Мастер драгоценных артефактов 6 - Александр Майерс

— Правда, там не только камни завязаны, ещё куча плетений, накопители, иногда даже призванные сущности… Но я, увы, не специалист в других школах магии, так что перегрузить и рвануть смог только камни. Зато как специалист по артефакторике камней скажу прямо: во многих порталах защиту недооценивают просто до неприличия. Камни считают расходниками, укреплять их ленятся. А зря! Расходники, как видишь, тоже прекрасно взрываются. Причём вместе со всем комплексом.

Я замолчал и оглядел слушателей.

Тишина. Катарина смотрела на меня остекленевшим взглядом, будто прикидывала, на каком именно слове потеряла нить. А Макарыч и вовсе как будто впал в прострацию — стоял, приоткрыв рот, и даже как будто дышать перестал.

Кажется, я слегка перегрузил аудиторию.

— То есть, — Катарина помотала головой, приходя в себя, — ты хочешь сказать, что взорвал их портальный комплекс на той стороне? Целиком?

— Да, сто процентов, — кивнул я. — Отдача по такой схеме уходит прямо в источник. Так что где-то у них сейчас дымятся руины и бегают перепуганные маги. Не переживай, что не всё поняла. Может, память крови тебе потом чего и подскажет насчёт порталов. Или, если хочешь — проведу тебе лекцию, часа на четыре. Правда, зачем оно тебе — ума не приложу.

— Нет-нет, — замахала руками ведьма. — Спасибо, как-нибудь потом.

— Как знаешь, — я пожал плечами начал собирать кристаллы со стола. — А что у нас там с погодой?

Макар встрепенулся, радуясь, что разговор свернул на понятную тему.

— Да вроде без изменений, господин!

— Правда? Ну, пойдём поглядим.

Я накрыл тело старика холстиной и двинулся к лестнице.

Снаружи меня встретил натуральный погодный дурдом.

Я вышел на крыльцо и замер. Вокруг моих владений творилось что-то невообразимое. С одного края небо затягивало тучами и валил снег, с другого — стеной стоял ливень. А между ними висела серая муть, не пойми что, будто небо само не могло решить, какое нынче время года.

— Без изменений, говоришь? — я обернулся к Макару. — По-моему, изменений тут выше крыши. Вон, целых четыре сезона за раз пытаются ужиться.

Управляющий смущённо кашлянул в кулак.

Всё сходится. Раз я подорвал им башню, значит, их артефакт или что там у них, который наслал сюда зиму, сбоит. Погода пошла вразнос — верный знак, что контроль над регионом дал трещину. И это отличная новость.

Плохая новость шла следом.

— Макарыч, — сказал я, не отрывая взгляда от неба. — Распорядись, чтоб со складов начали вытаскивать летнюю одежду. Раздайте людям.

— Летнюю, господин? — опешил старик. — В такую-то стужу?

— Зима на днях исчезнет из наших краёв. Так что лучше подготовиться заранее.

А ещё нужно готовиться к тому, что с отступлением холодов изо всех щелей полезут инсектоиды. И будут они очень злые и голодные.

Тут даже гадать не приходилось. Взрыв, который я устроил в лесу, без последствий не останется при всём моём желании. Столько энергии разом выплеснулось на округу, для местной живности это самый настоящий пир. Есть твари, которые эти остаточные следы энергии чуют за версту и слетаются на них, как мухи на… ну, на то самое.

Инсектоиды — в их числе. Они просто дуреют с этой прикормки.

— Значит так! — я хлопнул в ладоши. — Собираем несколько отрядов. Дадим жукам подойти к той поляне и устроим торжественную встречу. Это лучше, чем позволить им расползтись по округе.

— Ты уверен, что они клюнут? — Катарина недоверчиво покосилась на меня.

— Абсолютно, — усмехнулся я. — Против бесплатной кормёжки не устоит ни один жук.

Ведьма фыркнула, а дед Макар побрёл в дом отдавать распоряжения насчёт летней одежды.

Я ещё постоял на крыльце и глубоко вдохнул сырой воздух.

Зима уходит. А значит, всё только начинается…

Катарина сидела перед косметическим столиком и неторопливо расчёсывала волосы, разглядывая своё отражение в зеркале.

Гребень скользил по чёрным прядям, а она думала о том, что ни капли не жалеет о своём решении. Остаться у этого странного владения в его глуши — со стороны затея выглядела чистым безумием. Но вот прошло время, а она сидит в тёплой комнате и чувствует себя лучше, чем за все прежние годы скитаний.

Она взяла баночку с кремом и осторожно нанесла немного под глаза. У неё вообще было столько косметики, сколько, наверное, не у каждой графини.

Наставница когда-то вбила ей в голову простую истину: даже если ты ведьма и природа наградила тебя красотой, приукраситься лишним не бывает.

Все эти баночки и кремы появились у Катарины не сразу. Граф выдавал ключевым людям деньги на личные нужды, и её одаривал куда щедрее прочих. Поначалу Катарина не потратила ни монеты — привыкла обходиться малым, да и совестно было.

Другим-то деньги были почти без надобности — у них и так всё имелось.

А Леонид всё допытывался, почему она ничего себе не купит, чего жмётся. В итоге чуть ли не силой заставил её сделать первую покупку, стоял над душой, пока она выбирала косметику у заезжего торговца.

Это было приятно. Не то, что она могла свободно тратить деньги, а забота со стороны графа.

Катарина отложила гребень и улыбнулась отражению.

А ещё ей здесь было совсем не скучно. Никогда прежде вокруг неё не творилось столько всего разом.

Взять хоть последние дни. Тот взрыв у порталов до сих пор стоял перед глазами — столько энергии, выплеснувшейся в один миг, она не видела за всю жизнь. А ведь ведьм не зря считают бездонными бочками, способными переварить сколько угодно силы.

Она поднялась, задула свечу и забралась под одеяло.

Завтра-послезавтра они отправятся в поход против жуков, что непременно полезут на остатки магической бури. Всем велено выспаться и быть в форме. Катарину даже от ночных дежурств освободили — хотя граф вообще ни разу не заставлял её стоять на посту. Ведьма сама набивалась, потому что совестно было отсиживаться, пока другие мёрзнут.

Иногда всё-таки выходила, но недалеко, не покидая пределов имения. Так, на всякий случай. Понадобится срочно помочь — она рядом.

С мыслями о графе Катарина и уснула.

Ей приснился странный сон.

Она стояла посреди огромного каменного зала, на вид очень, очень древний. Стены уходили ввысь и терялись в темноте. По камням тянулись ведьмовские знаки, а на стенах висели амулеты — из костей, корней и потемневшего металла. Катарина сразу поняла, что создавали их разные руки. Вероятно, разные поколения и даже разные народы.

Она прошлась по залу, оглядываясь. Ни страха, ни тревоги не испытывала, только любопытство.

Опять память крови? Похоже на то.

Зал тянулся далеко, и в самом его конце Катарина увидела стол. Огромный, каменный, весь покрытый резными символами. От него веяло такой силой, что у