Странник и его спутники - Алексей Вячеславович Зубков

интересный аспект: для дворян понятие «удачи» было довольно-таки условно. То есть удача, безусловно, имеет место, однако ее посылает, как правило, Пантократор, и лучше Ему в этом помогать всемерно. Тщательно планировать, обзаводиться доспехом попрочнее, оружием получше, не забывать жертвовать Церкви и так далее. Простолюдины же воспринимали «удачу» больше по-язычески, наподобие некоего ресурса вроде телесного здоровья, которое либо есть, либо нет. А если оное имеется, то его может быть самое разное количество, от ничтожной капли до полного изобилия. «Этот человек удачлив» запросто перевешивало иные соображения.

Странные все-таки эти мужики…

Корбо и Тина, не отягощенные семьями, отнеслись к очередному путешествию как к вообще не событию. После возвращения из Пайт-Сокхайлей Весмон всего-то чуть больше месяца просидел на одном месте.

Итого, все участники экспедиции уже бывали в предгорьях прошлой зимой, имели собственное зимнее снаряжение и не боялись многодневных зимних походов.

Еще одной значимой остановкой на маршруте стал северный лагерь Загородной Стражи. Адемар проинспектировал подчиненных и объявил учения для легкой конницы. Максимально быстрый марш дальше на север.

С собой забрали десяток пойманных беженцев в сторону Ломаных Гор и выгребли из тюрем попутных городов с десяток баб, арестованных за мошенничество, кражи и убийства. Пообещали местным властям, что из Пустошей они не вернутся.

Адемар посчитал, что от баб Тудук точно не откажется, а мужики пригодятся как носильщики. Ведь через горы лошади не пройдут. Со слов Сантели, Тудук еще в обмен на прошлых баб согласился сотрудничать. Сильно удивленный проводник повел отряд в горы. Половину отряда. Женщин оставили под охраной в деревне, чтобы за ними Тудук прислал «женихов». Для того, чтобы женщины перешли через горы, к каждой следовало приставить опытного спутника.

В деревне Адемар выгрузил и оставил под охраной пять телег с овсом и подмерзшими свиными тушами. Если к зиме добавить Тудуку лишних десять едоков и не добавить еды, получится несколько нехорошо. Да и мужиков-носильщиков надо будет прокормить, пока они доберутся до Форт-Весмон.

Перевал оказался тропой через горы почти без страшенных качающихся балансиров. Его преодолели лучше ожиданий. Один носильщик сорвался с карниза и разбился насмерть. Нес не что-то важное, а мешок еды.

Заочно знакомый самозваный князь Тудук оказался худым и невысоким. Лет пятидесяти. Лицо обветрено, как у моряка, по манерам и по лексике в самом деле сколько-то моряк. При этом худородный, но дворянин. Корбо без труда вывел его на пару слов о прошлых заслугах. Капитан солдат на королевской галере. Охотник на пиратов. Ветеран абордажей.

Тудук очень удивился незваным гостям, еще и такому отряду. Кое-как распихал носильщиков по землянкам, а Весмона с Корбо и Тиной положил у себя в избе. За подарки искренне благодарил. Деревня еще не превратилась из разбойничьего логова в настоящую деревню. Три свиньи, одна корова, девять баб. Прислали больше, выжили не все.

Самозваный «князь» собрал своих и объявил, что у него в гостях настоящий граф с Большой Земли. Что несколько легитимизирует хозяина этой убогой деревеньки как князя. Нескольких своих людей с проводником отправил на ту сторону за бабами и обрадовал, что придется сходить еще раз за едой.

На взгляд Адемара, прошлогодним бабам у Тудука пришлось неплохо. Не лучше, конечно, чем на старой родине, в разбойничьих логовах на хитрых рынках. Землянка по удобствам уступает даже баракам, построенным из строительного мусора, зато в городе. Но по нынешним временам, если у тебя есть миска теплой каши в день, и ты не выкашливаешь легкие от холода, то ты уже хорошо устроился. Скоро в мире останется существенно больше жилья, чем людей.

Впрочем, люди Тудука этим летом собирались переходить с землянок на избы. Далеко к югу нашлась глина, годная на кирпичи, а в Форт-Весмон жил мужик, который тогда еще делал печки. Строевого леса и дров хватало. Едой запаслись, да и с леса можно неплохо кормиться, если знать, как.

Мужиков-носильщиков перспектива еще минимум два раза пробежать опасный маршрут туда-обратно нисколько не порадовала. Начали бухтеть. Тудук приложил зачинщика кистенем, не воинским, а воровским — гирька на бечевке, маленькая, в кулаке помещается. Весмон сказал, что если мужики будут себя плохо вести, то в Форт-Весмон такие не нужны, и пусть батрачат у Тудука. Шли в Пустоши — пришли в Пустоши. Кому не нравится, идите обратно на ту сторону, там вас повесят за бродяжничество.

Проводить гостя в факторию Сантели Тудук взялся сам. Дорогу знали все, но отправить с графом кого-то из разбойников Тудук не рискнул. Ляпнет что-то не то, и отвечай потом за него.

По зиме от деревни Тудука до фактории Сантели больше недели пути, и на этом пути нет ни поселений, ни дороги.

Начало зимы на побережье еще терпимое. Погода стояла мокрая и умеренно холодная. Залив у берегов замерз, а дальше виднелись сердитые волны. Путники шепотом молились, осеняли себя знаком Пантократора и отводили глаза. Каждый знает — за морем больше ничего нет, лишь волны без конца, и затем начинается ад. И если всматриваться, куда не следует, оттуда могут глянуть в ответ.

Земля подмерзла, выпало немного снега. Мелкие мохнатые лошадки шли как по утоптанному грунту. Адемар постоянно пересаживался с одной на другую и радовался, что похудел.

Даже не подумал, что у Тудука за лошадей будет такая мелочь. Какие-то ослики, а не лошади. В прошлом году Адемар купил у Бриана Тессента самого большого коня в Последнем Привале. Тот возил толстяка медленно и печально, но не уставал настолько, как эти пони.

Ночевать под открытым небом уже холодно. Если только найти место, защищенное от ветра, нарубить лапника на подстилку, разжечь костры, выпить на ночь кипятка с питьевым сбором и завернуться в теплый плащ.

Тудук сильно упростил ночевки. У него еще до «заключения мирного договора» были подготовлены землянки на расстоянии дневного перехода. Да такие, что влезало семь человек, считая Адемара. В отдельной яме под крышей можно было сложить вещи, в отдельной яме разжечь костер. И с «дороги», то есть, с узкой полосы плотной земли по берегу между водой и лесом, ничего не видно. Долго бы пришлось воевать, если бы не бесплатные бабы.

А так можно и Тудука к делу привлечь. Мужик хваткий. Вроде Жука, только крови не боится. И воровскими понятиями не отягощен. Уже признался, что если служить выгоднее, чем разбойничать, то готов и служить. Но служить не иначе, как начальником над оружными людьми, а не учетом брюквы заниматься.

Весмон решил, что Тудук, хоть и хитер, но не слишком — по-настоящему хитрый