Чужая для вождя викингов - Хелен Гуда

Рядом кто-то был. Тяжелое дыхание обжигало кожу на затылке. Сердце кувыркнулось в груди, подскочив куда-то к горлу. Я попыталась отстраниться, но чья-то сильная рука грубо заткнула мне рот, не давая издать ни звука. Страх вспыхнул ледяным пламенем, парализуя волю.

— Тише, — прошипел знакомый голос прямо над ухом. Торвальд. От осознания, что это он, а не чудовище из ночного кошмара, легче не стало. Скорее наоборот. К ужасу добавилось отчаяние. Неужели это то, чего я боялась больше всего? Неужели он, как и все здесь, видит во мне лишь бесправную добычу, которую можно использовать по своему усмотрению? В голове бешено замелькали картины рабства, насилия, потери себя. Хрупкая надежда на защиту, которую он, казалось, предлагал, рассыпалась в прах.

Но Торвальд не двигался дальше. Он лишь сильнее прижимал ладонь к моим губам, словно боялся, что малейший звук привлечет нежелательное внимание. Я чувствовала, как дрожит его рука, и этот еле заметный тремор добавлял мне еще больше ужаса. Что происходит? Чего он так боится?

Наконец он немного ослабил хватку, позволяя мне вдохнуть. Воздух, пропитанный запахом дыма и звериной шкуры, показался горьким на вкус.

— Я не причиню тебе вреда, — прошептал он, и в его голосе я уловила странные нотки, которые не смогла идентифицировать. — Но ты должна слушаться меня беспрекословно. Поняла?

Я судорожно кивнула, не в силах произнести ни слова. Страх сковал горло, лишая возможности говорить. Он убрал руку, и я ощутила всю полноту своего бессилия. Я даже если хотела бы, просто не смогла ба дать ему отпор.

— Одевайся быстро, но тихо. Нам нужно идти, — приказал Торвальд, и в этот раз в его голосе прозвучала не только напряженность, но и какая-то… обреченность. Это сбивало с толку. Что происходит?

Вслепую нашарив свою одежду, я торопливо стала одеваться, стараясь не издавать ни единого звука. Торвальд не сводил с меня глаз, словно я могла исчезнуть в любую секунду. В полумраке его глаза казались черными провалами. Что он задумал? И почему он так нервничает?

Когда я была готова, в дверь тихо, почти неслышно постучали. Торвальд, словно хищник перед прыжком, замер на мгновение, а затем бесшумно открыл дверь, впуская в дом посланника. Присмотревшись, я узнала воина из зала ярла. Его лицо, надменное и грубое, сейчас казалось высеченным из камня, лишенным всяких эмоций. Он больше походил на мрачного вестника, чем на обычного солдата.

— Торвальд, ярл зовет тебя. И… твою пленницу. Немедленно, — его голос был приглушенным, бесцветным, словно у мертвеца.

Торвальд кивнул, коротко и отрывисто.

— Мы готовы, — но по тому, как напряглись его плечи, я поняла, что он, как и я, не понимает, что происходит, и напряжен до предела.

Страх сковал мое тело ледяными цепями, парализуя волю. Неужели ярл передумал и решил не дожидаться формального допроса до утра? Но почему посреди ночи? И зачем такая спешка? Что он задумал? Что он высмотрел во мне?

Торвальд взял меня за руку, его хватка была жесткой, почти причиняющей боль. Он повел меня за собой, слепо следуя за воином в ночную тьму. Мы вышли из дома в ночь. Лишь кое-где в окнах домов едва мерцал тусклый свет, поселение спало.

Вместо того чтобы идти по главной дороге, ведущей к дому ярла, воин повел нас в обход через запутанные лабиринты узких переулков. Он крался, словно волк, пригибаясь к земле, и мы, завороженные ужасом, послушно следовали за ним. С каждой минутой сердце бешено колотилось, отбивая чечетку паники. Что-то здесь было не так. Что-то ужасное.

— Куда мы идем? — осмелилась спросить я шепотом, с трудом разжимая пересохшие губы.

— Тише! — одернул меня Торвальд, с силой сжимая мою руку. — Не время для вопросов. Просто доверься мне.

Но как я могла ему доверять, когда он сам, как мне показалось, был напуган до чертиков?

Шли мы долго, казалось, бесконечно долго. Наконец воин остановился у неприметной двери в дальней части дома ярла. Она была скрыта в тени. Черный ход. Разве через него заводят для допросов?

— Заходите, — тихо прошептал воин, открывая дверь и растворяясь в ночи. — Ярл ждет.

Торвальд решительно толкнул дверь и вошел внутрь. Я, словно приговоренная к казни, обреченно последовала за ним. Мы оказались в узком коридоре, освещенном лишь мерцающим, колеблющимся пламенем светильников, висящих на стенах. Тени плясали вокруг нас, создавая зловещие образы. Холод проникал в тело, казалось, просачиваясь сквозь кожу. В конце коридора виднелась еще одна дверь, такая же неприметная и зловещая, как и первая.

Что ждет меня за этой дверью? Ярл, полный ярости и жажды власти? Или что-то еще более страшное и непредсказуемое? Возможно, смерть. Торвальд молча сжал мою руку, словно пытаясь передать мне хоть немного смелости. Но отступать было нельзя. Вернее, некуда.

Ощущение опасности давило на меня, как тонны воды.

Мозг пытался проанализировать все, что происходило. Нас ввели не через парадный вход. Это не похоже на допрос. Скорее на тайную встречу. Но с кем? И зачем я здесь? Я чувствовала себя мышкой, попавшей в кошачьи лапы.

Торвальд, все еще держа меня за руку, повел вперед. После ледяного ночного воздуха комната показалась душной и спертой. В нос ударил резкий запах трав и лекарств, смешанный с чем-то гнилостным, пугающим.

И тут я увидела его. Ярл лежал на огромной массивной кровати, укрытый медвежьими шкурами. Его лицо было пепельно-серым, губы посинели. Он был похож на восковую фигуру, словно жизнь медленно, но верно покидала его тело. Дыхание его было поверхностным, прерывистым, а каждое движение давалось с видимым трудом. Это был уже не тот грозный вождь, которого я видела несколькими часами ранее. Это был лишь призрак былой силы, тень человека, борющегося со смертью.

У изголовья, словно хищная птица, замерла его жена. Она была высока, статна, но даже ее царственная осанка не могла скрыть тревоги, застывшей в глубине ее темных глаз. Рядом с ней стояла дочь, ее лицо казалось осунувшимся.

Женщина молча наблюдала за нами, пока воин бесшумно не скрылся за дверью. Комната наполнилась тягостным молчанием, прерываемым лишь хриплым дыханием ярла.

Наконец она заговорила. Ее голос звучал приглушенно и напряженно:

— Торвальд, ты привел ее?

— Как вы и приказали, госпожа, — ответил викинг, склонив голову.

Женщина перевела взгляд на меня. Ее глаза, холодные и пронзительные, словно бурав, вонзились прямо в меня.

— Торвальд сказал, что тебя хотели сжечь на костре за то, что ты умеешь лечить. Сейчас у тебя есть шанс доказать это. Исцели нашего ярла, чужеземка.