Бензин в крови - Дмитрий Прост

работа во всех отделах практически встала. Технический и административный персонал ощутил необъяснимую жажду, недостаток никотина и кофеина в крови — все одновременно, в едином порыве.

Сотрудники, группами по три-четыре человека, регулярно отрывались от имитации рабочего процесса и либо отходили попить чай-кофе в кухонный уголок, либо выходили на улицу покурить. Перекуры и кофе-брейки длились, само собой, дольше обычного и через непродолжительное время повторялись — те, кто выпил кофе уходили курить, те кто покурили — переходили к чайнику и кофемашине.

Обмен достоверными сведениями и выдаваемыми за достоверные сведения догадками шёл предельно интенсивно, но единой гипотезы не было. Наиболее популярными стали два варианта — заключение контракта с крупным спонсором и объявление состава пилотов на новый сезон.

Вернее, объявление второго пилота.

С Доминико Скиатарелла контракт продлили ещё в прошлом году. Он провёл за команду две гонки — Гран-при Европы в Хересе и Гран-при Австралии в Аделаиде, оба раза успешно пройдя предквалификацию, но финишировал лишь в Хересе, последним из девятнадцати приехавших на финиш. В Аделаиде он сошёл из-за отказа коробки передач.

У механиков насчёт Доминико иллюзий не было. Все понимали, что в команде он остался скорее оттого, что принёс хороший спонсорский пакет от какого-то спортивного маркетингового агентства. Хотя если судить по тому, что блистал он только в младших сериях, да и было это ещё в конце 1980-х, его взнос должен был с трудом помещаться в атташе-кейс (7).

Вторым пилотом вроде как должен был стать японец Хидэки Нода, даже предварительный контракт подписали ещё осенью. Ребята рассказывали, что он несколько раз приезжал на базу в конце минувшего сезона и даже прошёл подгонку сиденья (8) в конце декабря.

Но буквально месяц назад в Японии произошло какое-то очень уж сильное землетрясение и спонсорам пилота из Страны восходящего солнца стало не до финансирования его выступлений в Формуле-1. Японцы не поняли бы — и это мягко сказано (9).

Так что вопрос со вторым пилотом повис без решения, но особо по этому поводу никто в команде не переживал. Желающих попасть за руль машины Формулы-1 всегда было больше, чем доступных вакансий.

Собрание началось почти на час позже назначенного времени, когда напряжённое ожидание коллектива уже переросло в лёгкое беспокойство. С улицы забежали находившиеся на очередном перекуре ребята и с криком «Едет! Едет!» ринулись в раздевалку скидывать куртки. Эта парочка будто запустила броуновское движение — вдруг все, разом, окончательно побросали свои дела и стали собираться в центральном проходе ангара.

Небольшой пятачок перед лестницей на мезонин оказался единственным местом, где хоть как-то смогли разместиться все сотрудники команды. Пусть некоторым при этом и пришлось стоять возле затихших станков или тесниться у самых стен, находя свободное пространство между стеллажам с инструментом и заготовками деталей.

Негромкий гул от тихо переговаривающихся четырёх десятков людей, отчётливо слышимый в гулком пространстве, моментально стих, когда с улицы вошёл Ник Вирт в сопровождении Пола Крукса и какого-то молодого человека, на вид лишь немного старше самого Джеймса.

Прямой, чуть вздёрнутый нос. Квадратный подбородок, тёмные волосы средней длины, с ровным центральным пробором. Полные губы, обрамляющие идеальную голливудскую улыбку. И узкие миндалевидные глаза с лёгким прищуром.

Узнавание ошеломило, у Коллинза аж сбило дыхание, а сердце бешено заколотилось. Прямо как в прошлом. То есть, будущем.

«Твою мать! Я же точно это знал, знал!» — Джеймс мысленно хлопнул себя по лбу.

Йос Ферстаппен, который сейчас шагал рядышком с руководством Simtek, потерял место во второй машине Benetton ещё в прошлом году, когда последние две гонки сезона вместо него проехал Джонни Херберт, контракт которого выкупили у Lotus.

Будущая буйная легенда, чьё главное достижение, сын Макс, ещё впереди. Сейчас же Йос молодой и весьма перспективный гонщик, дважды побывавший на подиуме Формулы-1. Неплохое достижение для дебютного сезона, но критики справедливо отмечали, что можно было бы добиться и большего за рулём той же машины, на которой Михаэль Шумахер стал чемпионом мира.

Как писали в Autosport «приход опытного британца вместо быстрого, но неопытного и часто ошибающегося голландца должен помочь Benetton в борьбе за Кубок Конструкторов». Херберт, правда, в обеих последних гонках сезона сошёл и своей задачи не выполнил, но как «верный оруженосец» и однозначно второй номер вполне устраивал руководителя команды Флавио Бриатторе.

Так что на сезон 1995 года «подписали» именно Джонни, а Йосу начали подыскивать команду, чтобы тот набрался опыта при поддержке Benetton, который контракт с Ферстаппеном не разрывал — его лишь высадили из боевой машины, сохранив место тест-пилота. Но теперь вопрос с местом на будущий год, очевидно, решён.

Троица поднялась до площадки на середине лестницы, ведущей на мезонин, где и остановилась. С высоты в пару метров их было хорошо видно всем собравшимся.

— Ребята, всем привет! — босс Simtek Ник Вирт придвинулся к ограждению и приветственно махнул рукой. Его голос отразился от стен ангара быстро затихшим эхом. Вся команда терпеливо пожирала шефа глазами и готова была принимать новости, в нервном ожидании которых и провела всё утро.

Молодой мужчина, которому только в марте исполнится тридцать шесть, выглядел менеджером среднего звена в большой корпорации. Рубашка, брюки и неаккуратно причёсанные тёмные волосы, открывающие высокий лоб с наметившимися «интеллигентскими» залысинами. Очки, которые он обычно носил, сейчас были зацеплены дужкой за нагрудный карман пиджака и пускали блики, отражая свет потолочных ламп.

Слегка оттопыренные уши и чисто выбритое, до синевы щёк, чуть пухлое округлое лицо дополняли образ хорошего парня. Прилежного, старательного, талантливого — но, на вид, не вполне приспособленного к суровым жизненным вызовам. Стереотипного «умника».

— Спасибо, что собрались. Парни, есть несколько новостей. Одна — так себе, ещё две — хорошие. Начну по порядку, — Вирт скомкал прелюдию и сразу перешёл к делу. — Мы пропустили возможность протестировать машину в Эшториле и Хересе и, теперь уже точно, не поедем в Барселону. Важные тестовые сессии упущены, к сожалению, и вы прекрасно знаете причину — машина не готова…

Судя по манере речи, руководитель команды не любил тратить время зря — в разговоре использовал короткие однозначные фразы, давая минимум лишней информации. Только суть.

Он сходу озвучил то, о чём большая часть команды шепталась по углам весь январь — они не успевают.

Все топ-команды уже вывели машины нового сезона на частные тесты. Ferrari провела сначала обкатку своей 412T2 на коротком треке во Фьорано, а после — провела полноценные тесты на собственном треке, специально построенном для