Натиск - Марцин Подлевский

— Джонс…

— Какой Единственный? Что значит «убить Миртона»? — неуверенно спросил Харпаго. — Ты же говорила, что с ним все в порядке?

— Потому что с ним все в порядке, — сказала она тоном, который не убедил бы даже ее саму. — Я позабочусь об этом. Я все тебе объясню, но сейчас самое главное — Пин. Ты справишься?

— А у меня есть… другой выбор?

— Нет. — Она слабо улыбнулась. — Сейчас придет Месье. Он ответит на твои вопросы. И… оставайся собой. Прошу тебя.

— Сделаю, что смогу, — пообещал он, и Хакл этого было достаточно. Она только кивнула ему головой и почти выбежала из кабинета, направляясь к оружейной.

***

— Они приближаются, — сообщил Единственный, глядя на небо B612. — Корабли Научного Клана. Небольшие прыгуны. Часть более крупных единиц осталась на орбите, но они меня не интересуют. Что касается самих прыгунов, то я предполагаю, что это староимперские конструкции. Скажем, две штуки. А ты как думаешь, Грюнвальд?

Миртон пожал плечами, но сразу пожалел об этом. Трансгресс вдруг неожиданно лишил его воздуха. Контрольные лампочки на шлеме загорелись красным.

— Неправильный ответ, Грюнвальд, — заметил Единственный, через мгновение ослабив удушье. — Ты ходишь по тонкой грани. Лучше сосредоточься, если хочешь выжить.

— Я не понимаю… — прохрипел Миртон.

— Импринт, Грюнвальд. Ты же не тупой. Речь идет об импринте. Как ты импринтируешь корабли и устройства?

— Персональное соединение…

— У тебя нет персонали, Грюнвальд. Никогда не было.

— Я подключался…

— Подключался, говоришь… всегда так было?

— Да!

— Ошибка, — признал Единственный, протягивая руку к бывшему капитану «Ленты». Боль появилась внезапно, разгорелась в теле и на этот раз осталась немного дольше. — Ошибка, ошибка, ошибка. Да, ты подключался, но к чему? И чем? Даже твои порты доступа — имитация. Подожди… — Он на мгновение прикоснулся к носу, изображая чрезвычайную сосредоточенность. — Твоя мать, да? Как ее звали? Я только скользну…

Миртон закричал. Воля Единственного коснулась его мозга, как холодное щупальце. Бывший капитан «Ленты» дернулся и опустился на колени.

— Мелиса Грюнвальд, — с удовлетворением объявил трансгрес. — Убита в результате террористического акта Ложи, то есть, фактически, Единства. Ее прикрыл твой отец, который погиб на месте. Она умирала в медицинском центре. Все из-за экспериментов Клана и Согласия с синхронизацией. Машинам это не понравилось, потому что они готовили собственную синхронизацию Потока, которую только что так любезно нам подарили. Неважно. Посмотрим. Тебя подключают кабелем к медицинскому оборудованию, веря, что только так ты еще сможешь «поговорить» с ней… по сути, тебя почти подключают к телу умирающей матери, но ты выходишь за пределы кабеля. У тебя нет персонали, так что это не могло быть стандартным подключением. Ты проходишь сквозь ее смерть. Какой из этого вывод?

— Пошел… ты…

— А такой, — с удовлетворением ответил Единственный, — что во всем этом важно именно умирание.

***

Конечно, она взяла плазмовку.

Винтовка лежала там, где ее оставил Антенат: в оружейной. Наконец-то высокомерие трансгресса могло принести какой-то положительный результат. По крайней мере, на это надеялась Эрин, когда в спешке надела скафандр и побежала к шлюзу.

— Хаб! — крикнула она, выбрав вариант связи через шлем. — Тански!

— Что, королева?

— Быстро открой шлюз! Мне нужно выйти, и срочно!

— Уже.

«Лента» никогда не была маленьким кораблём. Ее почти фрегатный тоннаж означал, что даже выход из оружейки занял некоторое время. В любом случае, Эрин преодолела это расстояние в рекордном темпе и вбежала внутрь шлюза. Хаб начал закрывать внутреннюю переборку и запускать процесс дегерметизации.

— Хакл, — неожиданно сказал он в тот момент, когда она уже разблокировала винтовку, настраивая выстрел на максимальную мощность. — Не знаю, встретимся ли мы еще после того, что ты собираешься выкинуть, но…

— Да, Тански?

— Я просто хотел сказать, что ты всегда была моей любимой мухой.

***

— Это уже не Поток, Грюнвальд, — сказал Единственный. — Это Синхрон. Немедленная прямая связь. Так что для тебя это должно быть… относительно просто.

Миртон не ответил. Боль не давала ему выдохнуть очередное ругательство.

— Подумай об этом как о новом опыте. Опыте на грани смерти, — продолжил трансгресс, приседая над лежащим, сведенным судорогой телом. — Такой опыт может изменить человека. Меня он изменил, уверяю тебя. И к лучшему.

Грюнвальд задрожал. Красные, пульсирующие индикаторы шлема кричали ему тревожными сигналами. Предупреждениями, с которыми он ничего не мог поделать.

— Скоро ты умрешь, — объяснил Антенат. — Ты это чувствуешь, правда? Поэтому я даю тебе выбор. Воспользуйся своей способностью и прикоснись к приближающимся кораблям. Почувствуй их так, как ты чувствовал мать, чтобы связаться с ней в последний раз. Либо ты их заимпринтишь, либо все это скоро закончится. На этот раз навсегда.

Я не могу, крикнул он, или ему показалось, что крикнул. Они слишком далеко. Я не могу!

— А когда ты умрешь, — продолжил Единственный, — я убью их всех. Всю твою смешную, идиотскую команду. В общем, — добавил он, глядя на открывающиюся переборку внешнего шлюза, — я могу начать прямо сейчас.

Боль внезапно утихла, и ее неожиданное отсутствие было как удар, прижимающий к земле. Миртон застонал, с трудом ловя воздух.

У входа в «Ленту» стояла вооруженная Эрин Хакл.

Первый пилот не колебалась и сразу нажала на курок. Мощный плазменный заряд попал в тело Антената, который на мгновение исчез в фиолетово-лазурной вспышке накопленной разрушительной энергии. Сила самого выстрела отбросила Эрин назад. Грюнвальд попытался подняться, но не смог удержаться на ногах.

— Эрин, — прошептал он, не имея понятия, слышит ли его первый пилот, — бегите. Быстрее. Он…

Энергия выстрела рассеялась. А получивший удар Единственный стоял на прежнем месте. Он был полностью голым — плазма не пощадила его одежду, — но не выглядел раненым. Лишь слегка сгорбился, чтобы сразу выпрямиться.

— Как я уже говорил Вайз, — начал он немного охрипшим голосом, — у вас был шанс. Но этот шанс упущен. А ты, Хакл… — он протянул руку, и безвольная и испуганная Эрин полетела к нему в воздухе, — ты была исключительно непослушным первым пилотом.

— Нет! — крикнул Миртон. Но трансгресс даже не посмотрел на него.

— История любит повторяться, — констатировал он. — Но сейчас здесь нет доктора, который спас бы нашего отважного