Сага о кораблях - Энн Маккефри

обеспокоились тем, что один член команды, набранной с бору по сосенке, канул без вести, но они стартовали со станции Ямахачи с такой скоростью, с какой их потрепанная посудина, по идее, вообще летать не может. Документы у него, разумеется, оказались фальшивые, опознать его по сетчатке или отпечаткам пальцев не представляется возможным: у него практически не осталось ни сетчатки, ни пальцев. А на то, чтобы сравнить его ДНК со всеми имеющимися в наличии картами новорожденных, уйдут годы – разве что он обвинялся или подозревался в убийстве.

Алекс кивнул. Определить, с какого корабля пациент, было не так сложно: любой, кто останавливался на станции в общежитии или в отеле, обязан был сообщить название корабля, с которого он сошел. Полученная информация незамедлительно проверялась на корабле; корабль должен был подтвердить личные данные члена команды, прежде чем ему позволили бы зарегистрироваться. Пассажиры, разумеется, селились в совсем других отелях.

– Такие скоростные характеристики говорят о том, что это, скорее всего, пираты или контрабандисты, – заметил Алекс.

– Думаю, в этом сомневаться практически не приходится, – ответил Кенни. – Ну, как бы то ни было, когда оплаченный срок проживания в дешевом общежитии подошел к концу, персонал общежития открыл номер, нашел там вот это и очень благоразумно захлопнул дверь и незамедлительно сообщил куда следует.

– А что с самим персоналом общежития? – поинтересовалась Тия.

– Все служащие находятся в изоляции, но пока что, слава любым богам на ваш выбор, никто не проявляет признаков заражения.

– И на том спасибо, – буркнул Алекс.

– А чем он, собственно, болен? – спросила Тия, стараясь сохранять ровный тон.

Кенни пожал плечами:

– Еще одна безымянная зараза. Симптомы довольно простые. На коже появляются волдыри, которые стремительно прорываются. Язвы быстро заживают – только затем, чтобы прорваться снова. Сложный комплекс вирусов и бактерий на фоне умеренного иммунодефицита. Лечение пока не найдено. Дезинфекторы полностью простерилизовали номер общежития, и пока что новых случаев заболевания не обнаружено. И, слава духам космоса, судя по записям общежития, вселившись туда, он не покидал своей комнаты.

– Пирату подхватить подобную заразу вроде бы негде, – заметила Тия, – а вот контрабандисту, который барыжит артефактами…

– Вот потому я и потребовал прислать вас двоих, – ответил Кенни. – И именно поэтому институт согласился вас нам одолжить. Кстати, Алекс, на случай, если вам вдруг станет интересно: я этим занимаюсь потому, что, несмотря на мою специальность, я, похоже, сделался экспертом в заболеваниях, связанных с археологией.

Алекс вопросительно оглянулся на пилон Тии. Она знала, о чем он хочет спросить. Не может ли это быть той самой болезнью, о которой им рассказывал таинственный «Синор»? А вдруг этот человек все же рассказал им правду, хотя и не назвал своего настоящего имени?

Тия вывела свой ответ бегущей строкой под изображением доктора Кенни. «Это совпадение. Это не то же самое, что вымышленное заболевание, о котором говорил Синор. Если бы ему пришлось иметь дело с таким, он бы по потолку бегал!»

Алекс взглядом спросил ее: почему?

«Иммунодефицит. Передается при непосредственном контакте или воздушно-капельным путем. Подумай сам!»

Глаза Алекса расширились, и он медленно кивнул. Кошмар, преследовавший человечество начиная с двадцатого века; призрак заболеваний, связанных с иммунодефицитом, передающихся воздушно-капельным путем или при простом прикосновении. Об этом никому даже думать не хотелось, и, однако, для любого человека, связанного с медициной, эпидемия иммунодефицита оставалась постоянной нешуточной угрозой.

– Вы двое – уникальная команда, и если у кого-то есть шанс отыскать источник этой заразы, то только у вас, – сказал Кенни. – Разумеется, медицинская служба поручит поиски не одним вам, однако вы – единственная группа «мозг-мускул». Институт не хочет, чтобы кто-то из их служащих познакомился с этой заразой на личном опыте, так что они на это время передали вас в распоряжение медицинской службы. Планирование поисков я поручаю вам. Есть какие-нибудь идеи относительно того, с чего начать?

– Ладно, – сказал Алекс. – Если вы так хотите, не станем делать это на личном опыте, сделаем по-умному. Прежде всего, каковы шансы, что эта зараза пришла с заброшенной станции или корабля, болтающихся где-нибудь в открытом космосе?

– Шансы? Маловероятно. Глубокий вакуум убивает все имеющиеся вирусы и бактерии. Однако на крупных астероидах или планетах, на которых селились эскайцы, они могут и сохраняться, верно? – Кенни, похоже, был немало удивлен – но и обрадован тоже. – Погодите-ка, позвольте мне подключить к обсуждению Ларса – это он наблюдает за состоянием того бедолаги.

У Ларса ушло несколько секунд на то, чтобы разобраться с текущими делами и высвободить достаточно внимания, чтобы включить голосовую связь. Этого времени Тии хватило, чтобы обдумать вопросы, которые следовало задать.

– Ларс, он ничего полезного не говорил? – спросила она, как только Ларс установил связь с ними. – Ничего такого, что могло бы дать нам ключ?

– Да он бредит в основном – как ты думаешь, многое ли можно извлечь из бессвязного бормотания? – хмыкнул Ларс. – Он не был ни штурманом, ни кем-то похожим. В основном он не говорит ничего неожиданного, разве что про погоду что-то бубнит. Либо о боли и галлюцинациях, либо о золоте и сокровищах.

– Про погоду? – встрепенулась Тия. – А что он говорит про погоду?

– Да вот, послушайте сами – я только отфильтровал совсем уж бессмысленный бред.

Из динамиков послышался новый голос, хриплый и гортанный:

– Сокровища… золото… Никогда не видал столько золота… Горы, прям горы… Луны нету, черт, как тут можно чего-то увидеть… ничего не видно… Луны нету. Темно, как в крысиной норе. Погода адская. Адская погода, сплошняком снег, дождь, снег, моросит, грязища… Как тут копать, в такой грязище?..

– Вот в целом и все, – сказал Ларс, остановив запись на полуслове. – Он говорит о сокровищах, безлунных темных ночах и адской погоде.

– Почему бы не предположить, что он жалуется на то место, где побывал? Все это плюс атмосфера – и?.. Что мы получим на выходе? – спросила Тия.

– Да, действительно! Возможно, эксцентрическая орбита, вероятно, чрезмерно большой угол наклона, третья в системе планета земного типа, отсутствие спутников… Сейчас поищу! – сказал Ларс.

– И прибавь еще возможную дальность полета корабля, который его бросил, – посоветовала Тия. – Проверь в СБ Центральных миров и у военных – на базе Ямахачи наверняка сохранились какие-то данные об этом корабле. Например, каким топливом они заправлялись – если заправлялись? Его внешний вид и все такое. Военные наверняка сумеют определить на основе всего этого его радиус действия. Это позволит сузить область поисков.

– Хорошо… У меня есть еще один параметр, – заметил Кенни, – сколько времени прошло с тех пор, как наш пациент заразился этой болезнью, до того момента, как он слег.

– Кенни, вряд ли у него еще в космосе проявлялись какие-то симптомы – иначе бы его просто выкинули наружу через шлюз, – возразила Тия. – Это означает, что, пока они находились в полете, у него