Ветер и Правда. Том 2 - Брендон Сандерсон

Теперь он впервые увидел все ясно. Катаклизмом являлся сам Далинар.

Он снова оказался там, где лихорадочно избивал Элокара.

– Стой!

Он сжег Эви, потому что именно этого заслуживали жители Разлома. Это было воздаяние за нарушение договора, который они поклялись соблюдать.

– Так нельзя!

Его народ убил на Расколотых равнинах десятки тысяч паршенди во исполнение Договора Отмщения, ради чести, за нарушение клятв.

– Нет, – сказал Далинар, отступая из схватки с Враждой. – Ни за что!

Он вовсе не собирался так делать после обретения силы, но его понесло в моменте. Теперь он отказался. Теперь… у него была сила…

И ему все еще требовалось иное решение.

Далинара окружил свет. В следующее мгновение он исчез. Его затянуло еще в одно, последнее видение.

* * *

Каладин с Сил стояли на коленях рядом с Ишаром: он вроде бы находился в сознании, но едва-едва. Он не моргая уставился в небо и еле пошевелился, когда Каладин поднял его, пересаживая.

«Шквал побери», – подумал Каладин.

Кровь Ночи тратил свет с бешеной скоростью, хотя считаные минуты назад казалось, что в Каладине его столько, что он вот-вот лопнет. Помахав рукой перед застывшими глазами Ишара, он заметил на своей одежде иней. Он вдохнул, чтобы восстановить запасы света, и обнаружил, что почти все его самосветы уже пусты. Шквал!

– Плохо дело, – сказала Сил, взглянув на черные линии, проступившие на руке Каладина вокруг места касания шнура, соединявшего его с Кровью Ночи. – Это опасно.

– Знаю, – ответил он. – Ишар! Ты меня слышишь? Ты можешь с помощью узоковательского клинка открыть перпендикулярность? Нам нужно больше буресвета.

«Пожалуйста, – подумал он. – Пожалуйста, пусть это сработает».

Поразительно, насколько легко пришли ему заключительные Слова. Он ожидал от них невероятной боли, а оказалось… его главным камнем преткновения был Четвертый Идеал. Признав, что не сможет помочь всем, он за короткое время пришел к закономерному выводу: если он хочет и дальше делать то, что может, нужно заботиться о себе.

– Каладин, – сказала Сил, положив руку ему на плечо и глядя в небо, – спрены чувствуют приближение чего-то.

Небо теперь замерцало ярче.

– Что это? – спросил Каладин.

«Они знают, – шепнула Ветер, – что мы стоим на утесе. Далинар Холин столкнулся с величайшим вызовом своей жизни».

– И что произойдет? – спросил Каладин, холодея.

«Этого не записано, – ответила Ветер. – Пока что. Но будь готов, Каладин. Пожалуйста. Будь готов».

Пот у него на висках кристаллизовался льдом, создав крайне странное ощущение. К счастью, Ишар наконец-то со стоном заморгал.

Сфокусировал взгляд на Каладине.

– Благословленный Бурей, – прошептал он. – Что ты со мной сделал?

– Тут как посмотреть, – ответил Каладин. – Как ты себя чувствуешь?

– Как будто на меня упала гора, – сказал Ишар.

Он закашлялся и подался вперед, потом наткнулся взглядом на Сзета, все еще сражавшегося с духами.

– Ох! О нет! Что же я наделал…

Хороший признак.

– Ты можешь их остановить? – спросил Каладин.

– Я… – Ишар поднял руки перед собой. – У меня нет силы. Нет потоков.

К ним, спотыкаясь, подошел Нейл, в замешательстве приложив руку к голове. Однако в данный момент у Каладина не было на них времени. Он сорвал с пояса Ишара мешочек и вдохнул из него буресвет, подпитывая Кровь Ночи.

«Оно близко, – сказала Ветер, и ее голос будто бы сопровождало эхо. Как если бы друг на друга накладывалась тысяча его вариантов. – Ты говоришь, что поможешь… но мне вдруг страшно. Будешь ли ты и дальше проклинать меня за то, что продолжаешь жить?»

– Нет, – пообещал Каладин. – Больше никогда.

«Будешь ли ты рядом? Когда понадобишься мне?»

– Разве когда-то было не так? – отозвался он, однако мгновение спустя его руку пронзила острая боль.

Он вскрикнул и, подняв руку, обнаружил, что по предплечью разбегаются черные прожилки.

Каладин сделал вдох в ожидании буресвета, но Ишар был совершенно пуст. Он взглянул на Нейла: тот покачал головой. Ничего.

Скоро Кровь Ночи поглотит Каладина.

Возможно, меч поглотит их всех.

* * *

Далинар очутился в каком-то теплом месте. В окна лился свет, и отчего-то он казался… мягче прочего света. Более расплывчатым, как будто он смотрел и не мог в полной мере сфокусировать взгляд. Впрочем, комнату вокруг Далинар видел лучше: это было старинное каменное помещение, заполненное вещами, собранными за долгую, хорошо прожитую жизнь.

На одной стойке стояли деревянные миски. На одной из стен висели картины в старинном стиле: изображения гор и дождей, выполненные в черно-серой гамме с мельчайшими вкраплениями красного и синего. Некоторые покосились, но не из-за какого-то кошмара. Просто съехали, и никто их пока не поправил. Далинар выглянул в окно и увидел лишь мягкий свет, который не слепил, но размывал всякий вид.

Снаружи доносились звуки: болтали люди. Отдельных голосов было не разобрать, но разговор шел весело и энергично. Звуки винной лавки, где смеются, или, может быть, рынка…

«Кровь отцов моих, – подумал Далинар. – Смею ли я надеяться? Неужели я наконец вернулся сюда… к нему…»

Словно в тумане он подошел к двери и толкнул ее. На маленькой кухоньке за ней он обнаружил невысокого мужчину алетийской или веденской внешности. Седые волосы, бородка клинышком. Морщины от улыбки и простая старомодная серая мантия с красно-желтой вышивкой. Он хлопотал у древней печки – сплошь из камня и кирпича, без заслонки спереди.

Нойадон. Древний король, написавший «Путь королей».

– Благодарение бурям, – прошептал Далинар.

– Что? – спросил Нойадон, залезая в печку плоским металлическим инструментом.

– В последнее время видения были ужасны, – сказал Далинар. – Я опасался, что и это будет перековеркано.

Он произнес это, хотя не думал, что для Нойадона это прозвучит осмысленно. И все же, когда он видел этого человека в прошлый раз…

Разве он не назвал Далинара по имени? Пусть и находясь в видении о прошлом?

– Удивлен, что нашел меня, Далинар? – спросил Нойадон. – Я же обещал тебе шинский хлеб, дружище. Я обычно держу свои обещания.

Он извлек из печки толстую буханку хлеба, приготовленного в странной шинской манере. После похода на рынок за ингредиентами с этим же человеком в видении год назад Далинар попросил такой на пробу в реальном мире.

Нойадон жестом пригласил Далинара сесть за маленький столик рядом. Далинар так и сделал, а древний король, двигаясь с проворством, выдающим радостное волнение, выложил хлеб на стол.

– Идеально! – провозгласил он, потыкав его. – Именно правильное сочетание хрустящей корочки и мягкости! Было бы неловко, если бы вышла ерунда, учитывая важность момента.

– Что происходит? – спросил Далинар, чувствуя… нереальность. Тепло, комната словно расплывается, смягчены все углы и грани. – Это что, я создал? Я же теперь Честь. Я создаю