Блич: Целитель - Xiaochun Bai

Инструктор что-то ещё добавил про безопасность, но Масато услышал лишь слово «проверка на выживание» и мысленно попрощался с жизнью.

Когда отряды начали формироваться, Саэ радостно хлопнула его по плечу:

— Мы с тобой и Рё в одной группе!

— Прекрасно, — вздохнул Масато. — Если я погибну, то хотя бы рядом будут свидетели.

Они двинулись к лесу — тройка студентов и одна обезьянка, которая, как ни странно, выглядела самым спокойным членом команды.

Путь занимал всего несколько минут, но для Масато это был целый час внутреннего ужаса. Каждый шаг отдавался эхом в голове.

А вдруг там не слабые? Вдруг это ловушка для сокращения числа студентов? Это ведь гениально — все думают, что экзамен, а на деле… чистка! Лес полон пустых, и только лучшие выживут!

Он представил, как инструктор записывает в журнал: «Масато Шинджи — погиб в панике».

Даже эпитафию будет стыдно написать, — подумал он. — ‘Он умер, потому что слишком боялся умереть’. Замкнутый круг, вот что это.

Впереди показалась зелёная стена деревьев. Лес Академии — место, где проводили практику старшие курсы. Днём он выглядел спокойно: высокие стволы, мягкий мох под ногами, воздух пах хвоей и солнцем. Но стоило войти — и всё менялось. Свет гас, тени сгущались, а звуки словно тонули в глухом дыхании ветра.

Шинджи почувствовал, как поджилки дрожат. Он поймал себя на мысли, что считает шаги. Раз, два, три, четыре… Если считать, то страшно чуть меньше. Хотя бы кажется, что контролируешь хаос.

Саэ оглянулась:

— Не отставай!

— Я не отстаю, я просто проверяю почву, — буркнул он. — Вдруг здесь трещины. Или ямы. Или ад.

Коуки тихо взвизгнула, перепрыгивая с его плеча на ветку.

Рё осмотрелся и кивнул:

— Энергия здесь нестабильна. Похоже, недавно проводили очистку. Но остатки духовной материи ещё остались.

Масато покосился на него.

— Переведи: это значит, что кто-то всё-таки может нас сожрать?

— Теоретически, да.

— Отлично. Теория, практика… как будто я на лекции по собственной гибели.

Он глубоко вдохнул, чувствуя, как воздух давит на грудь. Казалось, даже дыхание становится тяжелее, когда рядом невидимо шевелится духовная энергия.

Главное — не паниковать. Паника — враг. Паника — как чайник без крышки: закипит, и всё разлетится. Спокойно. Я — студент Академии Шинигами. Я умею… что я умею?.. Ах да. Бояться профессионально.

Он прижал руку к поясу, где висел его занпакто, а точнее, асаучи. Обычный меч, которому он до сих пор не доверял. Ему всегда казалось, что мечи предназначены для людей с волей, а не для тех, кто готов убежать при первом шорохе.

Но, несмотря на страх, где-то глубоко внутри Шинджи ощущал странное волнение. Лёгкое, почти приятное — как у человека, который понимает, что вот-вот произойдёт что-то важное. Он не знал, откуда это чувство. Может, от леса, а может, от того, что внутри него уже шевелилось нечто большее — Глаза, что видят путь.

Пока группа продвигалась вглубь, лес будто становился всё плотнее, темнее. Ветви переплетались над головами, как потолок из тьмы, и только редкие лучи солнца пробивались сквозь листву, падая на землю тонкими полосами света.

Масато невольно остановился и смотрел, как частицы пыли медленно кружатся в этих лучах. Они напоминали духовные частицы — крошечные, живые.

Интересно, если дух умирает, остаётся ли от него пыль? Или просто исчезает? И если я умру, останется ли от меня хоть немного света?..

Он покачал головой, отгоняя мысли.

— Что за депрессия с самого утра, Масато, — прошептал он сам себе. — Ты ещё не умер. Хотя, учитывая скорость, с которой мы идём в чащу, это лишь вопрос времени.

Лес жил своей странной, вязкой жизнью. Казалось, воздух здесь стал гуще, чем снаружи, будто кто-то растворил в нём сон. Даже шаги отдавались приглушённо, словно под ногами не земля, а мягкий мох, впитавший все звуки.

Каждый вдох отдавался холодом в груди. Сначала это было приятно — освежающе, но спустя пару минут начало казаться, будто сам воздух следит за ними.

Шинджи шёл осторожно, стараясь ставить ноги точно в след Саэ, хотя она явно не беспокоилась о скрытности. Её меч позвякивал при каждом движении, и этот металлический звук был единственным, что напоминало о реальности.

Он то и дело оглядывался.

Каждая ветка, каждый шорох, каждая соринка, пролетевшая мимо глаза, казались предвестием чего-то ужасного.

Зачем вообще деревьям нужен этот жуткий туман? — ворчал он про себя. — Он лезет в нос, в рот, в глаза. Как будто лес специально создан, чтобы пугать студентов. А вдруг этот туман — живой? А вдруг он впитывает страх? Отлично, тогда я — его любимое блюдо.

Вдалеке прокричала птица.

Глухо, с хрипотцой, будто кто-то выдавил звук из чужого горла.

Масато вздрогнул и тут же мысленно отругал себя:

Это просто птица. Просто звук. Просто воздух, вибрирующий в пространстве. Ничего страшного. Абсолютно ничего… хотя если это не птица, а…

— Масато, — прервала его Саэ, — перестань дышать так громко, а то я подумаю, что за нами идёт стадо быков.

— Я просто стараюсь не умереть, — выдохнул он. — Это требует концентрации.

Рё шёл позади, молча наблюдая за изменениями в энергетическом фоне. Его рука была поднята, пальцы чуть дрожали — он, похоже, что-то ощущал.

— Энергия становится плотнее, — произнёс он негромко. — Это зона, где чаще всего появляются пустые.

Масато побледнел.

— Может, тогда просто… вернёмся? Проверим всё снаружи? Например, есть ли там чайная…

— Экзамен, — отрезала Саэ. — Мы должны пройти его.

— Да, но ведь никто не сказал, что пройти — это обязательно возвращаться живым!

Он нервно усмехнулся, но никто не ответил. Только листья шевельнулись, словно вздохнули от скуки.

Они остановились на небольшой поляне, где свет всё ещё пробивался через листву. Тут, под этим тихим сиянием, казалось, что всё спокойно. Даже Масато немного расслабился.

Птицы пели — тонко, неуверенно, будто боялись нарушить покой. Воздух был пропитан запахом мха и влажной земли. Где-то рядом журчал ручей, едва слышно, словно говорил: «Всё хорошо. Всё спокойно».

Шинджи позволил себе вдохнуть глубже, опустил плечи.

— Видите? — сказал он, осторожно. — Может, всё не так уж плохо. Может, этот участок уже очищен.

Саэ фыркнула:

— Если ты начнёшь надеяться, нас точно найдёт кто-нибудь страшный.

— Спасибо, утешила, — ответил он.

Он огляделся внимательнее.

Туман внизу двигался плавно, почти лениво, словно подчинялся дыханию леса. Ветки высоких деревьев тянулись друг к другу,