Мальчик, который ел призраков - Дарья Александровна Крупкина

под локоть и пожелал, чтобы он заткнулся. Ощутил кожей его жизненную энергию, это оказалось не сложнее, чем с призраками. Остатки проклятия жглись, как яд. Я смотрел на того парня и дёрнул его энергию себе. Это походило на океан! Огромный, безбрежный! Он полностью смыл проклятие. И тут я увидел, что тот парень валяется на полу. Кто-то закричал, что у него сердечный приступ, кто-то побежал вызывать скорую. А я видел, как он лежит с остановившимся сердцем и пустым взглядом. Я убил его.

Руки Генри дрожали, он поставил пустой стакан на стол, не смотря в сторону Изабель. Она же не удивилась сказанному. После той истории с отцом Изабель подозревала, что при желании Генри сможет проделать что-то подобное и с обычным человеком.

Отнять его жизнь. Силы.

– Что ты сделал с энергией?

– Выпустил обратно. Тот человек пробыл мёртвым минуты, но я ощутил, что его сердце снова забилось. А я трусливо сбежал. Я не думал, что могу убить! И не хочу навредить кому-то. Ты часто рядом, когда я ем призраков, вдруг вот так заберу твою жизненную силу?

И тут Изабель наконец-то поняла.

Генри был хаосом, ощущал кончиками пальцев чужие смерти, но не хотел эту смерть нести. И уж точно не хотел навредить кому-то.

– Ты же сам сказал, влияло проклятие, – мягко сказала Изабель. – И тот человек не умер.

– Сегодня я сделал то же самое.

– Ты испугался. Он угрожал тебе.

– Я так торопился домой… ты ведь ждала. Волновалась. Но это не оправдание, Иззи. И больше не говори о призраках, я не буду их есть. Никогда.

Изабель решила, что эту проблему придётся решить позже. Без призраков Генри не мог, как бы ни отрицал это. Но теперь она хотя бы понимала, в чём дело.

– Генри, я знаю, ты не убийца. Знаю, что произошедшее будет грызть до конца жизни, но не позволяй сожрать себя.

Изабель накрыла сцепленные руки Генри своей ладонью, ощущая его дрожь. Он дёрнулся, чтобы сбежать, но замер.

– Иди сюда, Генри, тебе надо отдохнуть.

Он с готовностью прильнул к сестре, свернулся, прижимаясь к ней. Изабель обняла Генри, мягко гладя по пыльным волосам. Она слышала, как вскоре его дыхание выровнялось, и он уснул.

8

Изабель искренне любила антикварную лавку отца.

Небольшое помещение и, как часто говорила Молли, захламлённое. Действительно, вещи громоздились на полках, на полу и друг на друге. Старинное кресло с резной спинкой почти скрылось под всевозможными коробочками, клетками и мелочами.

Если зайти с улицы, звякал колокольчик – тоже старинный, разумеется, – и покупатель попадал в вытянутое помещение сплошь в винтаже и антиквариате. Стол Изабель таился в глубине, у самой стены. За её спиной неприметная дверь вела в подсобные помещения.

Сегодня весь день лил дождь, Изабель выключила музыку на ноутбуке и с удовольствием слушала, как капли били по стеклу витрины. В ней красовался манекен в платье времён Гражданской войны и столик из прошлого века, уставленный духами и баночками. Изабель почти не видела улицу, но её устраивало.

В лавке царили приятная прохлада от кондиционера и мягкий электрический свет, в будний день посетителей было немного, зато каждый, кто заходил, оказывался знакомым или старым клиентом.

Изабель часто здесь бывала, как и Генри. Но его больше привлекали болота и просторы, куклы вуду с волосами из мха и змеи, извивавшиеся меж пальцев. Генри в лавке казался не на своём месте, ему было тесно, словно помещение давит на него.

Изабель же, наоборот, нравилось. Но именно после смерти отца она взглянула на это место иначе. Она помнила тот момент, когда пришла сюда после похорон, никакой ностальгии, обычная рутина, потому что кому-то надо с этим разбираться. Генри тогда ещё не выписали из больницы, мать думала продать лавку, она не разбиралась в делах.

В тот день Изабель уселась в то самое резное кресло и оглядела детище отца. Лавка почти целиком состояла из вещей колониального прошлого. Когда-то они стояли в огромных особняках плантаторов и, кажется, до сих пор хранили следы истории и душных ночей тогда ещё очень Нового Света.

Воздух в тот день казался затхлым, предметы поникли, лишившись хозяина. Изабель вдыхала тонко уловимый дух старины, в этот момент она и решила, что вовсе не хочет продавать лавку.

Теперь этот магазин полностью принадлежал ей. Пусть она не любила, как отец, мотаться по всему штату, отыскивая новые вещи, зато отлично общалась онлайн с людьми, желавшими избавиться от «хлама». Так же переправляла его реставраторам, а после вещи устраивались в лавке. Некоторые сразу разбирали частные коллекционеры, список остался от отца, но Изабель его изрядно пополнила за прошедшие несколько лет.

Телефон задребезжал новым сообщением, Изабель посмотрела очередное фото машины с припиской Генри «а эта?». На самом деле, ей было абсолютно всё равно, какую машину он возьмёт. С её точки зрения, все эти потрёпанные пикапы походили один на другой, и какой ему нравится, такой пусть и берёт. Но Генри свято верил, что Изабель ведь тоже на нём ездить, поэтому надо посоветоваться. Изабель ценила, искренне пыталась высказать что-то помимо междометий.

«Главное, не бери розовый», – написала Изабель. Вряд ли существовал розовый пикап, но мало ли.

Генри в ответ прислал смайлик с высунутым языком.

Он проспал весь вчерашний день, свернувшись на диване. А после ужина сидел рядом, пока Изабель проводила ритуал, но тот, к её удивлению, не сработал. А вот Генри плечами пожал:

– Если замешано колдовство, Стивена не отыскать. Попробуем что-то другое.

Его, казалось, ничуть не беспокоило, что это настоящие похищения и эти люди знают Генри и заинтересованы в нём. Генри отмахнулся, заявив, что либо совпадение, либо ничего не значащая деталь.

– Вряд ли кому-то нужен именно я. У меня с исчезнувшими ничего общего.

Изабель не стала переубеждать, но её ситуация волновала куда больше. Особенно с учётом того, что призраков Генри есть отказывался, а значит, слабел. Правда, это они пока не обсуждали.

Спать пошли рано, уставшая после ритуала Изабель настояла, чтобы Генри не уходил в свою комнату. Согласился он неохотно, свернулся на другой половине кровати, но почти сразу уснул и спокойно проспал до утра.

Изабель не знала, почему это так работает. Бабушка говорила, из-за общих корней, которые переплетаются и поддерживают отдельные стволы. Практичные врачи заявляли, что рядом с сестрой Генри подсознательно ощущает себя в безопасности.

В город он поехал вместе с Изабель на такси, решив выяснить, что там с пикапом. Фото смятого капота благоразумно присылать не стал, написал, что хочет