Одним махом! - Илона Эндрюс

Шон посмотрел на меня мрачным взглядом. Он либо услышал их, либо почувствовал запах. Я слегка покачала головой.

– Прошу меня простить.

Взяв метлу, я подошла к входной двери и щелкнула пальцами. Со стены соскользнул экран, показывая человекоподобное существо в длинном черном плаще, идущее вдоль подъездной дорожки. Плащ развевался при каждом движении. Его рукава были покрыты рядами ремней. Из-под капюшона посетителя выбивались светлые, почти белые волосы.

Интересно. Я никогда раньше не сталкивалась с гостем вроде него.

Я открыла входную дверь, оставив сетку закрытой, оперлась на метлу и стала ждать.

Он не шел, а скользил легкой поступью, как грациозный танцор.

Нехороший знак.

В моей голове снова раздался магический звон. Экран разделился, показав две темные фигуры, одна из которых лежала на траве, а другая пряталась за деревом. У каждого было оружие, которое сканер гостиницы высвечивал белым. Длинный ствол и изогнутый приклад. Игольчатые винтовки. Один выстрел из такой парализовал, но мог и убить, если вес цели был достаточно мал. Игла не пробьет металл хиру. Винтовки были для нас.

Незнакомец приблизился. Дом скрывал его от улицы. Он опустил капюшон. При плохом освещении его можно было принять за человека. Прекрасного, ангельской внешности мужчину. Его кожа имела ровный золотистый оттенок и казалась мягкой, словно бархат. Волосы были совершенно белые, без следа другого оттенка, но с черными кончиками. Белые густые и пушистые брови, как и волосы, переходили в черный. Из-под бровей на меня смотрели большие глаза – их бирюзовые радужки светились внутренним огнем, словно два аквамарина. Его лоб украшали светящиеся серебристые линии, отпечатавшие на его коже сложный узор. Нос отличался выступающей переносицей и отсутствием изгибов над ноздрями. Прямой и треугольный, он расширялся на конце, образуя подобие клюва. Лицо дополняли надменная линия губ и похожая на человеческую челюсть с таким четким контуром, словно ее высекли из камня.

Если бы вы столкнулись с ним в клубе или увидели, как он прогуливается в темноте под слабым светом уличных фонарей, то подумали бы: «Какой красивый мужчина». Но он стоял всего в нескольких футах, ярко освещенный послеполуденным солнцем. Эта идеальная кожа была покрыта не голым эпителием, а очень коротким и плотным пухом. То, что с первого взгляда казалось волосами, на самом деле было тонкими мягкими перьями. Дразири. К тому же, судя по знаку на лбу, он принадлежал к высшей касте.

– Добрый вечер, – сказал он.

Звучание его голоса было чистым. В отличие от хиру, у дразири не возникало проблем с доступом к дорогостоящей технике.

– Добрый вечер.

– Мне нужна комната.

– В данный момент у нас нет свободных комнат.

Он моргнул пушистыми ресницами.

– Мне казалось, в вашей гостинице мало постояльцев и более чем достаточно места.

– Если вы знаете о хозяевах гостиниц, то должны знать и то, что мы оставляем за собой право выбирать наших гостей. К сожалению, в данный момент я не могу предоставить вам комнату. Возможно, позже.

– Мне нужна комната, – повторил он.

– В Далласе есть замечательная гостиница. Это всего в нескольких часах езды отсюда.

Дразири подошел ближе.

– Я знаю, что хиру здесь, – сказал он тихо, но с угрозой в голосе.

– Вам лучше уйти.

Лишь бы он понял с первого раза.

– Впустите меня. Все быстро закончится.

– Хиру вне вашей досягаемости.

– У вас прекрасная гостиница, – сказал он. – Я слышу других гостей и ребенка, играющего на лужайке.

Ублюдок. Они хотели выстрелить в Хелен. Таков был план. Выстрелить и обменять ее – или ее мертвое тело – на хиру.

– Вы в безвыходной ситуации, – сказал он. – За свою жизнь я провел немало рейдов. Они бывают как легкими и быстрыми, так и медленными и грязными. У вас там столько существ, которые могут случайно попасть под выстрел. И ребенок. Такой милый ребенок. Было бы жаль, если бы она пострадала.

Двое других приблизились к лужайке. Корни тут же вырвались из земли, пронзив их обоих. Не было ни крика, ни звука. Я потянула с помощью своей магии. Корни погрузились в землю, увлекая за собой два тела.

Разговор на лужайке оборвался.

Корни с шорохом вышли на поверхность позади незваного гостя.

Дразири обернулся и увидел два подвешенных над землей трупа. У каждого изо рта торчал толстый корень, выходящий из задней части черепа.

– Ты прав. Моя племянница – чудесный ребенок. Было бы жаль, если бы с ней что-нибудь случилось.

Дразири уставился на меня не мигая.

– Ты самонадеянна. Мне придется научить тебя смирению.

Я почувствовала, что Шон стоит у меня за спиной.

– Ты плохо учил уроки. Это мои владения. Здесь мне принадлежит даже воздух, которым ты дышишь.

– Я всегда получаю то, что хочу. Так или иначе…

– Вон.

Он вылетел с подъездной дорожки, словно его тянула невидимая рука, и, перелетев через живую изгородь, приземлился на землю. По улице пронесся грузовик, угрожая его переехать. Дразири увернулся – словно кусок черной шелковой ткани отдернули в сторону – и скрылся в глубине района.

– Лучше бы ты убила этого страшного белого, – сказал Винг позади меня.

– Лучше знать врага в лицо, чем не понимать, к чему готовиться.

Я обернулась. Винг стоял в дверях кухни. Перья на его гребне так плотно прилегали к голове, что казались мокрыми.

Он был в ужасе.

– Ты знаешь дразири?

Ку кивнул.

– Они убивают не потому, что голодны. Они убивают, потому что им это нравится.

– Здесь, в гостинице, ты будешь в безопасности, – сказала я ему.

– Мы знаем его в лицо, – добавил Шон. – Осталось узнать его имя и разобраться, что им движет.

Порывшись в кармане джинсов, я вытащила доллар, который дал мне Шон, и протянула его ему.

– Ты нанят.

– Ты заключаешь выгодную сделку, – сказал он, беря доллар.

– Знаю.

Я обняла Винга за плечи.

– Пойдем, мы еще не закончили ужинать.

Все за столом посмотрели на меня. Хелен сидела на коленях у Мод.

– Они меня нашли, – тихо сказал хиру.

Его голос звучал до ужаса обреченно. Это были слова того, кто смотрит в лицо неминуемой смерти.

Если они что и нашли, так это бесконечные страдания.

– «Гертруда Хант» принимает ваше предложение. Мы предоставим Архивариусу убежище.

Воцарилась тишина.

– Почему? – наконец спросил хиру.

– Потому что в моем доме никто не смеет угрожать мне или моим гостям. Они меня не запугают, не причинят вреда моей семье и не нападут на моих гостей. Им нужно усвоить, что означает слово «нет», и я буду учить их этому снова и снова, пока не поймут.

Никто ничего не сказал.

Арланд протянул вилку, захватил