Песнь Ариадны - Guiltythree

Он усмехнулся.

«Меня здесь на самом деле нет, так что это было бы непросто. К тому же, ты должна знать, что он наблюдает за каждым твоим движением и слышит каждое слово. Разве мудро произносить такое вслух?»

Кэсси пожала плечами.

«Что он может сделать? Я нужна ему».

Она помолчала мгновение, после чего добавила:

«Да, я знаю, что он пристально следит за мной и что от него ничего не ускользает. Действительно, довольно сложно сделать что-то против его воли».

Другой Мордрет спросил:

«Но зачем тебе вообще его убивать? Я думал, вы союзники».

Кэсси слабо улыбнулась.

«Мы были союзниками. Я тоже нуждалась в нём, видишь ли — чтобы выиграть время для Меняющей Звезды и Повелителя Теней. Это время сейчас на исходе, так что он мне больше не нужен. Напротив — судя по всему, мне не принесёт никакой пользы, если он слишком хорошо выступит в финальной битве. Что, если он уничтожит половину всех Пробуждённых?»

Она покачала головой.

«На данный момент было бы лучше, если бы он потерпел быстрое и сокрушительное поражение. По крайней мере, так больше людей выживут дольше… затяжная битва — это худший из возможных исходов. Так что, возможно, я всё-таки предам его».

Наступило долгое молчание, а затем другой Мордрет сказал:

«Не думаю, что ты это сделаешь».

Кэсси приподняла бровь.

«Почему же? Меня ведь знают как предательницу».

Казалось, он обдумывал свои слова какое-то время, прежде чем ответить.

«Я не уверен. Мой брат, безусловно, осторожен с тобой, но ты не похожа на ту коварную, жуткую, вероломную ведьму, которую он описывал».

Она улыбнулась.

«На кого же я тогда похожа?»

Другой Мордрет, казалось, улыбнулся в ответ.

«Ты похожа на того, кто старается изо всех сил».

Услышав это, Кэсси не смогла сдержать смех.

Когда смех утих, она на несколько мгновений замолчала, а затем произнесла нейтральным тоном:

«Честно говоря, я немного коварная. И немного жуткая. Вероломная… пожалуй, тоже. Я просто скрываю это лучше, чем большинство — возможно, лучше всех».

Она сделала паузу, после чего добавила:

«Но я действительно стараюсь изо всех сил».

Мордрет внимательно изучил её и вздохнул.

«Недавно мне кое-кто сказал, что наступает время, когда нужно занять твёрдую позицию. Мне кажется, ты как раз в том состоянии, когда готова занять свою. Поэтому я не думаю, что ты предашь моего брата, даже если это пойдёт тебе на пользу. И как бы сильно ты его ни ненавидела».

Кэсси протянула руку вперёд и коснулась зеркала, проводя пальцами по его раме.

«Ненавижу его? Я никогда его не ненавидела».

Она убрала руку.

«Была в ужасе от него? Да. Боялась его? Да. Но ненавидеть его… это было бы лицемерием с моей стороны, учитывая всё, что я сделала».

Она помолчала несколько мгновений и добавила:

«Трудно ненавидеть того, кого понимаешь. А во всём этом огромном мире я, возможно, единственный человек, который понимает Мордрета. Потому что я видела его воспоминания — по крайней мере, большинство из них. Я пережила всё, что пережил он, и видела каждый его шаг, который привёл его туда, где он сейчас — к тому, кем он стал сейчас. Я… стала свидетелем его жизни».

Кэсси слабо улыбнулась.

«Он по-прежнему вызывает во мне ужас, но я не думаю, что когда-либо смогу его ненавидеть… или тебя. В конце концов, вы оба происходите из одного источника. Самые важные воспоминания, которые я видела, также принадлежат и тебе».

Она глубоко вздохнула.

«Так что, даже если мы встречаемся впервые, я не могу относиться к тебе как к чужому».

Мордрет ничего не сказал, и её встречала лишь тьма… а также ощущение холодной поверхности зеркала под пальцами.

Кэсси подняла руку и стянула повязку с глаз, обнажив пустую, кровоточащую глазницу.

«Вот настоящая причина, по которой я пришла поговорить с тобой, Мордрет… другой Мордрет. Меньший Мордрет».

Он горько усмехнулся.

«Меньший Мордрет… что ж, спорить не буду. Но что именно ты имеешь в виду, леди Кассия?»

Она медлила с ответом. В конце концов, она пожала плечами.

«Я потеряла способность видеть будущее. Но я всё ещё могу его предсказывать, даже если теперь использую дедукцию вместо предвидения. Так что… назови это своего рода запасным планом».

Он, казалось, нахмурился.

«Я всё ещё не понимаю, о чём ты говоришь».

Кэсси приподняла бровь.

«Не понимаешь? Вы двое когда-то были одним человеком, но в какой-то момент ваши пути разошлись. С тех пор вы оба заперты в своих собственных камерах одиночества, каждый страдает от своего изгнания. Никто из вас не целостен, и пока он презирает тебя… ты тоскуешь по нему, не так ли? Как тосковал по своей семье, чьей заботы и привязанности был лишён».

Мордрет горько рассмеялся.

«О, но он тоже тоскует по мне. Он жаждет уничтожить и поглотить меня, как и остальных — просто не может, потому что я несу его смерть. Мы та ещё парочка, правда?»

Кэсси покачала головой.

«Неважно, чего хочет он. Я провела столько дней и столько страдала, делая то, чего хотел он… что было нужно ему от меня. Чего хочешь ты?»

Мордрет промолчал, поэтому она заговорила сама:

«Я скажу тебе, чего хочу я. Я хочу помнить, где Санни и Нефис, чтобы знать, когда они вернутся. Я так сильно хочу, чтобы они вернулись. Но я не могу, потому что стёрла собственные воспоминания об этом знании… такова моя сила. Видеть, знать, помнить. Или забывать».

Она медленно вдохнула.

«И теперь я должна столкнуться с возможностью, что они не вернутся вовремя. Это значит, что я не могу полагаться на них в победе над Порождением Снов. Что значит — я должна победить его сама. Но он так огромен, а я так мала. Когда он прижал меня к земле и вырвал глаз, я даже пошевелиться не могла. Всё моё оружие исчезло или было сломано, и всё, что у меня осталось — это запутанная нить…»

Закрыв свой единственный глаз, Кэсси глубоко вздохнула.

«Как Ариадна может победить Минотавра без Тесея?»

Глава 2904

Кэсси тихо рассмеялась.

«Послушай. Порождение Снов, возможно, и не смог заразить меня чумой, но этой дурацкой метафорой заразил точно. Никак не могу от неё избавиться…»

Она замолчала, а затем выдавила из себя улыбку.

«В любом случае, именно поэтому я колеблюсь предать твоего другого „я“. Имеет смысл обеспечить его быстрое поражение, чтобы отсрочить резню, дать Санни и Нефис время вернуться