Материя. Том 2 - Константин Сергеевич Соловьев

– И сам чуть не отдал Богу душу! – пробормотал Лэйд, отводя взгляд. – Черт, я едва успел оттолкнуть тебя в сторону!

Торп улыбнулся и с благодарностью кивнул.

– Я помню. Он выстрелил мне в грудь из своего маленького пистолетика, но ты успел на полсекунды раньше, не то, конечно, я бы не сидел сейчас здесь, наслаждаясь этим вином. Мой верный Лэйд, мой отважный тигр, что бы я делал без тебя?.. Я все-таки успел посмотреть ему в глаза. Знаешь, что там было? Не мука, как у многих других подлецов, которых мы выслеживали. Не боль, не страх. Там было отрешенное умиротворение. Словно это обожженное чудовище, издыхающее на моих глазах, ничуть не жалело о том, что все кончилось именно так… Черт, славная была охота! Старые следопыты вроде нас с тобой могут лишь мечтать о такой. А теперь, будь добр, расскажи мне об этом твоем Вудмане.

Лэйд мрачно усмехнулся, встряхнув остатки вина в бокале.

– Не спеши взводить курки, Бенджи. Вудман – не чудовище. Он чудотворец, подлец и манипулятор, но на его руках нет крови. Если не считать крови тех несчастных, что имеют неосторожность довериться ему и его никчемным ученикам.

– Значит, Новый Бангор оказался слишком тесен для вас двоих? И вы решили устроить небольшую дуэль, как это принято в Новом Свете?

Взгляд серых глаз не сделался мягче. Лэйд невольно ощутил желание поерзать в кресле – как мальчишка в церкви посреди воскресной проповеди, поймав на себе строгий взгляд викария.

– Скорее, обкорнали немного друг другу бороды, – вяло возразил он. – Дуэли – дело молодых и дерзких, джентльмену моей комплекции и моего возраста лучше подыскать себе другое занятие, чтобы не стать мишенью для насмешек. Например, вязание или разгадывание кроссвордов… Нет, я не ссорился с Вудманом. Беда в том, что его разношерстная оккультная братия стала вторгаться на мою территорию.

– Твою территорию! – Торп произнес это слово то ли с насмешкой, то ли с горечью, неожиданно резко. – У тебя нет здесь никакой территории, Лэйд Лайвстоун! Ты пленник, как и мы все. Однако по какой-то причине вместо того, чтобы обзаводиться союзниками, обзаводишься врагами!

Лэйд отхлебнул еще вина и погонял его во рту.

– Скорее Левиафан укусит себя за хвост, чем мы с Вудманом сделаемся союзниками, Бенджи. Скорее я возьму в компаньоны вместо тебя дохлого кота или пригоршню садовых мокриц. Скорее…

– Довольно. Я понял. Вы настолько друг друга не переносите?

– Знаешь, как меня величают ребята папаши Вудмана? Тигр на поводке у крыс!

Глаза Лэйда прищурились, приобретя оттенок свинцовых белил.

– Пожалуй, грубовато, но, полагаю, мы оба вполне способны оценить иронию.

– Их отчаянно раздражает, что я по старой памяти время от времени выполняю кое-какую работу для Канцелярии, – сами они боятся ее до дрожи в коленях. В их глазах полковник Уизерс-Уинтерблоссом сродни дьяволу.

– Значит, ни у кого из вас нет намерения идти на мировую?

– Скорее уж Монтекки и Капулетти споют вместе комические куплеты, чем мы с папашей Вудманом пожмем друг другу руки! – фыркнул Лэйд. – Черт, нет. Мы с Орденом и раньше не испытывали друг к другу теплых чувств, но в последнее время… Пожалуй, температура наших взаимоотношений упала так низко, что почти коснулась той точки, за которой вода превращается в лед.

– Была причина?

– Возможно, – неохотно признал Лэйд, – была одна скверная история не так давно. Она заварилась из-за одного самоуверенного банкира и его чертовой монеты, а кончилась не сказать чтобы лучшим образом. По крайней мере, не для всех участников званого вечера. Чертов Бредбедл…

К его удивлению, Торп присвистнул.

