Одним махом! - Илона Эндрюс

Гости разъезжались, а мы оставались. Такова была участь хозяйки гостиницы. Мои родители исчезли, брат отправился их искать и пропал, Мод вышла замуж… Но я вернула Шона. Он был рядом, держал меня за руку и не хотел отпускать.

– Притормози, – сказала я. – Подъезжаем.

Мы проехали указатель на Леону.

Преследующие нас сирены становились все громче. Я взглянула в боковое зеркало – полицейские машины были прямо за нами. Еще полминуты, и они врезались бы прямо в заднюю часть грузовика.

– Поверни направо, – сказала я Шону.

Он отпустил мою руку и свернул на траву. Грузовик закачался из стороны в сторону, преодолевая неровности, и выехал на узкую подъездную дорогу. Мимо с яростным ревом промчался отряд полицейских.

Шон тихо рассмеялся.

– Не возвращайся к Вильмосу.

Я не хотела этого говорить. По крайней мере, не в такой форме. Но слова уже вырвались, и я должна была закончить мысль.

– Останься здесь, со мной. Хотя бы ненадолго.

– Я останусь, – пообещал он.

Я отвернулась.

Он сбросил скорость.

– Езжай дальше по этой дороге, – сказала я ему. – Она выведет к Бьюки.

– Я люблю Бьюки, – сказал Шон.

Все любят Бьюки. Эта сеть крупных заправочных станций, которые одновременно служили ресторанами и туристическими центрами, предлагала все: от парфе и пятидесяти различных видов вяленого мяса до техасских сувениров. Там всегда было полно машин и путешественников, ценящих удобные заправки и чистые туалеты. Все, что нам было нужно, – прокрасться мимо патрульных, охранявших выход, и смешаться с толпой.

В кои-то веки это мистер Родригес будет передо мной в долгу, а не наоборот.

– Почему ты хочешь помочь хиру? – спросила я Шона, когда мы въехали на огромную парковку.

– Потому что кто-то взорвал их планету и теперь хочет полностью истребить. Кто-то должен что-то сделать. А еще потому, что в конце концов ты примешь их предложение и вмешаешься, а я не хочу, чтобы ты разбиралась со всем в одиночку.

– Почему ты так уверен, что я приму их предложение?

Он улыбнулся мне, превращаясь в прежнего Шона Эванса. Преображение произошло так внезапно, что я моргнула, чтобы убедиться, что мне это не померещилось.

– Ты гиперзаботливая.

– Что-что?

– Ты из тех, кто выйдет из теплой сухой машины в разгар грозы в своем лучшем платье, чтобы подобрать с дороги мокрую собаку. Ты помогаешь людям, Дина. В этом вся ты. И хиру нуждается в помощи.

– Я благоразумна, – сказала я ему.

– Думаю, ты передумаешь еще до вечера, – ответил он. – Руку даю на отсечение.

* * *

Шон подогнал грузовик к гостинице, остановился и на мгновение задумался.

– Что?

– Интересно, твоя сестра еще не убила Арланда?

– Думаешь, да?

Он наклонил голову, прислушиваясь.

– Нет. Я все еще слышу их обоих. Вот черт. Ну что ж, мечтать не вредно.

Мы припарковали грузовик, я вышла и открыла заднюю дверь. Мод спрыгнула на траву, скрытая от улицы кузовом автомобиля. На ее лице застыла бесстрастная маска.

Арланд подтащил ку и бустбайк к краю кузова. Я махнула рукой. Из земли выросли длинные гибкие побеги и, обвив Винга и байк, утащили их под землю.

– Отнеси его в конюшню, – пробормотала я. – И держи там.

Арланд выпрыгнул из грузовика.

– Мне очень понравилось. Спасибо за это чудесное развлечение.

– Спасибо тебе за помощь.

Арланд улыбнулся, показав острые клыки, и пошел в гостиницу.

Я закрыла кабину, махнула рукой Шону, и тот тронулся с места. Он собирался вернуть грузовик и забрать обратно свою машину.

Из собачьей дверцы выскочила Фурия и тут же прыгнула мне на руки. Я обняла ее, но она так сильно вертелась, что пришлось поставить ее на землю. Тогда она в порыве собачьего восторга помчалась прочь, поджав хвост для пущей скорости.

– Где Хелен? – нахмурилась Мод.

– На кухне.

Я махнула рукой, и в стене открылось окно. Хелен неуверенно взгромоздилась на табурет над большой кастрюлей. Кто-то обрезал один из моих старых фартуков – тот, что с подсолнухами, – и надел его на нее. Она помешивала содержимое кастрюли большой ложкой, а вокруг нее витали тонкие лозы гостиницы, готовые ловить, если она потеряет равновесие.

Я достала из кармана телефон и сделала снимок.

– Он смог заставить ее работать? – спросила Мод, уставившись на Хелен.

Орро что-то буркнул своим хриплым голосом.

Хелен кивнула и, щедро высыпав что-то в суп, пропищала:

– Да, шеф!

– Дай мне телефон! – взвизгнула сестра и, выхватив его у меня из рук, начала делать фото за фото.

Мод не чувствовала присутствия дочери на кухне, но я знала – все вернется. Обязательно вернется. Она много лет прожила в гостинице наших родителей и никогда не испытывала проблем со связью.

– Так о чем вы с вампиром говорили в грузовике? – спросила я.

– Ни о чем.

– Ты имеешь в виду, что это была обычная болтовня ни о чем или что ты не собираешься мне рассказывать?

– Я просто держала рот на замке. Мы не разговаривали. Я не испытываю интереса к вампирам. С меня хватит.

Я ей улыбнулась.

– Ты уже решила, что делать с хиру? – спросила она.

– Пока нет.

– Папа бы одобрил. Он никогда не мог устоять перед историей о чьих-то страданиях, а никто не страдает больше, чем хиру.

– Мама бы не одобрила, – сказала я.

– А вот и ошибаешься. Мама бы одобрила, особенно после того, как первый дразири появился бы у нас на пороге с угрозами.

– Мне жаль любого дразири, который рискнул бы угрожать маме.

Если кто-то и мог заставить их оставить Землю в покое, то это была бы наша мама.

Наши мама и папа. В этом был весь смысл гостиницы. Вот почему я вернулась на Землю и повесила их портрет в гостиной. Я планировала сделать «Гертруду Хант» популярной гостиницей с кучей посетителей. Рано или поздно кто-нибудь из них узнал бы моих родителей и рассказал, что с ними случилось. Галактика огромна, шансы малы, но мне больше ничего не оставалось.

– Как ты думаешь, что мне следует делать?

Мод поджала губы, делая вид, что глубоко задумалась.

– Думаю, ты должна поступать так, как считаешь правильным.

– И ты еще говорила, что это я превратилась в маму!

Мод направилась к двери в кухню.

– Не перекладывай решение на меня. Ты – хозяйка гостиницы.

Закатив глаза, я последовала за ней.

– Мамочка!

Хелен соскочила с табурета, промчалась через кухню и прыгнула в объятия Мод. Для пятилетнего ребенка это был бы невероятно высокий прыжок.

– А вот и моя милашка!

Мод и Хелен наморщили личики и потерлись носами.

– Я шеф-повар, – объявила Хелен.

– Су, – прорычал Орро из кладовки.

– И мне нужно