Песнь Ариадны - Guiltythree

Её мягкие слова резко контрастировали с бледным лицом и кровью, просачивавшейся сквозь повязку на глазах.

Рейн прикусила губу, затем отвернулась и посмотрела на обсидиановую стену.

Спустя некоторое время она снова заговорила, её голос звучал ровно:

«Я пыталась использовать свою Вознесённую Способность, знаешь? Я пыталась говорить с Башней Чёрного Дерева».

Кэсси слегка наклонила голову.

«О? И она что-то сказала?»

Рейн колебалась несколько мгновений, а затем пожала плечами.

«Это не совсем разговор. Но я чувствую… что-то. Ощущение. Словно слышу эхо мыслей, принадлежащих спящему великану».

Она слегка повернулась и сказала:

«Эта башня когда-то была безупречно белой, знаешь? Как и её сестра высоко в небе. Но после бесчисленных лет горения она почернела, словно тьма вокруг».

Кэсси улыбнулась.

«Должно быть, она рада находиться здесь, в Небе Вверху — купаться в свете и быть ласкаемой ветрами».

Рейн снова повернулась к стене и медленно покачала головой.

Спустя некоторое время она сказала:

«Она скучает по огню».

Кэсси склонила голову.

В конце концов, она подошла к Рейн и мягко сжала её плечо.

Затем отвернулась и ушла.

Оставшись одна, Кэсси медленно спускалась по ступеням древней чёрной башни. С каждым шагом тупая боль пульсировала из-под окровавленной повязки на глазах. Вокруг неё сосуды Мордрета готовились к последней осаде этой войны — даже если у них было мало шансов её выиграть.

Она миновала зал, где на стенах были начертаны запретные руны, святилище Богини Чёрного Неба, мастерскую Демона Предназначения, огромную жаровню, в которой всё ещё горело пламя, некогда уничтожившее Королевство Надежды, и жилые помещения на первом этаже.

Выйдя из Башни Чёрного Дерева, Кэсси оказалась перед знакомыми просторами Скованных Островов.

Там, отделённые от парящего острова огромной пропастью и семью небесными цепями — на сей раз выкованных людьми, а не мифическими существами далёкого прошлого, — силы человечества выстроились против неё и Мордрета.

Великая армия Домена Тоски расположилась на островах вокруг Башни Чёрного Дерева, окружая её со всех сторон. Сотни тысяч Пробуждённых, тысячи Мастеров, больше сотни Святых… там были также огромные рои Эхо и бесчисленные порабощённые Кошмарные Существа.

Сейшан и её сёстры были среди них. Также там были Ночной Странник и Святые Ночи, Небесный Прилив и Роан… даже её собственные Хранители Огня.

И разумеется, их мастер — их новый повелитель.

Астерион.

Все они были готовы атаковать Башню Чёрного Дерева.

«Вид впечатляющий, не правда ли?»

Она слегка повернула голову, отмечая присутствие человека, обратившегося к ней — порочного монстра с глазами, отражающими мир… Мордрета из Ниоткуда, Короля Ничего.

Своего последнего и единственного союзника.

Кэсси помедлила мгновение, а затем равнодушно сказала:

«Не могу этого знать».

Мордрет рассмеялся.

Когда отголоски его смеха поглотил ветер, он добавил насмешливым тоном:

«Всего этого можно было избежать, если бы вы позволили мне действовать, знаешь ли? Ах, но увы. Вы и ваша бессмысленная мораль».

Если бы правители Домена Тоски согласились позволить ему сократить человечество прежде, чем Астерион захватил его, их бы не загнали в угол. Порождение Снов не стал бы неуязвимым. Мордрет ненадолго замолчал, глядя на порабощённую армию, некогда принадлежавшую уничтоженному Домену Тоски, и спросил:

«Итак, каков вкус поражения?»

Кэсси довольно долго молчала.

Когда она наконец заговорила, её тёмный голос был полон непокорства:

«…Я ещё не проиграла».

Глава 2906

В то же время далеко-далеко холодные ветра атаковали мир, а убийственная метель бушевала над безжизненной пустошью.

Вдалеке едва угадывались окраины высокой горной цепи, вздымавшейся над горизонтом тонкой черной линией. Они были окутаны облаками пепла, поднимавшимися из глубин древних вулканов, чей безмерный жар сдерживал метель.

Это были земли к западу от Рэйвенхарта, где царил смертоносный холод.

На самом краю ледяной пустоши была построена цепь ледяных форпостов, охранявших земли людей от существ, обитавших в снегах. Раньше здесь размещались временные гарнизоны Пробуждённых воинов, а также укрывались разведчики, которые время от времени отправлялись в метели… но теперь ледяные крепости стояли пустыми и заброшенными, их бастионы окутывала мёртвая тишина.

Все ответили на призыв войны и последовали за своим златоглазым Сувереном на восток, оставив оборонительную линию форпостов, которая раньше защищала Цитадели от опасности. Теперь внутри покинутых крепостей двигались только снег и ветер…

А также существа, которых они должны были останавливать, направляясь туда, где человеческие души источали сводящий с ума аромат.

Рой таких существ только что прошёл через опустевший армейский лагерь, принеся с собой метель. Снег летел вместе с быстрым ветром, и мерзости двигались под его покровом.

Однако ни одной из них не удалось добраться до человеческого поселения.

Вместо этого они погибали незамеченными и невидимыми, метель погребала их тела, а ветер заглушал их предсмертные крики.

Вскоре жуткие трупы медленно погребались под снегом. Что странно, на телах не было ран, никаких видимых следов того, что им нанесли вред когтём или оружием.

Словно их жизни просто прекратились, погашенные рукой безжалостного божества.

Но, казалось, рядом никого не было…

Если только не присмотреться внимательнее.

Метель бушевала, и в кружащихся снежных вихрях иногда можно было заметить призрачную фигуру, размеренно шагавшую на восток. Её контур очерчивался не снегом, а его отсутствием — помимо этого негативного присутствия, ничто не выдавало её существования. Ни дыхание, ни тепло, ни сердцебиение, ни звуки её шагов.

Призрачная фигура принадлежала женщине с голубыми глазами, которая несла в руках чёрную косу.

Остановившись на мгновение, Джет приняла человеческую форму и глубоко вдохнула, наслаждаясь пронизывающим холодом.

Её волосы были в беспорядке, а доспехи изодраны. Снег и лёд облепили её, словно ледяной плащ, а её фарфоровая кожа была такой же белой, как снег вокруг. В её бескровном лице не было ни капли цвета — кроме глаз, которые горели, как два пронзительных, свирепых голубых пламени в бледном аду.

Джет выглядела как труп… или, возможно, как сама смерть. Однако она была несомненно жива — насколько это слово вообще применимо к ней.

Войдя в ледяные пустоши с Забытого Берега, она нырнула в метель, чтобы охотиться на снежных призраков и выживать. Мир был окутан снегом, и, поскольку неба не было видно, она быстро потеряла счёт времени. День и ночь потеряли всякий смысл, а через некоторое время смысл потеряло и само время. Всё, что Джет могла использовать, чтобы отличить прошлое от настоящего, — это количество жестоких битв, которые она провела, и количество злобных Кошмарных Существ,