Тени во времени - Кристофер Руоккио

В сокровищнице, которую Здесь Скороизменится украл из систем «Арарата», было нечто большее, чем просто факт уничтожения Форума. Благодаря «Ди» Капелла полностью контролировала местную инфосферу. У них были все сообщения, все показания костюмов, все камеры. Деймон был повсюду одновременно — несомненно, в этот самый момент он находился в этой комнате, выглядывая из каждого глазка камеры, из каждого терминала, из каждого зернышка шпионской пыли, развеянной ветром.

Император все это видел. АПСИДА проинформировала его обо всем, как только Врабель и другие врачи привели его в сознание. Они и разведка Легиона тщательно изучили океаны данных, извлеченные из тела Скороизменится. Им потребовались бы столетия, чтобы разобраться во всем, но первое же беглое сканирование обнаружило все необходимые доказательства.

«Если это обман, — сказал Император, — то пусть правда останется правдой. Откройте свои корабли моим людям. Сдайтесь».

Тут Таркуин взъярился. «Это невозможно, Цезарь. У вас нет полномочий...»

«У меня есть все полномочия!» — отрезал император. Он не кричал, но голос был хриплым, сильно усиленным. «Я — человечество!» — сказал император. «Кто ты, жрец?»

У Таркуина был выбор: бросить вызов императору означало спровоцировать гражданскую войну, разделить империю пополам. Но сдаться...

Я всегда знал. Так сказал мне Его Величество. Я император. Я правлю. Должен править. А не Капелла.

Он боролся с ними всю свою жизнь, и вот стоял на пороге победы: готовый разгромить Культ Земли.

«Мы задали вам вопрос, лорд Таркуин», — сказал император.

Раскрашенный священник выпрямился во весь рост. Он не поклонился, не согнулся и не поцеловал землю. Он не стал ныть, хныкать или увиливать. Его оправдания были лишь дымовой завесой, а не защитой. «Я — принц Святой Капеллы Матери-Земли», — сказал он и указал на меня. « Этот человек — демониак и колдун. Он уничтожил планету Эйдин. Бомбардировал Катрает. И он поставил под угрозу безопасность этой базы. Вы верите его словам, а не моим?»

Я услышал, как Селена тихо выругалась.

«Адриана Марло здесь не судят», — строго сказал император, поднимая руку к голографиям над головой: Вечный город в огне, его острова погружаются в бескрайнее небо. «Вы отрицаете доказательства лорда Марло?»

«Конечно, я их отрицаю!» — воскликнул Таркуин. «Это безумие!»

«Они тянут время...» — прошептала Селена, едва слышным голосом.

Она была права, конечно. Именно для этого они и пришли. Чтобы выиграть время, так же как я, сдавшись. Они сыграли зеркальным ходом. Тот же гамбит. Но если они уничтожат доказательства, если уничтожат своего деймона... то станет возможным общаться с более обширной галактикой, подтвердить, что Вечный Город потерян. Что они надеялись получить, солгав?

Только время.

Я посмотрел на Вильгельма в белой мантии и золотой маске.

Сколько времени им понадобится?

С исчезновением Форума занять трон будет проще простого. Если Вильгельм не сможет разбить триумвират до своей смерти, они победят по умолчанию.

Освобождение Вильгельма от его ледяных снов еще могло стать моим спасением, но если Капелла и принц смогут дождаться его смерти... пусть чума делает свое дело...

«Имеете ли вы или не имеете машинный интеллект, способный вмешиваться в наши передачи?» — спросил император.

«Ваша болезнь лишила вас разума!» — воскликнул Таркуин. «Вы слышите себя? Вы обвиняете нас, Священное духовенство Матери-Земли, в мерзости?

Ликтор снова ударил фасциями по пластине, и в зале поднялся шум, когда защитники императора закричали от возмущения. Таркуин возвышался над всем этим с горящими, вызывающими глазами, как непоколебимый камень над прибоем. Неужели они всерьез надеялись дискредитировать императора? Могли ли они?

Нет, подумал я. Селена была права. Они надеялись только замутить воду, затуманить умы как можно большего числа людей. Умы людей были — по замыслу — закрыты для машинного праксиса. Но не для лжи.

Император поднял руку, и постепенно наступившая тишина подтвердила, что он по-прежнему является императором всего человечества. Ликтор снова ударил фасциями: один, два, три раза, и их железный звук был похож на таран, бьющий по стенам каждого черепа. В проломе, который таран пробил в стене звука, заговорил император. «Если вы невиновны, — сказал он священнику в белой шапочке, — вы немедленно откроете «Арарат» и все свои корабли для досмотра моими людьми».

Лорд Таркуин, этот принц Земли, этот Ауктор, равный Императору, посмотрел на саркофаг, стоявший на том месте, где должен был находиться трон, и спросил: «А если я откажусь?»

Тогда они начнут войну. Я заметил Амона Косиса, первого легата марсианских легионов, который стоял, держа шлем принца Александра. Я знал, что марсиане расколятся — брат против брата, отец против сына. И все это в то время, как сьельсины наконец-то повернулись лицом к Гододдину.

Кто тогда сможет говорить? Кто тогда сможет устрашить этих принцев человечества и уделы, которыми они владеют?

Только я.

А если я откажусь?

«Тогда я уничтожу «Арарат»!» — воскликнул я, выйдя вперед, оставив Селену, и говоря со своего места над двойной линией экскувиторов. «И каждый из ваших кораблей, если понадобится!»

Это заявление вызвало шок у всего двора.

«Ты?» Плащ Таркуина все еще был откинут с правого плеча, обнажая черные доспехи и незажженный клинок, который он носил. «Как ты смеешь?»

«Не больше, чем ты!» — ответил я. «И даже меньше!» Я протиснулся между рядами экскувиторов и встал перед Таркуином и Александром. «Вы разрушили город, ты и принц!»

Александр открыл рот, но не произнес ни звука. Какой бы ответный выпад он ни приготовил, какой бы ответ ни замыслил, все пошло насмарку. Но я ткнул пальцем в лицо Таркуину. «Я предупреждал тебя», — сказал я. «Не становись у меня на пути. И все же, ты стоишь здесь, на вершине стольких трупов?»

Таркуин улыбнулся, его электрически-голубые глаза сияли, как черенковское излучение. «Ты не знаешь, с чем играешь, — произнес он, — у тебя нет...»

«Земля стоит!» Взревел я и топнул ногой по травертиновому мрамору с грохотом, похожим на выстрел. «Пирамиды Америки отстроены заново! Большинство из них никогда не были заброшены. Вы забрали их себе. Вы, жрецы! Вы — то, против чего якобы выступаете: колдуны! Демониаки! Мерзости, все вы!» Я снова топнул ногой, и эхо этого звука заполнило двор, как гром. В звенящей тишине я двинулся к Таркуину, все ближе и ближе. «Десять тысяч лет и более вы держали Империю под своим контролем, стремясь отнять власть у самого Божьего Императора». Я указал на Вильгельма, который возлежал в своей тюрьме из железа и стекла. «Даже сейчас, когда враг победил, вы стремитесь к продвижению!