала Венда. – Прорицатель не женат. Значит, между вами ничего не будет. Даже если ты захочешь встречаться с учеником, вы непременно расстанетесь. Выходит, прорицатель вроде как твой бывший парень?

– А вдруг прорицатель регулярно возвращается домой в будущее? Может, он каждый вечер навещает жену – старушку Ивни? – предположила Рен. – Что, если прорицатель уже твой муж?

– Вряд ли нам стоит из-за этого переживать… – Ивни зажмурилась и помотала головой.

– Ты хотя бы видела прорицателя лично? Вот я видел. Он самый старый человек из всех, кого я знаю, – сказал Барнаби. – У него лицо как будто из камней.

– Послушай, я серьезно…

– Готовых вот-вот рассыпаться в прах. Он как высушенный одуванчик с трехметровой бородой.

– И это твой парень, – добавила Венда.

* * *

Ивни сидела за верстаком мастера-заклинателя, перебирая остатки недовязанного одеяла. Распутывала нити, отделяла обгорелые фрагменты, пытаясь сохранить хотя бы часть драгоценной шерсти. Что бы подумала Рива, если бы узнала о трагедии Веретенного Холма и о том, что символизирует эта шерсть? Почувствовала бы хоть малейшие угрызения совести?

Утреннее солнце ярко светило сквозь витражные окна, оставляя на полу кабинета разноцветные пятна. Клювастый кот грелся в лучах, помахивая хвостом, который окрашивался то в рыжий, то в розовый – в зависимости от того, под какой луч попадал. Ивни прихватила из столовой приличный кусок ветчины, и кот с превеликим удовольствием клевал ее.

Механическая сова устало наблюдала за котом с верстака. Все утро сове пришлось отбиваться от кошачьих попыток поиграть с ней.

Ивни смела обугленную шерсть в корзину и вытерла руки.

«И что теперь? – задумалась она. – Начинать все сначала?»

Она вздохнула и взяла выкройку оригинального одеяла. Ее вариант выходил совсем иным.

«С чего я решила, что могу связать одеяло по-своему? Получится так себе. Чародеи были правы, отметив мою необразованность. Я толком не понимаю, что делаю».

Сова что-то проверещала и заморгала. Ивни решила разобрать кипу писем и заказов, набросанных в дверной ящик. Она достала из шкафа архивные папки и принялась одно за другим изучать письма.

«С каким-нибудь заказом да справлюсь», – подумала она.

Но все оказалось гораздо сложнее.

– Нет, ни с чем я тут не справлюсь. Эти заказы – все равно что какая-то тарабарщина. Только послушайте! – Она вслух прочитала абзац из одного письма: – «Готовые амулеты должны приводиться в действие магматическими минералами и быть связаны с Резервуаром посредством звука». Я ни слова не понимаю!

Девушка почувствовала, как кот трется о ее ногу. Она вздохнула и почесала кота за ушком.

– Кри-и-и! Кри-и-и! – Сова захлопала крыльями, уставившись на страницу, до которой Ивни еще не добралась.

Девушка пробежала по странице глазами. Садовница просила средство, чтобы выращивать цветы гигантских размеров. Рецепт был крайне сложным: один только список компонентов занимал две страницы, а приготовление зелья шло в несколько этапов.

– Ничем не лучше остальных, – заключила Ивни, но продолжила читать.

На последнем этапе требовалось оставить зелье дозревать на солнечном свету в течение месяца. Мастер-заклинатель подписал, что подоконник его кабинета отлично для этого подойдет. У Ивни затеплилась надежда. Неужели? Повернувшись к окну, она увидела на подоконнике большую стеклянную бутыль. С замиранием сердца Ивни бросилась к ней. Да, то самое зелье! Средство для роста цветов. Мастер-заклинатель уже его сделал и даже нарисовал