Бензин в крови - Дмитрий Прост

Тот же Найджел Степни, передавший McLaren техническую документацию Ferrari, после увольнения смог найти работу только во второсортной серии FIA GT. Незавидная карьера для человека, взявшего в командах с Михаэлем Шумахером семь чемпионских титулов, согласитесь?

(4) В пит-бригаде, выполняющей пит-стоп, насчитывается минимум 17 механиков. Считаем:

По три механика на каждое колесо. Один с гайковёртом, второй — снимает старое колесо, третий — устанавливает новое. Итого на четыре колеса — 12 механиков.

Один механик с передним домкратом и один — с задним. Поднимают машину на пит-стопе, чтобы было возможно произвести замену колёс.

Два механика на заправочной машине. Один непосредственно вставляет, а в конце заправки извлекает заправочный штуцер, второй — удерживает заправочный шланг, чтобы тот не мешал другим механикам.

Один механик с так называемым «леденцом» — длинной палкой с табличкой на конце. На одной стороне таблички было, как правило, написано BRAKE, на другой — GEAR. При въезде помогал пилоту не проехать собственные боксы, направляя его леденцом как указкой. После замены колёс поворачивал леденец, давая понять пилоту, что пит-стоп скоро закончат и нужно включать передачу для старта. Подъём «леденца» давал сигнал, что можно давить на газ и возвращаться в гонку.

Крупные команды добавляли к этому минимуму:

Два механика с запасными домкратами. Держались наготове, если у основного механика что-то пойдёт не так и домкрат, например, сломается при подъёме

Два механика, меняющих настройки переднего крыла, при необходимости.

Одного механика, проверяющего кокпит и вытирающего пилоту забрало в случае загрязнения.

Одного механика со специальным устройством, которым заводили двигатель, если он вдруг заглохнет на пите.

Ещё двое размещались между механиками задних и передних колёс, по одному с каждой стороны — проверяли их целостность воздухозаборников и радиаторов системы охлаждения, выгребали гравий, траву-листву и прочий мусор, попавший в воздухозаборники.

Совмещение ролей, в случае жёсткой необходимости, возможно. Но нежелательно, потому что это замедляет пит-стоп и повышает риск ошибки и схода, в лучшем случае — задержки. В спорте, где всё решают секунды, а порой и десятые доли секунды на такое идут только в безвыходных ситуациях.

(5) Дядюшка Римус — вымышленный рассказчик в сборнике сказок Джоэла Чендлера Харриса «Сказки дядюшки Римуса» (1880) о Братце Кролике и Братце Лисе. Это там, где слабый Братец Кролик за счёт ума и хитрости выкручивается из всех неприятностей и оставляет в дураках сильного, но глуповатого Братца Лиса.

Дядюшка всегда добродушен, спокоен, мудр в суждениях — и доносит простую, пусть и не всегда очевидную мораль своими историями. В общем, художественный символ того самого рабовладельческого Юга, который мы все потеряли.

(6) Продувка в аэродинамической трубе была и остаётся очень важной частью проверки отдельных технических решений в Формуле-1, хотя и не единственной. В «старые добрые» времена, аэродинамику считали чем-то вроде необязательного бонуса: «аэродинамика — для тех, кто не умеет строить двигатели».

Это Энцо «Коммендаторе» Феррари сказал, если что.

В конце 1960-х всё изменилось — появились сначала антикрылья (спасибо Lotus и великому Колину Чепмену), а в 1977-м — граунд-эффект (тоже Lotus!). Так что с тех пор быстрые секунды на круге зависят ещё и от того, как воздух обтекает кузов — и команды вкладывают в это дело тонны денег.

Аэродинамическая труба — это, по сути, огромный вентилятор в не менее огромном ангаре, где масштабную модель машины обдувают потоком воздуха на скоростях до 400 км/ч, измеряя возникающие силы, давление и турбулентность. Роскошная роскошь, доступная только самым богатым, потому как обслуживание и строительство современной трубы во все времена стоило дорого, с ценником, стартовавшим с десятков миллионов долларов.

Маленькие команды вовсе не имели своей аэротрубы или имели компактную: например, у Simtek была собственная, но она подходила только для моделей в масштабе 1 к 3 или 1 к 4. Это накладывало ограничения — в маленькой трубе поток воздуха не полностью имитирует реальные условия (там куча факторов, не специалист, потому не буду имитировать компетентность, бросаясь терминами, вроде «число Рейнольдса»), и данные соотносились с реальностью с большой погрешностью.

Так что ещё в 1980-х начались эксперименты с вычислительной гидродинамикой (CFD), но в 1990-х технология была ещё сырой — компьютеры еле тянули простые модели, а точность уступала реальной продувке. К 2000-м CFD стала стандартом и для аутсайдеров это был реальный способ сэкономить много денег на счетах за электричество, которое аэротруба жрала как бегемот веники.

Иногда выходило боком — в начале 2010-х там тоже отметился Ник Вирт — но грустную историю Virgin MVR-02 я расскажу тебе, уважаемый читатель, как-нибудь в другой раз.

(7) Атташе-кейс (от англ. — attache-case) — для тех, кому за 30, всё просто. Это чемодан-«дипломат».

Городская легенда гласит, что он специально спроектирован так, чтобы в него компактно умещался ровно один миллион долларов США.

Автор имел честь держать в руках дипломат, заполненный компактно уложенными пачками с портретами ВЕЛИЧАЙШЕГО отца-основателя — абы кого не изобразят на самой крупной из купюр. Да-да, Бенджамин Франклин не был президентом США.

Должен сказать, что это весьма увесистая вещь, весом ближе килограммам к 15-ти. Ощутимо, весомо, руку оттягивает знатно. Обладателем таких колоссальных средств автор чувствовал себя недолго, приблизительно минуту, пока лифт ехал с первого до седьмого этажа, но впечатлений — на всю жизнь, приятно вспомнить!

(8) Подгонка сиденья — ответственный, крайне необходимый процесс. Каждый из нас, человеков, обладает не только уникальными отпечатками пальцев, радужной оболочкой глаза и так далее, но ещё и, скажем так, отличающейся «задней поверхностью тела».

Процедура, упрощённо, выглядит так — гонщика сажают в кокпит машины на полиэтиленовый пакет, заполненный полимерными шариками, смешанными с эпоксидной смолой. Смесь застывает и образуется слепок самой важной для изготовления сиденья части. После по этому слепку делают само сиденье.

Как итог — и сидеть комфортно, и безопасность повышается, так как ремни безопасности максимально плотно прижимают гонщика и не дают ему болтаться, а плотная фиксация при аварии это первейшее дело. Кокпит машины и руль очень твёрдые, удариться о них при ударе будет крайне больно, возможно, даже летально.

Бесполезный факт — современное сиденье гонщика весит всего около 1 (!) килограмма, но его изготовление обходится $10–15 тысяч из-за использованию высокотехнологичных материалов и больших трудозатрат. При этом за сезон гонщики могут просить многократно дорабатывать или вообще переделывать заново свои сиденья, если вдруг что-то не понравилось.

(9) Абсолютно так всё и было.

Землетрясение в Кобе 17 января 1995 года