Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход - Эльхан Аскеров

Всё найденное он отбрасывал под копыта Буяну, зная, что драчливый жеребец стороннего к себе не подпустит и всё находящееся рядом без драки не отдаст. Кусался Буян так, что иная собака позавидует. Убедившись, что избавил пленника от всего лишнего, Матвей снова повалил его на землю и, связав теперь ноги, направился к убитым туркам. Быстрый, тщательный обыск, отлов коней – и спустя примерно сорок минут после первого выстрела он ехал дальше, везя пленного турка, перекинув через его же собственное седло.

* * *

Сидя на седле, Матвей задумчиво перебирал добычу, то и дело сосредоточенно вертя в руках тот или иной предмет. А повертеть тут было что. С троих турок он снял кошели со ста двадцатью серебряными монетами. Арабскими динарами. Три немецкие винтовки Маузера, два револьвера, также немецкого производства, и девяносто шестой автоматический «маузер», мечта революционера, в деревянной кобуре.

Пистолет нашёлся в перемётной суме главаря троицы. Судя по всему, толком обращаться с этим оружием турок не умел, но размеры и количество патронов к нему произвели на него серьёзное впечатление. В противном случае таскать эту тяжеленную карманную гаубицу с собой не имело смысла. Иронично хмыкнув, Матвей извлёк оружие из кобуры и, повертев в руках, выщелкнул магазин. Восемь патронов калибра 7,92 со свинцовыми безоболочечными пулями особого впечатления на парня не произвели.

Презрительно скривившись, Матвей передёрнул затвор и, спустив курок, вернул пистолет в кобуру. Отложив её в сторону, он подхватил сумку, в которой нашёл оружие, и, недолго думая, вытряхнул всё её содержимое на расстеленную кошму. В глаза ему бросилась небольшая кожаная укладка. Распустив завязки, парень раскатал её и, увидев содержимое, удовлетворённо угукнул. В укладке нашлись запасные обоймы, патроны россыпью и набор для чистки. В общем, всё необходимое для уверенной эксплуатации пистолета.

Отложив укладку и оружие в сторону, он вернулся к потрошению добычи. Всякие походные мелочи он откладывал в сторону. Подобного добра у него и так хватало. Да ещё и лучшего качества. Оставил он только отличную золингеновскую бритву с перламутровыми накладками на рукояти. Отличного качества вещь оказалась. Все тряпки он первым делом разложил на две кучки. Ношеное сразу в костёр, а чистое на тряпки. Коня отирать и для ветоши при чистке оружия.

Запас овса, пусть и небольшой, тоже был отложен в сторонку. Трофейных коней ещё предстояло продать, а до этого их нужно было чем-то кормить. Разбирая добычу, Матвей краем глаза заметил чью-то тень и, не поворачиваясь, негромко посоветовал:

– Не стой за спиной, могу неправильно понять.

– У тебя словно глаза на затылке, – рассмеялся Ахмет-хан, опускаясь на лежавший рядом камень.

– Тень твою заметил, – не стал скрывать Матвей.

– Опасный ты противник, казак, – качнул толмач головой.

– А я ангелом и не прикидывался, – фыркнул парень. – Да не бывает ангелов средь нас. Мы люди боя. Войной живём, с войны кормимся, – кивнул он на разложенные вещи.

– Занятное оружие, – заинтересовался Ахмет-хан «маузером».

– На первый взгляд. Одно хорошо. Из него, случись нужда, можно короткий карабин сделать. Кобура к рукояти пристёгивается. На среднее расстояние стрелять можно прицельно с двух рук, как из винтовки. Шагов на сто двадцать запросто дотянешься. Ствол длинный.

– Ты ж его только сейчас из сумки достал. Откуда знаешь? – насторожился толмач.

– Друже, я оружейник, и такие вещи просто обязан знать, – отмахнулся парень. – Сам посмотри, – протянул он собеседнику кобуру с оружием. – На нижней части кобуры накладочка стальная, а на самом пистолете такая же, но для ответа. Выходит, кобуру можно к пистолету пристегнуть. Калибр, как у обычного карабина, но патрон короче. Выходит, на версту, как винтовка, не дотянет, а вот на полторы сотни шагов, с таким стволом, запросто.

– Да уж, разложил, – растерянно буркнул толмач, извлекая оружие из кобуры и пытаясь приладить её к рукояти.

Тихо щёлкнув, кобура встала на место и превратилась в короткий приклад. Приложив его к плечу, Ахмет-хан примерился, навёл ствол на соседнее дерево и попытался прицелиться. Удивлённо хмыкнув, толмач опустил оружие и тут же снова вскинул его к плечу. Повторив упражнение ещё несколько раз, он задумчиво изучил механизм перезарядки, щёлкнул предохранителем и попытался разобрать полученную конструкцию.

– На пимпочку нажми, – посоветовал Матвей, понаблюдав за его потугами. – Там пружинка стоит. Специально, чтобы при стрельбе не соскочила.

– Ты и вправду мастер, – растерянно проворчал толмач, разобрав оружие и сунув пистолет в кобуру.

– Я так, учусь ещё. А вот батя мой, тот и вправду мастер, – вздохнул Матвей, заканчивая перебирать добытое и принимаясь рассматривать холодное оружие, снятое с турок.

Сабли клыч особого внимания не привлекли. Оружие вполне приличное, но до булата не дотягивавшее. Кинжалы бебуты тоже были им под стать. А вот извлечённый из пояса пленника небольшой нож заставил парня удивлённо хмыкнуть. Длиной чуть больше ширины ладони, с рукоятью, обшитой сыромятной кожей, обоюдоострый клинок был выкован из настоящего булата. Никакой гарды, просто узкая полоска бронзы, отсекающая клинок от рукояти, и такое же небольшое навершие на ней.

В умелых руках такой нож может наделать серьёзных бед. Удивлённо вертя его в пальцах, Матвей заглянул в простые, кожаные ножны и, чуть пожав плечами, сунул нож за голенище левого сапога. В правом лежал его собственный нож. Пристраивать его сразу за спину на пояс при посторонних он не решился. И так за ним числилось слишком много странностей. Заметив его жест, Ахмет-хан недоумённо выгнул бровь и, кивая на сапог, поинтересовался:

– Не хочешь носить его так же, как турок?

– После попробую, – не стал скрывать парень. – Думаю, не самый верный способ.

– С чего? – удивился толмач.

– Ты знаешь. Турок знает. Его кто-то научил. Выходит, способ известный и, случись чего, сразу найдут. Тут подумать надобно. Оружие толковое, так что носить его надо так, чтобы и дотянуться было не сложно, даже связанным, и найти было непросто.

– Однако, – удивлённо хмыкнул толмач. – Придумаешь, научи. Мне в моём деле такие ухоронки весьма полезны могут быть. Я спросить хотел. За сколько пистолет продашь? – вдруг сменил он тему.

– Тебе-то это убожество зачем? – растерялся Матвей. – Тяжёлый, большой, так просто не спрячешь. Одна радость, обоймы большие, да приклад имеется.

– Вот потому и решил купить, – туманно отозвался Ахмет-хан.

– Думаешь, где-то схрон себе сделать и, случись что, к нему идти? – чуть подумав, предположил Матвей.

– Вот в который уже раз убеждаюсь, тебе в нашей службе самое место, – одобрительно усмехнулся разведчик. – Я после того нашего с тобой разговора долго думал. Прав ты. Во всём. Непонятно что в стране происходит.