"Фантастика 2026-50". Компиляция. Книги 1-22 - Юлия Александровна Зонис

– Вы любите старую кинофраншизу? «Игру Престолов» не смотрели?

– Нет, и какое отношение…

– Там была одна хорошая фраза. «Ланнистеры всегда платят по счетам».

* * *

Андрей реально ухитрился изменить траекторию движения одного из спутников первой экспедиции, видимо, у СБ были нужные коды доступа. Картина, появившаяся на голоскрине, ему не понравилась настолько, что Линда растерялась. По сути, та же деревушка, что в мыслезаписях Ли, тот же лес и горы, только между деревней и скалами вырос четырехугольник – или, скорее, даже пирамида – грубой постройки, отдаленно напоминающий сооружения майя в Чичен-Ице. Только ступеней было меньше, чем помнилось по снимкам и вид-стримам, не девять и не шесть, а всего четыре. На вершине пирамиды велась работа, там укрепляли на плоской платформе деревянные столбы, тоже четыре.

– Странно, – сказала Линда, глядя на постройку из-за плеча Андрея. – Не слишком ли продвинуто для неолитической культуры?

– Все ранние культуры Мезоамерики и Южной Америки были формально неолитическими, что не мешало им возводить здоровенные храмы и рыть каналы, – буркнул эсбэшник.

Четырехступенчатый зиккурат облепили люди. Часть вырубала из камня лестницы, часть завершала работы на крыше. Андрей приблизил изображение, и стало ясно, что главная пчела в этом улье – высокий широкоплечий человек с лицом отца Леонида. Глаза Варгаса опасно сузились.

– Это точно не ваш брат?

– А вы точно не мать Тереза?

После утреннего разговора он был явно зол – похоже, любая откровенность давалась ему с трудом. Линда примирительно улыбнулась, но он, кажется, не заметил, всматриваясь в проекцию.

– Вы видите Ли?

Она покачала головой. Ли на стройке не было, возможно, она пряталась в одной из хижин.

– Я ее чувствую. Намного сильнее, чем на Земле. С ней все в порядке, только, кажется, плечо болит. Я могу с ней поговорить…

– Не надо, – резко оборвал ее Варгас.

– Но почему? Мы можем узнать намного больше, чем глядя на съемку…

– Потому что мы не знаем, на чьей она стороне.

– Что?

– То, что слышите. Достаточно, что она чувствует вас и может рассказать своему дружку-серафиму, что мы явились.

Серафиму? Ах да. Линда вспомнила дурацкий сон. Смерть и второй, крылатый, назвавшийся серафимом. Хотя Смерть, в конечном итоге, оказалась достаточно реальной…

– Почему дружку?

– Потому, что он ее все еще не убил и не освежевал.

– С какой стати…

Андрей чуть сдвинул фокус, и у Линды перехватило дыхание.

Вокруг храма, или что они там сооружали, стояли кресты. Ровно четыре креста, по четырем сторонам постройки, направленных, как указывала координатная сетка спутника, на четыре стороны света. На них висели тела. Кадры были достаточно четкими, чтобы увидеть – висящие мертвы, кожа с них содрана, а в груди зияют жуткие дыры, как будто…

– Как будто им вырвали сердце, – любезно и совершенно ненужно подсказал Варгас.

– Перестаньте меня сканировать!

– Я не сканирую. Вы очень громко думаете.

– Но что это значит?

– Это значит, – рявкнул Андрей, – что с приходом вашего серафима довольно невинный солярный культ с редкими человеческими жертвоприношениями превратился во что-то типа культуры ацтеков, где человеческие жертвы были обыденностью. И сейчас эти прекрасные ребята строят храм, видимо, для того, чтобы приносить жертвы своему новому божеству с большей эффективностью.

– И все эти выводы вы сделали по четырем распятым телам?

Варгас окинул ее неопределенным взглядом, затем отключил изображение и встал.

– Вы правы. Незачем пялиться на снимки, надо все осмотреть самим. И пожалуйста, если у вас есть способ закрыться от своей Ли, воспользуйтесь им немедленно.

* * *

Есть хотелось жутко. У Андрея в кармане нашлись остатки недоеденного армейского рациона, и он отдал их Линде. Но все равно теперь, когда жажда отступила, голод терзал ее так, что мутилось в голове. Они спустились с горы – Варгас легко, Линда с трудом, то и дело оскальзываясь на грязи и каменных осыпях, – и углубились в лес, следуя указаниям комма.

Поначалу, пока они не успели отойти от скал, было довольно светло. Приглядевшись, Линда поняла, что здешние джунгли сильно отличаются от земных. Наряду с темно-зеленым пигментом в листьях явно присутствовали каротиноиды, что придавало им красноватые и багровые оттенки. Как будто осенний лес на Земле – или как будто растения сбрызнули кровью. Затем кроны сомкнулись над ними. Дышать стало тяжело. Идти мешал густой, уже абсолютно бордовый подлесок. Запахло болотом.

Вскоре они наткнулись на рощицу колючих деревьев, с ветвей которых свисали оранжевые грушевидные плоды. Линда потянулась за плодом, но Варгас без церемоний шлепнул ее по руке.

– Может, они съедобные, – жалобно простонала Линда.

– А может, нет. Вы как будто дальше огорода своей бабушки никуда не выезжали.

Он был прав, и, по сути, так и было – все ее экспедиции, и ранние, и более поздние дипломные, проходили в условиях знакомых и комфортных, а за маршрут и снабжение всегда отвечала не она.

– Ну и что мы будем есть?

– Тише…

Он остановился и крепко, до боли, сжал ее локоть.

Через секунду это ощутила и Линда.

Люди. В джунглях они были не одни. Люди стекались к деревне со всех концов Великого Леса – одиночки, пары и группы побольше, они шли по незаметным тропкам или вовсе без троп, они спешили принять участие в грандиозном строительстве. Они были не очень близко – две-три мили, – но и недостаточно далеко, чтобы путники могли чувствовать себя комфортно.

– Что будем делать? – шепнула она.

– Как что? Идем за ними. И придержите язык.

* * *

К вечеру лес поредел. Здесь скальный отрог снова проник в джунгли длинным серо-розовым языком с проплешинами осыпей. Они сделали привал чуть повыше, среди невысоких, похожих на земные лиственницы деревьев. От голода Линда уже готова была глодать их кору. Солнце, почти золотое днем, к закату снова налилось болотной зеленью и рухнуло в лес, напоследок окрасив его красноватую шкуру в бутылочно-зеленый морской цвет. По темнеющему небу забегали огромные изумрудные протуберанцы.

– Почему северное сияние тут видно так далеко на юге? – спросила Линда, запрокинув голову.

Она сидела на тощей подушке из хвои, поджав ноги и чувствуя, как тело медленно остывает после дневной жары на поднявшемся ветерке. Ветер принес запах дыма. Значит, они уже недалеко.

– Его тут видно по всей планете, – ответил Варгас, снова возившийся со своим коммом. – Очень мощная магнитосфера. Иначе жизнь здесь была бы невозможна. Звезда Лейтена переменная, то вспыхивает, то снова тухнет, вообще непонятно, как тут смогла сформироваться такая богатая биосфера и даже разумная жизнь.

«Которую мы чуть не убили». То, что представлялось почти абстракцией в