Голоса извне. Они уже тут - Лина Рут

Тамара Петровна стояла на пороге, будто ждала его, – не в привычном домашнем халате, а в строгом, темно-синем костюме, безукоризненно чистом и отглаженном. Ее седые волосы оказались убраны в тугой пучок, а глаза, острые и проницательные, скользнули по нему с головы до ног.

– Заходи, – просто сказала она, отступая в мрак прихожей. – Я знала, что ты придешь.

Саша молча переступил порог и прошел на кухню. Осторожно сел на краешек стула. Тамара Петровна налила чай в обычную белую кружку и поставила перед ним. Сама не села – прислонилась к косяку и скрестила руки на груди, в упор разглядывая его.

– Я… я что‐то сделал с радио, – выдохнул Саша, глядя в пар, поднимающийся над кружкой. – Кира, Витька… Они испугались. Смотрели на меня, как… как…

– Как на источник непредсказуемой угрозы, – бесстрастно закончила за него Тамара Петровна. – Естественная реакция обывателя на явление, не укладывающееся в его картину мира. То, что с тобой случилось… Это можно назвать выплеском энергии. Она была в тебе все это время, но ее подавляли – тщательно, методично. Таблетками.

– Я знал!.. – вскричал Саша, приподнимаясь, но Тамара Петровна жестом остановила его.

– Здесь ответов ты не найдешь. – Женщина сделала широкий, небрежный жест рукой. – Они есть только там, где все началось, – в НИИ. И там же сейчас находится единственный человек, который действительно понимает твои чувства. И который объяснит тебе, как жить с этим, не уничтожив все вокруг.

– Кто? – весь подавшись вперед, прошептал Саша.

– Ее зовут Зоя. Она пережила то же, что и ты, но пошла другим путем. Она не пряталась от самой себя – она изучала свои силы, работала над ними. И, надо сказать, добилась определенных успехов. Хочешь встретиться с ней?

Вопрос, кажется, был риторическим – Тамара Петровна уже снимала с вешалки свое пальто.

Когда Саша вышел из подъезда вслед за ней, у тротуара уже стояла машина. Черная, ухоженная «Чайка» без всяких опознавательных знаков. Саша невольно застыл. За рулем сидел мужчина в таком же темном форменном пальто, без выражения на лице. Он молча кивнул Тамаре Петровне, когда она подошла; женщина подтолкнула Сашу на заднее сиденье, обошла машину и села с другой стороны.

«Чайка» тронулась почти бесшумно. Они ехали недолго, но Саша чувствовал, что с каждым метром он все больше отдаляется от привычного мира. Пятиэтажки вскоре сменились лесом, и спустя еще несколько минут они подъехали к КПП.

У Саши невольно приоткрылся рот. Высокий забор с колючей проволокой наверху прерывался проездом, что сейчас был перегорожен шлагбаумом. Рядом стояли часовые в шинелях: каждый крепко сжимал в руках автомат. Их недружелюбные лица одним своим видом навевали страх.

Опустив стекло, водитель передал ближайшему мужчине папку с документами. Охранник сверил фотографию в пропуске с лицом Тамары Петровны, затем пристальным, оценивающим взглядом окинул Сашу. Тот невольно вжался в кресло, но уже через пару секунд мужчина отвернулся и махнул рукой. Шлагбаум дернулся и стал медленно подниматься. «Чайка» въехала на территорию.

Мрачные, величественные корпуса сталинских времен смотрели на него глухими окнами и переплетались между собой переходами. Даже воздух здесь казался гуще и холоднее.

Машина остановилась у одного из корпусов с массивными дубовыми дверями и высеченной в граните аббревиатурой НИИ. Их уже ждали: молодой охранник в идеально сидящей форме стоял у двери, не сводя с них глаз. Он лишь кивнул Тамаре Петровне и, развернувшись, повел их внутрь.

Саше стало не по себе. Белые коридоры казались нереальными. Ослепительно белые стены, выложенные плиткой, сверкающий линолеум на полу, белые потолки с люминесцентными лампами, заливавшие все безжалостным светом. И камеры, следящие за ними черными глазами с едва заметным красным зрачком. В воздухе витал едва уловимый запах озона. Звук их шагов гулко отражался от стен. Изредка мимо проходили люди в белых халатах или строгой гражданской одежде, но даже не обращали на них внимания, полностью погруженные в свои мысли.

Охранник вел их быстрым шагом, не оставляя ни шанса замедлиться. Коридоры перекрещивались, сливались, расходились и совершенно не отличались друг от друга. У Саши в голове вдруг мелькнула жуткая мысль: а что будет, если он здесь заблудится? Тамара Петровна, казалось, шла уверенно, но она не оглядывалась – а если он вдруг отстанет? Сможет ли Саша тогда выбраться? Или будет плутать, пока не окажется в одной из запретных зон?

Саша попытался запомнить путь: «Прямо, потом налево у огнетушителя, потом снова прямо мимо двери с цифрой 47, потом направо…» Но уже через минуту он потерял счет поворотам. Здесь не было никаких ориентиров – ни картин, ни растений, только бесконечная белизна и нумерованные стальные двери с глазками или табличками с непонятными шифрами: «Сектор Г‐7», «Лаб. 404», «К.Х. № 3». Это был лабиринт, созданный специально для того, чтобы запутать непосвященных. Он чувствовал себя песчинкой, затерянной в гигантском, безупречно чистом и бездушном механизме.

Наконец, после спуска на этаж ниже (воздух здесь стал еще холоднее, а запах озона – ощутимее), охранник остановился у неприметной двери с табличкой «Архив Б. Вход по спецпропускам». Он провел по замку ключ-картой, и раздался мягкий щелчок. Тогда охранник отступил в сторону и выпрямился, пропуская их вперед. Саша понял: дальше они пойдут вдвоем.

Тамара Петровна толкнула тяжелую дверь, и они вошли.

После стерильного, давящего белого лабиринта контраст показался ошеломляющим. Они попали в просторное, скудно обставленное помещение, оборудованное под нужды одного человека. Высокие потолки, голые бетонные стены, завешанные кое-где звукопоглощающими панелями и пробковыми щитами с графиками – как здесь вообще можно было жить?

В воздухе висела легкая пыль, освещение обеспечивали нескольких мощных потолочных ламп. Приглядевшись, Саша заметил везде следы деятельности: спортивные маты, непонятные тренажеры, заваленные книгами столы.

А в центре этого странного мира, спиной к ним, неподвижно стояла девушка. Она смотрела вперед – на небольшой металлический куб, который медленно вращался в воздухе на уровне ее глаз.

– Зоя, – тихо, но четко произнесла Тамара Петровна, – я привела к тебе гостя. Того, о ком говорила.

Вращение куба медленно прекратилось. Он плавно опустился на стоявший рядом стол без единого звука. Девушка обернулась, и Саша встретился с ней взглядом. Она выглядела ненамного старше: лет семнадцать, не больше, но в ее серых глазах читалось абсолютное равнодушие. Словно она уже видела в этой жизни все.

– Зоя, это Саша, – представила его Тамара Петровна, и в ее обращении к девушке Саша с удивлением уловил мягкость, почти заботливость. – Он не понимает, что происходит, и ему нужен наставник. Объясни ему суть, – попросила женщина и отступила в тень.

Зоя кивнула и подошла ближе. В ее действиях не было ни одного