Рассвет и лед - Хелен Мерелль

Да зачем? Ты уже не имеешь никакого отношения к крушению «Полярной звезды»!

Меня по-прежнему волнует судьба корабля, и я хочу расспросить Янука о духах, с которыми могли столкнуться моряки в бухте Онэ. Слова Маркса заставили меня осознать, насколько мы с двоюродным братом далеки друг от друга. Янук мой родственник, но с его женой, Сунилик, я общаюсь чаще, чем с ним. Мне не стоит избегать двоюродного брата только потому, что он носит фамилию моего отца.

А если я просто делаю это подсознательно…

Пока я утопаю в угрызениях совести, Элли звонит друзьям. Он договаривается с соседом, работающим в аэропорту, что тот подбросит меня до Кууммиута. Придется подниматься по фьорду на лодке, а потом на собачьей упряжке.

В конце концов, наставлять и утешать умирающих – моя работа. Скорее всего, за это я получу хороший обед, может быть, несколько расписных керамических тарелок и вещь, которую старушка связала сама… Я оставлю их себе, если они мне понравятся, или продам в ремесленном магазине подальше отсюда. Благодаря таким мелочам я могу оплачивать учебу.

Пока я покупаю себе сэндвич, звонит дедушка. Свен сообщил ему, что меня отстранили. Атак воспринял эту новость весьма спокойно, похоже, он догадывался о реакции Маркса.

Вот же старик! Он послал меня расхлебывать эту кашу, даже не предупредив!

– Элизапи Вининг заменит тебя. Шаманка из Илулиссата. Но все равно расскажи, что успела узнать.

Я говорю, что «Полярная звезда» подошла слишком близко к Медвежьему острову, сообщаю о своих подозрениях касательно необъяснимой ярости, охватившей моряков. Я даже упоминаю предположение главного инженера: русский колдун, принявший облик крысы.

– Крысы? – восклицает Атак. – Не очень хочется смеяться над чужими поверьями, но…

– А почему нет? В нашей культуре же есть Амарок[30], дух человека-волка!

– Это другое, – недовольно ворчит дедушка.

Он заставляет меня повторить рассказ еще раз, а затем заявляет:

– Я попрошу Свена держать меня в курсе.

– Как думаешь, это Янук ошибся?

– Не знаю. Но мне интересно, из-за чего разразилась драка и почему она произошла в разгар шторма.

– Это все могло случиться из-за чего-то сверхъестественного?

Гипотеза и без того кажется надуманной, но когда я пытаюсь яснее формулировать свои мысли, она становится еще менее правдоподобной. После долгого молчания Атак признает:

– В таком случае понадобился бы действительно могущественный дух, которого очень сильно обидели.

Как именно обидели?

Я вспоминаю темные глаза Эрека. Его предупреждение, больше похожее на угрозу. Случайно ли «Борей» оказался рядом с «Полярной звездой»? Почему Эрека наняли в качестве переводчика? Если он имеет какое-то отношение к кораблекрушению, то теперь у него есть идеальная возможность шпионить и сделать так, чтобы его никто не заподозрил. Даже если для этого пришлось по полной использовать свое обаяние на неопытной шаманке, молодой женщине, нуждающейся во внимании и легко поддающейся влиянию…

– Я сделаю несколько телефонных звонков и передам сообщение Януку. Нам нужно поговорить о духах, которые могут водиться в пределах Моржового мыса. Ты приедешь завтра?

Груз ответственности падает с моих плеч.

Атак берет все в свои руки.

– Завтра вечером, самое позднее – послезавтра, – обещаю я.

* * *

Путешествие на лодке до Кууммиута начинается весьма неплохо. Туман рассеялся. Солнце согревает мое лицо, а его лучи сверкают на поверхности воды. Я чувствую тепло и радость, растекающиеся в моей груди. Виник наслаждается мерными покачиваниями на воде.

Друг Элли, толстый седой мужчина по имени Паалук, пребывает в гораздо более мрачном настроении.

– Плюсовая температура в марте, – вздыхает он. – Десять лет назад я бы даже и не подумал выйти на лодке в это время года…

Он удрученно качает головой. Затем рассказывает мне, как местные рыбаки сначала обрадовались возможности ловить рыбу в начале года, а потом обнаружили, что палтус исчез, и им приходится забрасывать сети все дальше и использовать дорогостоящие лодки…

– Зато моя дочка счастлива. Прошлым летом она вырастила в своем саду клубнику и заставила меня съесть ее!

Паалук произносит эти слова с таким отвращением, что мне приходится прикусить щеку, чтобы не рассмеяться. Он смотрит на меня так, будто хочет, чтобы я его успокоила.

– Шаманы не умеют предсказывать будущее, – мягко отвечаю я. – И духам тоже не под силу остановить глобальное потепление. Я лишь могу сказать вам, что наши люди всегда умели приспосабливаться к изменениям. В Средние века, когда климат стал холоднее, инуиты выжили, а викингам пришлось покинуть свои каменные дома и вернуться в Европу.

Моих слов, похоже, оказалось недостаточно, чтобы успокоить Паалука. Но нельзя винить его за это. Мне бы тоже не хотелось оставить своим внукам Гренландию безо льда, где собачьи упряжки стоят в музеях, а белые медведи обитают в зоопарках с кондиционерами.

– Надеюсь, нам удастся приспособиться, – заключает Паалук, когда мы достигаем места назначения. – На этот раз уже не получится собрать вещи, запрыгнуть на драккар[31] и отправиться на поиски другого места для колонизации[32]!

Слова лодочника немного подпортили мне настроение. Я внимательно рассматриваю деревушку, где меня только что высадили. Десять домов, половина из них заброшены. В снегу ржавеют снегоход, стиральная машина и перевернутая лодка.

Единственный признак, что здесь кто-то живет, – шум на берегу. Две маленькие девочки играют с деревянным каяком, а вокруг них с радостным визгом носится несколько щенков. Та, что постарше, подошла ко мне с улыбкой и круглыми от удивления глазами. Должно быть, кто-то позвонил и предупредил о прибытии шамана, но девочки не ожидали увидеть молодую женщину.

– Ты шаманка? – удивляется девочка. – Такая молодая!

К такой реакции я уже привыкла, поэтому просто улыбаюсь. Должно быть, эта девочка не знала других шаманов, кроме старого Якунгуака с его морщинами и длинными седыми косами, поэтому удивилась, увидев молодую девушку.

– Меня зовут Десс, я шаманка. Приехала навестить пожилую женщину из семьи Сиссиннгуак. Отведете меня к ней?

– Я Маали, – отвечает девочка, указывая на голубой дом. – Бабушка Сисси будет рада тебя видеть. Надеюсь, у нее сегодня хорошее настроение. Иногда она бывает очень молчаливой…

Взяв вторую девочку за руку, Маали ведет меня в дом и стучит в дверь. Не дожидаясь ответа, она проводит меня внутрь.

Несмотря на обшарпанный вид дома, в комнате бабушки Сисси тепло и уютно. Ее окно выходит на фьорд, и я вижу, как две маленькие девочки возвращаются к игре. Старушка с трудом приподнимается на подушках. Я кланяюсь, используя жест, предназначенный для пожилых людей:

– Здравствуйте, нукум. Я шаманка. Вы можете звать меня Десс.

Лицо Сисси испещрено глубокими морщинами, а