Адвокатка Бабы-яги - Евгения Викторовна Некрасова

Та говорит на общем и древнем магическом языке, полном вежливостей, формальностей и ритуальных фраз. Ега-биха знает его, но давно не использовала. Почти никогда.

Божество рассказывает, что её зовут Пе́ле. И что приветствует гостью. Божество говорит, что оно божество этого вулкана и других, этого острова и других. Ега-биха думает над тем, что значит вулкан, копается в памяти, находит гору, гору с огненной кашей, так и есть.

Пеле ждёт, собирается слушать.

Ега-биха с железным русским акцентом просит прощения, что появилась без приглашения, благодарит за угощение и приют, говорит, что она Ега-биха, живёт в лесу, на несильном севере, летела на своей железной колеснице по делам у себя на родине, её схватил чужой ветер, много часов нёс и сбросил сюда, в нутро огненной горы, колесница расплавилась в каше, а сама Ега-биха по стене горы залезла сюда.

Пеле выражает соболезнования по поводу её колесницы и всей этой ситуации, объясняет, что ветер этот такой же ей чужой. В последние десятилетия в мире стали появляться ветры, чужие всем божествам, рождённые от избыточной деятельности людей. Они бродят где хотят, в воде, над водой, по земле, даже под землёй, делают что хотят и никого не слушают. Пеле спрашивает Ега-биху, небесное ли она божество?

Ега-биха говорит, что нет, скорее лесное. И она не божество, ааааа, само-по-себе-существо. Была когда-то божеством, много чего такого делала божественного важного, а потом всё переменилось, пришли с крестом, то да сё – ну и всё.

Пеле спрашивает, как Ега-биха взаимодействует с людьми? Поклоняются ли они ей до сих пор? Уважают, боятся, приносят подношения или приношения? Она показала на блюда с цветами и разными плодами и орехами, волосатыми или зелёными. Ега-биха поняла, что это и есть подношения.

Она думает, и отвечает, что уже давно их не видала. Людей. Живых. Приношения когда-то носили, но это до креста. Потом приношения она стала собирать сама.

Пеле спрашивает: как, в колеснице? Прилетая в деревни, грозно глядя и разговаривая с ними?

Ега-биха отвечает, что чаще забирала тех, кто приходил к её дому и что-то требовал у неё, хотел своровать. Иногда не забирала, отпускала. Ну если была сытая или человек ей казался необычным, сильным или забавным. Но чаще всего она превращалась в молодую красавицу и сама выходила к людям в поля, в деревни, на ярмарки, сама заманивала их игрой, игрушкой, сладостью, забирала и съедала у себя дома.

Пеле просит Ега-биху превратиться сейчас, ей интересно, как выглядят люди у той в стране.

Ега-биха думает. Решает попробовать. Для себя. А то сидит эта Пеле, бессмертно молодая, красивая и сильная, а Ега-биха чего. И она тужится. Старается, пытается, кожа кое-где разглаживается, волосы прожилками приобретают желтизну, спина выпрямляется, шея, ноги, руки, спина растут, в мутных глазах голубеет, когти чуть уменьшаются, длинные груди ползут. Ега-биха выдыхает и всё возвращается обратно. Чешет голову, где в волосах появились и чуть задержались жёлтые прожилки. Говорит, что не сможет. Нет силы в чужой земле.

Пеле предлагает ещё ниу, Ега-биха догадывается, что это шерстяной орех. А может быть, она хочет съесть кого-то из людей её острова?

Ега-биха отвечает, что в женщину она давно перестала превращаться. И людей жевать тоже. Сейчас она питается грибами, кашей, хлебом, если охота, может поймать зайца.

Пеле спрашивает почему. И пододвигает ей тарелку с плодами.

Ега-биха берёт когтистой лапой ниу, распарывает его, пьёт, жуёт молочное мясо. Очистки с шерстью кладёт в сумку. Пеле меняет скрещенные ноги и готовится слушать.

Ега-биха рассказывает, как к её «отдельно стоящему дому» (не нашла она слова «избушка») однажды пришёл человек из красивых, интересных, смешных, с большим будущим. Сын купца. Это Ега-биха, которая в лесу собирала грибы, всё это унюхала, ещё до того, как он увидел её жилище. И вот пустила Ега-биха магию, от которой кости людей и зверей на заборе превратились в цветы и листья, не такие дивные и красивые, как на голове Пеле, но тоже ничего. Избушке Ега-биха велела развернуться к калитке, сесть, и сидеть тихо. Внутри дома выбелились потолки. А так у Ега-бихи было в те времена убрано. Вот только иконы в углу пришлось намалевать чарами. Сама Ега-биха превратилась в красивую и нестарую женщину с длинными жёлтыми волосами, алыми устами, белыми зубами, прямым станом, голубыми глазами. Она так и вышла из леса встречать Сына купца. Уже на подходе вспомнила, выкинула из корзины мухоморы, оставила только съедобные для людей.

Сын купца заблудился в лесу и тут же был очарован Ега-бихой. Она его накормила, помогла ему помыться (согрела специальное помещение для мытья, ну и воду нагрела), уложила в чистую постель. И сама туда пришла. Иконы за ночь растворились, но Сын купца был так счастлив, что не заметил. И Ега-биха обратно их наколдовала. Днём Ега-биха проводила Сына купца до нужной ему дороги, но с тех пор он начал к ней приходить два-три раза в неделю. Ега-биха его издалека унюхивала, готовила себя, избу, еду. Они с Сыном купца проводили ночи. Он так ничего не замечал. И даже когда Избушка не выдержала, приподнялась потрясти затёкшие ноги, Ега-биха уверила Сына купца, что это он от её настойки.

Сын купца звал замуж. Ега-биха тоже тогда сильненько влюбилась, впервые в жизни. Но отказывалась, говорила, что без приданого и безродная. Сын купца уговаривал, уверял, что за такую красоту его отец простит. Ега-биха задумалась, не умом, а сердцем, которое, как говорят люди, у неё из зелёного железа, но она не уверена. И решила выйти замуж за Сына купца, попросила дать себе отсрочку в несколько месяцев. Чтобы накопить силу для превращения в молодую женщину и жить первое время с Сыном купца спокойно. Так люди, не только дети, но и женщины, мужчины, даже старики, стали пропадать в недалёких от Ега-бихи деревнях ещё чаще. Забор принялся полниться костями, которые для Сына купца превращались в самые диковинные цветы.

Ега-биха полностью перешла тогда на человеческое мясо, совсем перестала есть хлеб и грибы. Пекла только пироги с ними и ягодами для Сына купца. Люди объявили на Ега-биху охоту. Сын купца не замечал происходящего, был слишком счастлив и отвлечён любовью. И вместе с тем думал, высчитывал, как лучше рассказать отцу про свою невесту. А отец был ещё и старшим в их деревне и не отвлекался от поисков ведьмы. Однажды всё же заговорил про неё. Отец был умный человек, стал выяснять, где невеста живёт и как выглядит.