Агент Их Величеств, часть четвёртая - Александр Н. Александров

– Эм-м-м-м... Не понял.

– Видите ли, Фигаро, классический триэтиламин карбокси... Ну, в общем, обычно «синяя пыль» не синяя, а, скорее, цвета морской волны. Её цвет определяют прекурсоры – этанол и аммиак, а также алкалоиды добываемые из так называемой полыни крестоцветной. Тупое название, потому что это растение вообще ни разу не полынь, и цветы у него ни фига не крестиком, но суть не в том. А «пыль», которую тут все так активно употребляют безо всякого стеснения – голубая. Точнее, светло-бирюзовая. И мне интересно... Любезный! А подойдите-ка на минутку!

– Уже бегу! – Знакомый половой в красной рубахе, но уже без полотенца на руке резко затормозил рядом со столиком, за которым сидели следователь и колдун. – Чего изволите-с?

– Вот что, дорогой, – в голосе Мерлина появились доверительные нотки, – держи десять... нет, пятнадцать империалов и сообрази-ка нам пару унций «синьки». Только чистой, подлец! Почувствую муку или соду – на уши тут всех поставлю.

– Сей момент! – Половой прижал руку к сердцу и зашептал Артуру в ухо, да так, что его, должно быть, услышали даже за барной стойкой.– Не извольте сомневаться-с, у нас только самая чистая, самая свежая! Ваш нос скажет вам спасибо... Вот, прошу-с.

На столе перед колдуном появилась вытряхнутая из рукава полового маленькая склянка с изящной пробкой в виде сердечка заполненная нежно-голубым порошком тончайшего помола. Мерлин улыбнулся, накрыл склянку ладонью, и та, словно по волшебству, исчезла.

– Благодарю. И тащи ещё графинчик «Кристалла».

Половой убежал. Следователь вздохнул, и поцокал языком.

– Мда. Пожалуй, Артур, вы правы: продавать «синюю пыль» вот так, вместе с водкой... Они бы ещё в меню её добавили, право слово. Я думаю...

– Господин Фигаро! Мастер Артур! Тревога!

Шипящий голосок, разумеется, принадлежал Терентию, неусыпно бдящему в кармане следователя. И, судя по его тону, чёрт был крайне взволнован.

Мерлин даже ухом не повёл, продолжая мило улыбаться, однако его голос сразу стал жёстким, а речь – быстрой и обрывистой.

– Какого рода опасность? Какая? Направление?

– Дык это... между целовальником и лабухами со странными балалайками. В мешке. Цветом как мыша.

Фигаро понадобилось изрядно напрячь мозги и секунд двадцать времени дабы понять, что под «целовальником» чёрт имеет в виду дюжего бородатого мужика за барной стойкой, а «лабухи с балалайками» это маленький оркестр, который к тому времени уже минут десять как вдохновенно (и, кстати, на удивление неплохо) играл «Голубой Дунай».

– Вон он, – прошипел Артур, – у помоста. В сером плаще.

Но следователь уже и сам увидел. Хотя решительно не понимал, что же именно у него перед глазами.

Между импровизированной сценой и стойкой, за которой мускулистый бородач как раз сейчас наполнял пивом ряд больших кружек, стояло... существо.

Ростом фигура была, от силы, Фигаро по плечо; мышиного цвета плащ с откинутым назад капюшоном, странная обувь – нечто вроде плетёных из лозы сандалий– но главным было не это. Существо не было человеком, хотя явно передвигалось на двух ногах и имело две руки с тонкими гибкими пальцами.

Больше всего странный посетитель напоминал прямоходящую ящерицу, плоскую вытянутую голову которой увенчивал шипастый гребень. Огромные жёлтые глаза, широкий рот, полный маленьких, но наверняка острых зубов, две дыры там, где должен был быть нос – жутковатый комплект. Однако, подумалось следователю, существо даже можно было бы назвать красивым – не по меркам человеческой внешности, понятно. Оно было красиво как красива приготовившаяся к прыжку змея или почуявшая кровь акула: холодное великолепие хищника, красота инструмента созданного природой для молниеносных атак и неопрятного, но эффективного уничтожения.

Самым удивительным было то, что существо было прозрачным; его голова, гребень и та часть рук, которую позволяла увидеть серая ткань плаща казались изваянными из сверкающего хрусталя.

– Это... водяной? – прошептал Фигаро завороженно.

– Да,– произнёс Артур едва заметно двигая уголком рта, – один из видов. Хамелеон. Ловкий, быстрый и профессиональный хищник. И, предвосхищая ваш следующий вопрос, я понятия не имею, что он здесь делает. Водяной народ не шляется по людским ресторациям, а уж хамелеоны так и подавно. Они нелюдимые одиночки, отчасти даже ксенофобы. Их немного; встретить такого почти невозможно... Терентий, так что там за тревога? Он опасен для нас?

– Чую, что опасный. – В голосе чёрта сквозили нотки сомнения; он беспокойно возился у Фигаро в кармане.– Но так чтобыть именно на нас прыгать – не, не будет. Ну, прямо щаз так точно. Только всё равно чую недоброе. Глаз с него не спускайте. Да и я начеку буду.

Водяной, тем временем, медленно вращал глазами, причём каждый глаз двигался независимо от другого. Неожиданно плёночные веки существа несколько раз быстро хлопнули; хамелеон сделал несколько шагов куда-то в сторону кухни (двигался он легко и изящно, словно балерина на пуантах, но при этом покачиваясь вверх-вниз, как если бы к его нижним конечностям привязали рессоры), запахнулся в плащ и... исчез.

Вот он был и вот его уже нет, словно пришелец растворился в воздухе, не оставив после себя и следа; легко, беззвучно и зловеще.

Фигаро напряг горло и с трудом проглотил застрявший в нём ком.

– Это он как?

– Невидимость.– Артур разлил остатки водки из графина по рюмкам и ловко отрезал от утки тонкий как бумага кусочек мяса. – Причём не иллюзорная как у нас, колдунов. Никаких замыливаний глаз и влияния на восприятие, а полная честная оптическая маскировка. Каково, а? Есть свои плюсы в вечном благоволении древних и бессмертных духов болот, что дрыхнут в тёмных глубинах... – А ну-ка, поди сюда, любезный!

Пробегавший мимо половой, к которому, собственно, и был обращён призыв Мерлина, резко затормозил, согнувшись в почтительном полупоклоне. Это был не тот проныра с тонкими усиками, что встретил «торговых агентов» у входа и беспечно торговал вразнос «синей пылью»; половому было сильно за пятьдесят и в его аккуратном проборе серебрилась лёгкая седина. Однако одет он был точно так же, как и его коллега: красная рубаха и широченные чёрные штаны. Фигаро понял, что в ресторации «У барашка» это какая-то разновидность униформы.

– Да, господа? Чем могу?

– А подскажи, мил-человек, – Артур фамильярно дёрнул полового за рукав, жестом фокусника отправив тому в