Контракт с грядущим 1 - Михаил Никитич Ишков

в орбитальном дворце – чудо-станции Хиело или, как ее еще называли, Меркурий-прайм, постоянно летавшей между гигантскими накопителями энергии Марипоса. Именно эти коллекторы служили основой богатства Гавиланов.

…в спецзоне нас встретили гвардейцы короля. Для начала они проверили документы и попытались сразу отделить меня как полномочного представителя, к тому же обладающего всеми качествами натурального человека, от котов-телохранителей.

Я резко возмутился и напомнил, что, согласно условиям договора, пустынные бегуны находятся в моем распоряжении и являются неотъемлемой частью моей команды. Начальник гвардейского эскорта заявил, что это распоряжение касается всех, не исполнивших свой долг военнослужащих.

Я объяснил: после того как их скриммер пустынных бегунов был атакован боевым меркурианским кораблем, Мурк и его команда отказались соблюдать контракт с Гордоном Гавиланом, и их обязательства перед королевской семьей перешли к другому представителю королевской семьи Гавиланов. На этом пункте настоял Черный Барни, а также наследник трона Хамон Тута.

Начальник патруля связался с королем и тот, не желая с первых шагов ссориться с пиратами, приказал оставить «собачьих котов» в покое и доставить «всю эту банду во главе со мной» на Меркурий-прайм.

Услышав о распоряжении владыки, я, глядя на начальника патруля, в составе которого были исключительно натуральные люди, – как можно более зловеще ухмыльнулся. Только такое поведение могло спасти нам жизнь.

* * *

Меркурий-прайм, космический дворец семьи Гавиланов, появился на экране орбитального челнока в форме странно угловатого небесного тела и завис в темном, чуть подсвеченном солнечной короной пространстве.

Его размеры увеличивались на глазах, пока не заслонили весь экран. Далее привычно обозначился раскрывшийся зев приемного шлюза, загорелись сигнальные огни, разбежались по причальной палубе светящиеся стрелы, и наш скиммер вполз на рельсы, проложенные по громадным плитам с пробитыми в них симметричными отверстиями.

Нас уже ждали…

Как только я выбрался из скиммера, встречавший чиновник взмахнул рукой наподобие пионерского салюта. Я не сразу догадался, что этот жест означает отдание чести, и ответил также. Правда, с бóльшим акцентом на пионерское приветствие.

Этим официальная часть и ограничилось. Чиновник жестом указал следовать за ним и двинулся к выходу с причальной палубы. Заговорил он только во втором шлюзе. Голос его, не снявшего шлем, звучал ясно и чуть протяжно.

Во внутренних помещениях чиновник – опять же жестом – пригласил меня и котов на движущуюся дорожку, и после недолгого путешествия по техническому коридору мы добрались до приемной короля-Солнца.

Здесь, в подсобном помещении, пустынные бегуны откинули головные шлемы и скинули скафандры. Я же остался в своей боевой оболочке, в которой совершил первое в жизни космическое путешествие, только шлем автоматически убрался за спину.

Котам было приказано располагаться в подсобке, а меня провели в громадное многоугольное приемное помещение, в нишах которого в полный рост стояли статуи всех королей Солнца, начиная с Белама Первого и заканчивая нынешним правителем. По бокам изображений царственных особ высились богато и искусно отделанные обелиски, посвященные их славным делам. Статуи были отлиты из золота местной разновидности, отличавшегося пурпурным отблеском. Такого рода золото потоками струилось по дневной стороне Меркурия. Что бросилось в глаза, обелиски были удачно инкрустированы серебром, драгоценными камнями и какими-то сияющими кристаллами, которых мне раньше видеть не доводилось.

Вот еще что притянуло мой взор – фигурная арка над входом была перекрыта низковатой притолокой, а створки дверей были покрыты резными барельефами. Помещение было мрачноватое. И почти пустое… Высокий потолок едва угадывался в неярком сумеречном свете.

Наконец меня ввели в кабинет для аудиенций.

По обеим сторонам зала в стенах были пробиты стрельчатые окна. На окнах кремовые занавески, слегка покачивающиеся от легкого ветерка.

За окнами открывался вид на далекий горный хребет, вершины и перевалы которого утопали в девственно чистых снегах. Стадо оленей бродило по склону, поросшему соснами. Животные по брюхо в снегу добрались до заиндевелых густых зарослей и принялись объедать тонкие ветви.

Пейзаж за окнами – вершины, склоны, перевалы, даже олени – казался до жути реальным. Я попытался убедить себя: это все чудеса голографии, не более того, однако реальность зрелища убедительно подчеркивалась смолистыми запахами сосен, свежего снега, к которым примешивался аромат дыма от четырех канделябров, стоявших вокруг возвышения, на котором располагался золотой трон.

На троне сидел король. В руках Гордон держал наполовину опустошенный кубок крепчайшего венерианского виски.

Казалось, он даже не заметил введенного в зал гостя. Это пренебрежение, о котором меня заранее предупредил Тута, являлось обычной его манерой общения…

«… и это не пустяки! – наставлял принц. – В том положении, в котором ты окажешься, Гордон сразу попытается поставить тебя на место. Он часто пользуется этим зубодробительным приемом, чтобы выставить гостя просителем.

Меня тоже…»

…помнится, мы долго обсуждали, каким образом выкрутиться из этой удушливой ситуации. Ни в коем случае нельзя стушеваться, держись смело и не позволяй наступать себе на хвост.

…они, эти местные, много чего придумали, но как воплотить их советы в жизнь? Одна надежда на Барни. Посмотрим, как заговорит король, когда здесь появится джинни-пират?

Для начала я представился. Объявил себя советником принца, пришельцем из далекого прошлого, доисторическим сочинителем мифов, главным хранителем легендарного чернокнижья.

Гордон без всякого любопытства, с ироничной ухмылкой выслушал мое представление, и я понял, что влип.

Влип так влип!..

– С чем пожаловал? – неожиданно спросил Гордон густым, басовитым голосом.

Я невольно отметил, что до назначенного срока оставалось несколько минут. И надо что-то говорить… По крайней мере не молчать.

Пришлось напомнить о договоренности насчет прибытия на Меркурий наследного принца Хамона Туты, а также его людей, которым принц доверил защищать его интересы – следовательно, им должен быть предоставлен официальный статус. Затем затронул несколько спорных вопросов насчет наследственного покровительства принца над некоторыми профсоюзами Меркурия. Здесь возникли некоторые вопросы, которые необходимо уладить.

Я заявил, что наследный принц полностью отдает себе отчет, что гегемония дяди на планете бесспорна и непоколебима и уважение к суверену – одно из главных свойств натуры принца. Однако пока он страдает от слепоты и не может в полной мере воздать уважение к старшему их рода.

– …не может в полном уме и здравии возглавить назначенные обязанности, которые король-Солнце Первый решит возложить на него.

– Где сейчас находится Тутанхамон?

– Его отправили на Титан, в частную лечебницу.

– Долго продлится лечение?

– Это мне неизвестно.

– Так вот, когда он подлечится, пусть сам явится на Меркурий, и мы тут вдвоем, в родственной обстановке обсудим наши отношения и те обязанности, которые я возложу на него. У этого юнца есть в подчинение какие-нибудь воинские отряды, кроме