Рассвет проклятой Королевы - Эмбер Николь

комнате никого, даже ни одной книги, свечи или сдвинутой со своего места скатерти. Так почему же я проснулась, словно кто-то наблюдал за нами с края кровати? Почему мой зверь сходит с ума?

Я вздохнула и прижалась к Самкиэлю, решив, что это просто остатки забытого сна. Я крепче обняла его, но, как только закрыла глаза, снова почувствовала это.

Мои инстинкты кричали, что нужно просыпаться и уходить. Настойчивая нить тянула меня за собой.

Я заставила себя зажмуриться еще сильнее, сопротивляясь притяжению и убеждая себя, что это ничего не значит, просто отголосок кошмара. Каден был мертв. Его здесь не было, а Исайя заперт глубоко под замком.

И все же что-то тянуло меня, манило, и я задумалась, не случилось ли в замке чего-то плохого. Я осторожно приподняла руку Самкиэля и проскользнула под нее так тихо, как только могла. Он втянул воздух, а затем застонал и перевернулся на спину, закинув одну руку на голую грудь, а другую над головой. Боже, как же он был прекрасен. Я заставила себя отвернуться и спрыгнула с кровати, потянувшись за халатом, который лежал на ближайшем кресле. Я накинула его, бросив последний взгляд, чтобы убедиться, что он все еще спит.

Грудь Самкиэля равномерно поднималась и опускалась, простыни теперь были скомканы у его бедер. Он крепко спал во всей своей обнаженной красе, но помимо того, что я, как обычно, восхищалась его божественным телом, мое внимание привлек его живот. На месте глубокого шрама была только гладкая зажившая кожа. Я почувствовала это раньше, когда он разделся сам, а потом раздел меня, прежде чем прижать к стене. Я провела по нему рукой, чтобы убедиться, что он настоящий.

Часть меня все еще надеялась, что это был просто очередной кошмар. Глядя на то, что раны больше нет, я почти поверила, что он тут, навеки со мной, но зияющая боль в том месте, где когда-то была моя душа, доказывала обратное.

Я выглянула в открытое окно, все еще не понимая, как он вернул себе всю свою силу. Я спросила об этом Реджи, когда мы вернулись, и Самкиэль ушел вниз с Исайей. Реджи сказал, что катализатором стала чистая сила воли и стремление защитить меня. Он добавил, что сила вернулась в его тело быстрее, чем он успел осознать, и Роккаррем до сих пор не понимает, как такое вообще возможно. Габби любила меня, но меня никогда не любили так, как Самкиэль. Никто не заботился обо мне и не защищал меня так, как он. Я все еще сомневалась, что заслуживаю этого после всего, через что ему пришлось пройти из-за меня. Но мое холодное, мертвое, ноющее сердце наполнилось теплом при мысли о такой любви и о том, что, несмотря ни на что, она принадлежит мне.

Я оставила его массивное спящее тело и направилась к двери, двигаясь бесшумно, чтобы не разбудить его. Как только я вышла в коридор, чертово притяжение снова дало о себе знать. Я резко остановилась и посмотрела вниз. То, что тянуло меня, хотело, чтобы я спустилась. У меня кровь застыла в жилах.

Что-то случилось с Логаном, Неверрой или Кэмероном? Исайя сбежал? Может, он бесчинствует внизу, а мы этого не слышим? Я не стала раздумывать и побежала по коридору, перепрыгивая через три ступеньки зараз. Логан был внизу, как и Неверра с Кэмероном. Даже с учетом возросшей силы Кэмерона я знала, что Исайя разорвет его голыми руками.

Я бежала по коридору, дверные проемы расплывались перед глазами. Я завернула за угол и промчалась мимо полуоткрытой двери в кабинет Самкиэля, прежде чем резко затормозить. Подол моего халата запутался вокруг бедер, когда я попятилась, прищурившись. Мое сердце бешено колотилось в груди, в голове звенели тревожные колокольчики.

Опасность!

Опасность!

Опасность!

Из темноты вынырнула крупная мужская тень и бесшумно двинулась по комнате. Я низко зарычала, и мои руки озарились ярко-оранжевым пламенем. Я со всей силы пнула дверь, и она распахнулась, с треском ударившись о стену и разлетевшись в щепки. Я знала эти плечи, знала, какой могучий зверь скрывается за ними. Один огненный шар, затем другой пролетели по воздуху и попали прямо в него, но каким-то образом прошли насквозь и ударились о стену, не причинив ему никакого вреда.

Какого черта? Огонь в моих руках погас, когда он обернулся. На его лице появилось странное выражение, когда он переводил взгляд с меня на дыру в стене с еще горящими краями.

– Твоя злобная дикая натура компенсирует твой маленький рост.

Я сглотнула ком в горле, и во рту внезапно пересохло. По моим венам пробежал холодок, потому что я смотрела не в глаза Кадена. Я смотрела в глаза бога.

– Унир.

– Ты меня знаешь?

Я не могла даже кивнуть, не говоря уже о том, чтобы ответить. Он был той тенью, которую я видела или чувствовала в каждом углу с тех пор, как мы приехали сюда, той самой, которую я видела на рынке. Это был не Каден, следивший за мной. Это был он.

– Как? – Это был шепот, полный абсолютного недоверия и изумления.

Он был точной копией Короля Богов, которого я видела в воспоминаниях Самкиэля, вплоть до плотных шелковых одежд, покрывавших побитые в боях серебряные и золотые доспехи. Бронированные сапоги доходили до колен, на серебряных латах были вырезаны замысловатые узоры. Он улыбнулся, лишь слегка приподняв уголки губ. Этот жест был мне знаком – я так часто замечала его в мужчине, спящем наверху, что у меня замерло сердце.

– Как – не важно, – даже голос его звучал властно, и Иг'Моррутен под моей кожей зарычал в ответ. – Зачем – должно волновать тебя больше.

– Тогда ладно, – я собрала всю свою фальшивую браваду. – Зачем?

Унир улыбнулся и, обойдя стол, остановился передо мной. Он возвышался надо мной, был намного выше любого из своих сыновей, и я запрокинула голову. Он посмотрел на кольцо у меня на пальце, а затем снова встретился со мной взглядом.

– Мертвым есть что обсудить с тобой, невестка.

Его руки обхватили мою голову, тьма окутала мой разум, и я закричала.

Примечания

1

1,5 фута = 45,7 см.

2

Берсе2рки (др.-сканд. berserkr, ber – «медведь» и serker – «рубаха, шкура») – воины из древнегерманской и древнескандинавской мифологии, впадающие в безумие во время битвы.

3

Виверна или виверн (англ. Wyvern) – мифическое существо, разновидность