– Бредбедл? Сир Берсилак? – осведомился он с веселым изумлением. – Ну и ну, Лэйд. Поздравляю! Не знаю, что за вечер вы там затеяли, но, если к вам явился мистер Бредбедл собственной персоной, можешь считать, что мероприятие удалось на славу. В некоторых кругах он, знаешь ли, считается личностью легендарной, сродни самой Паточной Леди, и даже более того. Встретить его чертовски непросто. Зеленый рыцарь обычно не жалует пиров, а если поднимается из глубин, то по какому-нибудь вескому поводу.

Зеленый рыцарь, подумал Лэйд, вспомнив покров из гниющих водорослей на лязгающей стальной шкуре чудовища. Чертовски метко сказано, старина.

Чертовски метко.

– Ему больше не придется утруждать себя, – пробормотал он, – крысы разнесли мистера Бредбедла на черепки, расстреляли у меня на глазах из какой-то крысиной пушки, так что…

Торп рассмеялся. Негромко, как смеются воспитанные люди, но его глаза на миг сделались почти серебристыми.

– Не беспокойся насчет мистера Бредбедла. Я проводил многие изыскания и в конце концов пришел к выводу, что на этом острове не существует оружия, способного его уничтожить. Самое большее – причинить временные неудобства. И крысы, конечно же, превосходно об этом осведомлены. Так вы с ним беседовали? Как он тебе показался?

– Беседовали немного, – Лэйд кивнул, изучая содержимое своего бокала, – за ужином.

– Не правда ли, весьма интересный джентльмен? Образованный, смышленый и с великолепным чувством юмора. И какой потрясающий рассказчик!.. Да, он может выглядеть грозным, но это просто маскировка, сам по себе он не опаснее обычного зеркала. Он ведь не в силах нанести удар, лишь отвечать на тот удар, который ему нанесли. Ты ведь быстро сообразил это, Лэйд, мой мальчик?

– Я… – Язык Лэйда запнулся о зубы. – Значит, и ты с ним знаком?

Торп рассмеялся.

– С Бредбедлом? Ну конечно! Тридцать лет назад мы с ним провели превосходный вечер, соревнуясь в ирландских анекдотах, и расстались предельно довольные друг другом. Впрочем… – Торп склонился над столом, задумчиво царапнув пальцем поверхность. – Наверно, мне стоит предупредить тебя.

– О чем?

– Бредбедл… Видишь ли, он по своей натуре домосед. Не выносит шум и гам и редко выбирается к свету. Он из числа тех существ, что обитают в трещинах и щелях Нового Бангора, таких глубоких, что не найти без гальванического фонаря. Я бы сам не смог его обнаружить, при всем желании.

– Понятно, – кивнул Лэйд, – как Паточная Леди и…

– Да. Совершенно верно. Это не те существа, которые будут выбираться в свет, чтобы стянуть у хозяина носки или похулиганить у него на кухне. Они выбираются из своих… кхм… трещин и щелей весьма редко, чаще от скуки или когда ощущают… вибрацию.

– Вибрацию? – Лэйд и сам приподнял бровь. – О чем это ты, Бенджи?

Торп потер пальцами лоб, как делал всегда, когда его ученик проявлял потрясающую бестолковость. Например, не мог на память сказать, сколько футов в длину средний татцельвурм, чем отличаются маэро от туреху, на какой глубине можно повстречать нингена…

– Тебе когда-нибудь приходилось бить молотком по термитнику?

– Нет. Никогда.

– Попробуй. Для этого потребуется увесистый камень или хороший молоток, ведь термитники обыкновенно довольно прочны. Уверен, после нескольких ударов ты обнаружишь в трещинах едва заметное шевеление. Это термиты, крошечные хозяева улья, бесцеремонно разбуженные и отвлеченные от своих важных дел, высовывают усики наружу, пытаясь понять, что за дрожь сотрясает устои их мироздания. Они ни черта не понимают в законах физики и не разбираются в молотках, но своими тонкими органами чувств безошибочно ощущают сотрясение и, повинуясь инстинктам, выбираются на поверхность. Так заложено в их природе – реагировать на возмущение.

– Хочешь сказать…

– Да. В Его потрохах тоже