"Фантастика 2026-50". Компиляция. Книги 1-22 - Юлия Александровна Зонис

в глаза умиравшей там Линни. Стоявший рядом с ней темноволосый парень в серой форме СБ сощурился и прикрыл лицо рукой, и лицо это показалось Ли немного знакомым, словно она видела его или кого-то, похожего на него, прежде…

Ли проснулась с криком. Атланта рядом не было. За щелястыми стенами общинного дома занимался новый, цвета малахита и пера зимородка, рассвет.

3. Ночь

Беспокойство мучило ее все утро, и к полудню, набравшись решимости, она отправилась к палатке Матлал. Та могла бы выбрать любую из хижин, но предпочла расположиться посреди временного рабочего лагеря – может, так ей было легче присматривать за строителями, чтобы не разворовали у ее сородичей остатки живности и не буянили.

Палатка была большая, как и положено вождице, сложенная из шерстяных одеял на деревянном каркасе. Одеяла, цветастые, с изображениями лам, растений, солнца и лун, изрядно запылились. Ли мимолетно подумала, до чего же это странно – народ, способный создавать такие чудесные ткани, возводить зиккураты и вырезать искусные поделки из кости и раковин, так и не вышел по развитию из эпохи неолита, не добравшись даже до медного века. Почему? Неужели оттого, что ими правили жестокие и дикие боги? И принесет ли им атлант, как сулил, процветание или, наоборот, повергнет в еще большие бедствия?

Матлал штопала рыбацкую сеть. Работы она не чуралась и делала ее проворно. Завидев гостью, она отложила сеть и приветливо помахала Ли.

В этот час лагерь был почти пуст, все трудились на стройке, так что можно было поговорить безопасно, даже не прибегая к телепатии. За прошедший месяц Ли в совершенстве выучила их язык. Обычно лингвобиологи не затрудняли себя изучением чужой речи, да и зачем, если прекрасно можно объясниться с помощью психических способностей. Но в последнее время мысленная речь тяготила Ли. Стоило открыться, и наваливалось слишком многое, будто сама раздутая магнитосфера планеты хотела ворваться к ней в голову и начать там хозяйничать.

– Матлал-ами, агуэйра да.

«Приветствую тебя, уважаемая Матлал».

Та снова кивнула и улыбнулась, демонстрируя крупные, удивительно здоровые для ее лет зубы. Язвы с лица женщины уже сошли, оставив после себя на смуглой коже бледные обесцвеченные пятна.

– Агуэйра, аппаничи.

«Приветствую, избранная».

Линде не нравилось, что местные с легкой руки Матлал начали называть ее «избранной», но кличка прижилась. И сложно было их упрекнуть, учитывая повышенный интерес их нового божества к Ли.

– Почтенная, скажи мне, что будет с пленниками?

– Тебя заботит их судьба?

Матлал неодобрительно причмокнула.

– Они покушались на великого Майнгаллу и будут повержены.

– Он обещал мне их отпустить.

Взгляд вождицы стал пристальным.

– Линда-ами, ты нравишься богу Солнца, и он знает, что у тебя доброе сердце. Он не хочет тебя огорчать. Но правда в том, что чужакам каждое утро пускают кровь и замешивают на ней раствор для камней. Не приникай к ним душой, потому что они умрут.

…Каждое утро замешивают раствор на крови. Не стоит делать вид, что тебя это сильно удивило, дорогуша.

Матлал явно не хотелось продолжать разговор, но Ли сжала ее предплечье и немного – совсем чуть-чуть – подтолкнув, спросила:

– Для чего Майнгалла строит святилище?

Толчок был не сильным, но глаза вождицы закатились, словно та впала в транс. Ли обругала себя за то, что не рассчитала силы, и уже хотела оставить женщину в покое, когда та глухо проговорила:

– Майнгалла хочет убить старых богов. Довольно Четверым владеть миром людей, ведь они не люди, а кровожадные оборотни. Майнгалла принесет их в жертву, и его власть продлится тысячу лет на благо народу магануцли.

Линда не удержалась и все же заглянула туда, где была сейчас Матлал.

Синий ворон, красный койот, черный змей и белый ягуар вели странный ритуальный танец на вершине пирамиды. В центре стоял тот самый алтарный камень, а на камне дергался связанный по рукам и ногам парень из ржавой пустыни, из ее недавнего сна. Потом четыре воина подошли к божественным животным со спины и вонзили в них копья. Четыре бьющихся сердца вырвали из груди богов-зверей, и атлант, стоявший там же, у алтарного камня, разорвал каждое из них, и выпил кровь, и наполнился новой невероятной силой. Крылья из света взметнулись у него за спиной и от края до края закрыли небо…

– Матлал-ами, – она не слишком деликатно тряхнула женщину за плечо, и взгляд вождицы снова стал осмысленным. – Я тоже это видела и верю тебе. Но кто тот человек на камне? Почему он тоже в этом участвовал, ведь он не ваш бог?

Если он, конечно, вообще существовал, а не был плодом ее воображения или сном, ворвавшимся в видения Матлал под силой психического давления.

Женщина долго смотрела на нее, а потом с неожиданной злобой спросила:

– Почему бы тебе самой не спросить у Майнгаллы, рыжеволосая шлюха, крадущая мысли?

Ли отшатнулась, как будто получила пощечину. Никогда еще Матлал так с ней не говорила. Но времени обижаться не было, да и, если честно, получила она по заслугам.

* * *

Вечером, когда небесный Майнгалла скрылся в привычном уже нефритовом зареве, она выскользнула из хижины. Атланта нигде не было видно, за что Ли усердно поблагодарила местных богов. Пленники, все такие же грязные, избитые и полуживые, валялись у столбов. По крайней мере, им стали теперь давать воду – как Ли подозревала, не благодаря ее заступничеству, а потому, что без воды было труднее выкачивать кровь. Дети разбежались по хижинам и палаткам, но у столбов маялся долговязый охранник, одолеваемый то ли чесоткой, то ли блохами, то ли чем-то похуже. Он непрерывно скреб у себя в паху, под куцей набедренной повязкой – может, все еще донимали насланные атлантом язвы?

Отвести глаза ему было легко. Можно было и просто вырубить, но Ли не хотелось тратить силы. Она заметила в последние дни, что психические способности заметно усилились, вон и Матлал хватило самого слабенького ее толчка. И все же для того, что она задумала, понадобятся все возможные ресурсы.

Охранник уронил копье и отправился за зиккурат ловить невидимую собаку, которая якобы украла еду из его миски. Ли приблизилась к пленникам. Из их пятерки лишь один выглядел сохранившим остатки сознания, тот самый, что показался ей в грозу ягуаром. Может, он тоже был аппаничи, избранным своего божества.

Ли присела рядом с ним на корточки и тихо сказала:

– Я освобожу тебя, если ты отведешь меня к Уцана-Уби.

Разбитые губы пленника шевельнулись и искривились в жутком подобии улыбки, учитывая, что вместо зубов у него во рту были окровавленные осколки. Над