Жрец Хаоса. Книга ХVII - М. Борзых

Увидев удивлённый взгляд Алисы, Сахиба расхохоталась:

— Видела бы ты своё лицо! Ладно, нечего тело бесхозным оставлять. Давай клятву и владей. И да, кое-что по части энергоканалов я тебе подправила, уж больно работать было неудобно. Заодно и проклятие Ангхальт-Цербстского отчима, сняла. Всё равно Фердинандушка своё уж получил, а тебе оно только мешаться будет. Не хочу, чтобы моя внучка шла к алтарю с ножом у горла в виде обещания от какой-то чушки пернатой. В союз нужно вступать на равных, иначе этот союз изначально обречён на провал. Так что думай, дорогая, думай. Я жду клятву.

Понимая, что выбора ей практически не оставили, Алиса произнесла требуемую клятву: явиться на родовое гнездо и освободить Сахибу-ханум с помощью Юрия Угарова.

— Имей в виду: до полудня отголоски моей силы ещё будут бурлить в тебе, так что ты сможешь на должном уровне противостоять Михримах-султан. Позже советую не нарываться: ранг у тебя несколько возрос, но опыта явно поменьше моего будет. Если освободите-таки, я вас мигом подтяну до нужного уровня. Учиться будут все, включая Латифа и Митрия.

Сквозь туман Тьмы проявились коконы с Михримах-султан и Митрием Сафаровичем. Оба были без сознания, но дышали ровно, и их ауры, хоть и искажённые, оставались стабильными.

— А этой парочке передай: теперь им, хочешь не хочешь, а вместе придётся быть, — произнесла Сахиба, и в её голосе прозвучала едва заметная усмешка. — Султаншу, болезненно переживающую смерть братца, пришлось заякорить на кого-нибудь другого с подходящей энергоструктурой, а Митрий Сафарович у нас был наиболее безопасной кандидатурой. А с учётом его клина на женщинах — парочка будет огонь. Да и детишки будут то что надо. Ибо нечего моему роду вдали от престолов делать. С русскими уже воевать не станем, вполне себя адекватно в нашем отношении проявили. Так почему бы не взгромоздить наш зад на османский трон?

У Алисы голова шла кругом от того количества новостей, которые ей выдала Сахиба-ханум. Если до этого она ещё плохо верила в то, что общается с душой собственного предка, то после всех пояснений уже не сомневалась. Оставалось только разгрести всё то, что одна очень деятельная женщина успела натворить в османской столице.

* * *

Волна изменённых валила в яму пирамиды Кхимару сплошным, неудержимым потоком. Твари рычали, клацали пастями и когтями, обезумев от близости обнажённой богини, которая продолжала их дразнить с той стороны портала. Они вваливались в подпространство гробницы, кувыркаясь, сталкиваясь, давя друг друга в единственном желании: добраться до Инари. Но Инари уже не было перед ними. Вместо неё здесь, в полумраке гигантской подземной полости, их встречали химеры Кхимару.

Те действовали соответственно, рвали на части самых ретивых, не тратя времени на предупреждения. Огромные, покрытые костяными наростами химеры, привыкшие к тому, что любое вторжение в их владения карается немедленной смертью, обрушились на изменённых с той же беспощадной эффективностью, с какой те сами недавно терзали охрану Топкапы. Когти вспарывали бока, клыки смыкались на глотках, и воздух наполнился новыми запахами, не только мускуса и гнили, но и разорванной плоти тех, кто был создан по образу и подобию химер, но не имел их выучки.

Постепенно, на глубине ямы начали собираться твари с самым сильным инстинктом самосохранения. Они жались к стенам, припадали к земле, рычали, но не нападали — оценивали обстановку. Их собратья, более безрассудные, уже лежали растерзанными на каменном полу, и повторения этой участи никому не хотелось.

Но химеры не лучились доброжелательностью при нашем появлении. Отдельная инициативная группа тут же принялась теснить меня на выход из портала, недовольно рыча и скалясь. Они явно считали меня виновником происходящего, беспардонно заявившимся в их дом и притащившим толпу постояльцев.

— Тихо! — рявкнул я, вскидывая руку. — Свои!

Не помогло. Они продолжали надвигаться, и в их глазах я читал лишь одно: выкинуть меня из пирамиды.

Я прекрасно понимал, что во мне — всего капля крови Кхимару, сильно разбавленная поколениями Утгардов и Угаровых. Но больше всего на свете мне сейчас нужно было, чтобы химеры не атаковали. Ибо среди изменённых, как и среди янычар Михримах, могли остаться те, в ком ещё теплился человеческий разум. Я повернулся к ближайшей химере, огромной, покрытой костяными гребнями твари с глазами, горящими холодным синим огнём, — и обратился к ней так спокойно, как только мог:

— Прошу вас, потерпите. А ещё лучше позовите своего создателя. Пока он не явится, посторожите этих. Не убивайте всех подряд.

Химера недовольно заворчала, и её ворчание подхватили остальные. Они явно не привыкли к тому, чтобы кто-то указывал им, что делать с вторгшимися чужаками. Изменённые, в свою очередь, бушевали теснимые химерами обратно через портал, они рычали, скалились и явно не собирались подчиняться никому, включая меня. Ситуация становилась патовой: химеры недовольны, изменённые бушуют, и в любой момент хрупкое равновесие могло рухнуть, превратив яму в кровавую бойню.

— Да позовите вы в конце концов Кхимару! — приказал я, уже не сдерживая раздражения.

И тут же услышал у себя за спиной низкий знакомый голос:

— Они уже позвали. Что за дрянь ты притащил в мой дом, Юра?

Глава 10

— Дрянь ещё та, — согласился я с Кхимару, переводя дух и оглядывая бушующую толпу изменённых, которых химеры Великого Погонщика постепенно оттесняли из глубин пирамиды. Воздух в пирамиде, до того сухой и пыльный, резко наполнился запахами крови и мускуса. Где-то в вышине, Инари приходилось левитировать между летающими химерами, потревоженными вторжением. — Только это всё — бывшие люди. И среди них ещё остались те, в ком в пламени безумия тлеют искры человечности. Сортировать мне их прямо сейчас негде и некогда: они пытаются взять штурмом дворец Топкапы в Стамбуле.

Кхимару удивлённо уставился на меня. Его глаза расширились, и он на мгновение замер, переваривая услышанное.

— Кажется, мы засиделись в Индийской Конфедерации, пропуская всё на свете, — произнёс он наконец. — Почему не позвал? — нахмурился Великий Погонщик, и его голос прозвучал почти обиженно.

— Потому что я просто так дёргать не люблю и прекрасно осознаю: если вы находитесь там, значит, вам есть чем заняться. Тем более, я же считай с себя обязательства по Раджпутану и союзу княжеств на вас скинул. Потому мне грех жаловаться на ваше отсутствие. Потому и стараемся сами разбираться в меру сил и возможностей.

— Да, я вижу, как вы разбираетесь, — скептически окинул взглядом Кхимару пополнение из изменённых. В его голосе прозвучала та особая интонация, с