Арморн — Сталь вместо заклинаний - Филин Глитч

Грит взял ствол. Зарядил. Руки уверенные, но движения чуть медленнее, чем нужно. Он привыкал к весу. Стальной нарезной тяжелее бронзового кремнёвого почти на треть, и баланс другой.

— Не прижимай приклад к ключице, — сказал Раст. — Ниже. К плечу. Если прижмёшь высоко, при откате дёрнет шею.

Грит поправил.

— Дыши. Выдох. Спуск на паузе.

Грит выстрелил. Грохот ушёл через двор к лесу. Тим на плацу даже не обернулся. Привыкли.

Раст прищурился.

— На ладонь правее. Но выше вчерашнего. Ты давишь пальцем, а не тянешь. Плавнее.

Грит зарядил снова. Я стоял в стороне и не вмешивался. Раст учил лучше, чем я мог бы. Он не объяснял физику спуска, не говорил про механику удара и опережение. Он говорил телом. «Ниже. Плавнее. Не дыши. Вот так.» Грит слушал, потому что видел, как Раст попадает на пятистах шагах.

Второй выстрел. Ближе к центру.

Третий. Раст не пошёл к мишени. Посмотрел из-под руки.

— Чуть левее центра. На два пальца. Для первого дня нормально.

Три капсюля. Грит отстрелял их за четыре минуты. Быстрее, чем вчера. Он начинал привыкать к ритму: зарядка, подъём, выдох, спуск. Без лишних движений. Без суеты.

Я забрал ствол.

— Грит. Завтра то же время. Три капсюля. Послезавтра три. Потом я посмотрю.

— Понял.

Раст остался на стрельбище. Его очередь. Пять капсюлей, четыреста шагов. Я ушёл, но ещё слышал первый выстрел за спиной.

Олаф перехватил меня у кузни.

— Дан готов.

Я остановился. Утро было занято слитком и Гритом, и я чуть не забыл. Дан. Тропа.

— Где он?

— У колодца. Ждёт.

Мы пошли вместе. Дан стоял у колодца в рабочей куртке, без шапки. Невысокий, худой, с тёмными кругами под глазами. Он плохо спал последние дни. Не от страха. От неуверенности. Он до сих пор не понимал, зачем его держат в Валье. Литейщик без литейки. Подмастерье без мастера.

— Дан. Пройди по тропе за забором. От казармы до ручья и обратно. Как будто проверяешь, не размыло ли сток после дождей. Никуда не сворачивай. Если встретишь кого-то, поздоровайся и иди дальше. Когда вернёшься, скажи мне одно: видел ли ты забор баронства с тропы. Весь или часть. И видел ли кого-нибудь у забора.

Дан моргнул.

— Барон. Я просто пройду?

— Просто пройдёшь. Не торопись. Десять минут туда, десять обратно.

Дан посмотрел на Олафа. Олаф смотрел мимо него, на ворота. Дан кивнул и пошёл.

Я подождал, пока он вышел за ворота. Потом повернулся к Олафу.

— Фольк?

— На месте. С рассвета. Функ ещё не выходил.

— Хорошо. Иди к делам. Я буду в шахте.

В шахте было холоднее, чем вчера.

Я спустился один, с фонарём. Основной штрек встретил сыростью и знакомым свечением эфирита. Капли стучали по камню где-то впереди, гулко, как в пустой бочке.

У перегородки западного штрека я остановился. Замок на месте. За досками слышался плеск.

Я открыл и вошёл.

Грош и Ленц работали у дальней стены. Ворот стоял уже на месте: грубая деревянная рама, вертикальная ось, верёвка в три пальца толщиной. Ведро болталось на конце, тёмное от воды. Ленц крутил рукоять, Грош держал раму.

Вода была выше, чем вчера. Я присел и опустил руку. Два пальца. Может чуть больше. Канава справа работала, но рыжий ручеёк перехлёстывал через край в двух местах.

— Грош.

Он повернулся. Лицо мокрое, руки красные.

— Барон. Ворот стоит. Рама крепкая, верёвка держит. Ведро тянет полтора ведра за подъём. Вчера вечером вынесли восемнадцать вёдер. Утром ещё двенадцать. Уровень не падает, но и не растёт.

Не падает и не растёт. Значит, темп подъёма примерно равен притоку. Хорошо. Пока хорошо.

— Ленц. Рогожа?

Ленц отпустил рукоять и вытер лоб.

— На месте, барон. Мокрая, но висит. Не трогали.

Я посмотрел в ту сторону. Рогожа потемнела от сырости, нижний край свисал над водой. Доски, которые Эверт подпёр снизу, стояли ровно. Если не знать, что за тканью, выглядело как заглушка сквозняка. Обычная шахтная практика.

Грош работал спиной к рогоже. Ленц тоже. Они не подходили к ней, не оглядывались. За сутки привыкли. Ещё два дня, и она станет частью стены. Так работает шахта: люди замечают новое один раз, потом перестают.

— Эверт. Когда был?

— Утром. Проверил раму. Сказал, через два дня можно попробовать углубить правую канаву, если вода не пойдёт сильнее.

— Хорошо. Работайте.

Я поднялся наверх. На выходе постоял минуту. Вода не растёт, но и не падает. Ворот работает. Маскировка держится. Грош и Ленц не спрашивают лишнего. Пока система в равновесии. Хрупком, ненадёжном, но равновесии.

Если весна даст ещё одну тёплую ночь, ручей наверху вздуется, и приток вырастет. Тогда ворота не хватит. Тогда нужен будет второй ворот или помпа, а это ещё один человек и ещё одна пара глаз у рогожи.

Дан вернулся к обеду.

Я сидел в кабинете и чертил раскладку для малого тигля: размеры, толщина стенок, объём шихты, пропорция угля к руде. Дверь скрипнула. Дан вошёл, остановился у порога.

— Барон. Прошёл.

— Садись. Рассказывай.

Он сел на край скамьи. Куртка мокрая по низу, сапоги в грязи.

— Вышел за ворота. Пошёл вдоль забора к орешнику. Тропа узкая, мокрая, в двух местах размыто до глины. Кусты орешника высокие, выше головы. Когда шёл мимо них, забор не видел. Потом кусты кончились, и я видел верх забора. Столбы и поперечину. Человека у забора не видел, но если бы кто-то стоял, увидел бы голову и плечи.

— С какого расстояния?

— Сто шагов, может больше. Потом тропа ушла вниз, к ручью, и забор пропал за склоном.

Я подумал. Сто шагов. Орешник закрывает ближнюю часть, но дальше есть просвет. Человек у забора виден по пояс. Значит, Функ виден с тропы, но только на коротком участке, где кусты расступаются. Связной, если он стоял на тропе, мог видеть Функа не дольше тех двух минут, пока Функ стоял. Если связной стоял дальше, за ручьём, он не видел ничего.

— У ручья что?

— Вода поднялась. Берега мокрые. Мост из двух брёвен на месте. Следов не видел, но грязь такая, что след размывает за час.

— Видел кого-нибудь?

— Нет. Ни на тропе, ни у ручья. Тихо. Птицы только.

— Хорошо. Спасибо, Дан. Иди к Хорсту, он ждёт с глиной.

Дан встал и вышел. Я посмотрел на лист с раскладкой тигля. Не видел его. Видел тропу.

Сто шагов просвета. Две минуты. Если связной знает время и место, он приходит к этому участку,