Одним махом! - Илона Эндрюс

они все вырубятся, – а затем рассеется в воздухе. Технологию ослепителя несколько веков назад разработали предприимчивые галактические преступные картели, специализирующиеся на похищениях. Она стоила бешеных денег. Прямо сейчас на моих глазах сгорали боеприпасы на двести тысяч кредитов. Изрядная часть моей прибыли с мирного саммита. Два шага вперед, один шаг назад. Но, несмотря ни на что, я все равно продвигалась.

Только бы мины сработали так, как было заявлено. Только бы тебя не поймали, Мод. Только бы не поймали.

Я выпрыгнула из грузовика, пробежала вдоль кузова, вскарабкалась в кабину и выключила прикрепленный наверху фотонный проектор размером с холодильник. Если бы кто-то смотрел на нас со стороны шоссе, он увидел бы, как грузовик вдруг появился из ниоткуда.

В поле моего зрения появился одинокий гонщик на чудовищного вида антигравитационном байке, тянущий что-то на буксире. Арланд ехал на крецикле и тащил за собой черную сеть с бустбайком и ку. Раздался визг тормозов, и он остановился передо мной.

– Упаковано и доставлено.

Винг уставился на меня полными ужаса глазами.

Следом к нам приближался второй крецикл. Мод. Сердце бешено колотилось в груди. Она цела. Все в порядке. Все хорошо.

Шон спрыгнул на землю, выдвинул пандус и опустил его на тротуар. Арланд загнал крецикл в грузовик, таща за собой ку. Я вытащила из кармана капсулу.

– Нет! – вскрикнул Винг.

– Да. Ты влип по уши.

Я поднесла капсулу к его носу и раздавила.

Вырвалось облако зеленого газа, и ку потерял сознание.

– Ловко, – сказал Шон.

Они с Арландом схватили сетку, в которой были Винг и бустбайк, и закинули ее в грузовик.

– К сожалению, с людьми и их хрупкой анатомией так не выйдет.

Иначе офицер Маре был бы гораздо меньшей проблемой.

Мод с перекинутой через плечо большой осветительной пушкой немного притормозила и заехала в грузовик, поставив свой крецикл рядом с крециклом Арланда. Я протянула ей еще две капсулы.

– Если Винг зашевелится, накачай его.

Она кивнула.

Шон захлопнул перегородку кузова. Я бросилась к кабине, открыла дверь, забралась наверх и набрала код на фотонном проекторе. Мигнул бледно-голубой индикатор. Спрыгнув на землю и стараясь идти по прямой, я сделала несколько шагов назад.

Грузовик исчез. Если присмотреться повнимательнее, то можно было заметить легкую волнистую рябь, но только если находиться всего в нескольких футах от него.

– У нас все в порядке? – спросил невидимый Шон.

– Все в порядке.

Я пошла обратно и чуть не подпрыгнула, когда в восемнадцати дюймах передо мной возник грузовик. Я забралась на пассажирское сиденье. Шон плавно выехал с парковки, и мы поползли по траве к шоссе. Шон прибавил скорости.

– Как у нас дела? – спросил он.

Я проверила свой телефон.

– Еще две минуты до того, как рассеется эффект от мины. Двадцать три минуты до того, как разрядится фотонный проектор.

Он надавил на газ, и грузовик рванул вперед. В кабине были только мы с ним. Все это было не просто безрассудно – это было рискованно. Если нас поймают, придется здорово поплатиться.

Шон сидел на своем месте, сосредоточенно управляя автомобилем. Он не пытался меня успокоить. Просто излучал тихую спокойную уверенность. У меня мелькнула мысль, что, если бы в небе внезапно появился космический корабль и открыл огонь, Шон без труда достал бы огромную пушку, сбил корабль и продолжил путь с тем же спокойным выражением лица. Если бы Шона здесь не было, мне было бы по силам справиться и самой. Но как же я была рада его присутствию.

– Ты спрашивал, почему я отказалась помочь хиру, – сказала я.

– Да, спрашивал.

– Мод. И Хелен. Я только что вытащила своих сестру и племянницу из места, где они пережили настоящий ад. Мод заслуживает немного тишины и покоя.

– У твоей сестры явно прибавилось энергии, когда ты вручила ей ослепитель.

– Знаю. И именно этого я боюсь. Если я поставлю гостиницу под угрозу, она пойдет в бой в первых рядах.

– Это ее выбор, – сказал Шон.

У меня зазвонил будильник. Я выключила его. Дорожный патруль вот-вот должен был проснуться.

– Я знаю, что это ее выбор. И что ответственность за случившееся лежит на моем зяте. Мелизард стал виновником их изгнания и, оказавшись на той планете, совсем потерял рассудок. По словам Мод, он начал действовать настолько безрассудно, что в итоге предал Дом, который его нанял, и был убит. Нормальным человеческим поступком для Мод было бы попытаться покинуть планету или выстроить какую-то систему для защиты себя и Хелен. Но вместо этого моя сестра объявила кровную месть и последние месяцы потратила на ее исполнение.

– Как настоящий вампир, – заметил Шон.

– Да. Мы сейчас не в Святой Анократии. Мы на Земле. Это ее дом. Ей потребуется время, чтобы вспомнить, каково это – быть человеком. Я не собираюсь навязывать ей свои решения или говорить, что делать. Просто я не хочу без передышки втягивать ее в новую кровавую схватку. Я хочу дать ей шанс привыкнуть к человеческой жизни.

Я вздохнула.

– Дразири целеустремленны. Они пойдут на все, чтобы убить хиру. Ты через столько всего прошел… Как ты справляешься?

– Я не могу говорить за твою сестру, – сказал Шон. – Каждый справляется по-своему. Люди говорят, что нужны тишина и покой, и, когда ты по уши в этом всем, в крови, в смертях, так и кажется. А потом ты возвращаешься домой.

На мгновение он замолчал.

– Все кажется фальшивым, – продолжил Шон. – Я встаю, машу соседям, иду в магазин за продуктами, заправляю машину. Но все это время словно притворяюсь кем-то другим и боюсь, что могу забыть свои реплики.

– Шон…

Я понятия не имела, что он так себя чувствует.

Он взглянул на меня. Выражение его лица было решительным, глаза – ясными.

– Тишина и покой не помогают, потому что причина не снаружи, а внутри. Внутри меня. С тех пор как я вернулся на Землю, я лишь раз чувствовал себя нормально. Сегодня.

Я потянулась и взяла его за руку. Он оторвал взгляд от дороги и посмотрел на меня. В его глазах отразился свет, их радужная оболочка приобрела золотисто-карий оттенок янтаря.

– И это.

Он сжал мою руку.

– Это тоже кажется нормальным. Такое чувство, что я наконец-то дома.

Позади нас завыли сирены. Он все еще держал меня за руку, и теперь его сильные пальцы еще крепче сжали мои. Я вспомнила, как он уходил от меня в разлом между мирами. Он хотел увидеть галактику и был обязан Вильмосу услугой. Он ушел, а я осталась стоять на траве, обхватив себя руками.