Хранительница замка - Райан Гродин

– «Дракон-вегетарианец – не самый страшный враг», – прочитала Фэй вслух. – А что, отлично сказано!

Иллиан, похоже, ничего забавного в этом не находила.

– Читай дальше, – нетерпеливо сказала она.

Фэй пробежала глазами статью, а принцесса тем временем разбивала комья земли. Ее движения напомнили Фэй размахивавшего мечом Вэнса. Хвала Равновесию, об этом эпизоде мистер Борзопёр в статье упоминать не стал.

Но утреннее действо еще было далеко от завершения. Семь василисков вылупились из яиц и подожгли сад вокруг замка, что вынудило участников вступить с ними в схватку. Недюжинную смекалку проявил Его Королевское Высочество принц Макс, заставив чудовищ увидеть их собственные отражения. Входила ли эта битва в изначальный план, остается неясным. Если да, то это впечатляет. Если же нет… Что ж, тогда это повод для отдельной статьи, в которой нам придется взглянуть на происходящее под иным углом. Как мы вообще доверили оберегать Равновесие человеку, настолько неорганизованному? Возможно, его грядущая отставка – действительно лучшее решение?

Прочитав последние строки, Фэй поморщилась.

Запад вряд ли обрадуется, когда газета попадет ему в руки. Она посмотрела на возмущенную Иллиан.

– Написано резко, согласна. Но чтобы прямо несправедливо – ну нет, – сказала Фэй. – Волшебник Запад и правда ужасно неорганизованный. Даже систему подсчета очков не продумал.

– Да я не об этом! Борзопёр столько всего упустил! И приписал все заслуги в победе над василисками Максу, а ведь про отражения это ты придумала. И столовые приборы собрать тоже предложила ты! Без тебя эти адовы курицы нас склевали бы! – воскликнула Иллиан. – Тебе бы сейчас поздравления принимать и награды. А ты в земле копаешься!

Фэй забрала у принцессы грабли, и кустолени облегченно выдохнули.

– Я привыкла, – напомнила она принцессе, – я же служанка.

– И девочка, – вздохнув, Иллиан сложила газету и посмотрела на фотографию брата. – Знай, будь ты мальчиком, волшебник Запад отдал бы победу тебе и часами воспевал бы твои заслуги.

В этом Фэй сомневалась. Впрочем, какая разница? В ближайшее время все равно ничего не изменится.

– Я рада, что вся слава досталась Максу.

– А я нет.

– Почему? – удивилась Фэй. – Он добрый. И умный. Из него получится отличный волшебник Запад.

Иллиан прикусила губу. На щеках у нее проступил румянец, а лоб покрылся капельками пота.

– Можно я открою тебе одну тайну? – неуверенно спросила она.

Фэй моргнула.

– Конечно. То есть да, Ваше Высочество.

– Ладно… – Иллиан выдохнула и разгладила складки на юбке. – Я тебе сейчас кое-что расскажу, но ты пообещай, что никому не расскажешь. Поклянись тем, что тебе дороже всего!

Папа, Нел, Рена, Пак… Но ведь они не вещи, а вещей у Фэй мало. Клясться своей сумкой как-то глупо. Граблями тоже. И она назвала единственный ценный для нее предмет:

– Клянусь Селурдуром, что никому не выдам твоей тайны!

Это принцессу устроило.

– Макс не хочет быть королем. И никогда не хотел. Даже в детстве он вечно сбрасывал корону с лестницы или топил в пруду. Отец пытался подготовить Макса к престолу – нанял ему учителей риторики и стрельбы из лука, но на самом деле брат мечтает только изобретать всякие штуки. Тут он прямо молодец! Ты бы видела его лабораторию в Ретнеке! Там столько всяких чудес – вот наподобие тех очков, которые он тебе сегодня дал. А сейчас он придумывает новый летательный аппарат, называется самолет. У него крылья с перьями, как у птицы, и Макс говорит, что он будет в два раза быстрее дирижабля, только надо чуть-чуть доделать.

На переносице у Иллиан тоже выступил пот, и принцесса потерла нос ладонью.

– Просто… Это я хочу стать правительницей. Я родилась на целых две минуты раньше Макса и гораздо лучше него разбираюсь в картах, общаюсь с придворными и делаю все то, что полагается королю. Будь я мальчиком, никаких вопросов о престолонаследии вообще не возникло бы, но по закону корону мне завещать нельзя, ведь я девочка! Глупость. Ужасная глупость! У отца достаточно власти, чтобы изменить законы, но он чересчур консервативный.

Даже в сумерках Фэй видела, как лицо принцессы пылает от гнева.

– Макс со мной согласен. Мы с ним часто говорим о том, что лучше бы мне стать королевой. И даже тайно договорились, что… – она глубоко, словно готовясь нырнуть, вздохнула, – что как только Макса коронуют, он изменит законодательство и примет закон, разрешающий женщинам править. А потом отречется от трона и передаст его мне.

– Ух ты, – пробормотала Фэй.

Тайна и впрямь великая. Внезапно даже Селурдур перестал казаться достойным залогом, чтобы хранить ее, и Фэй не понимала, почему из всего множества людей Иллиан решила довериться прислуге.

– Понимаешь, – продолжала принцесса, – Макс ни в коем случае не должен становиться следующим волшебником Западом! Тогда наш план пойдет наперекосяк, и корону получит следующий наследник мужского пола. Трон достанется моему двоюродному брату Вэнсу!

Фэй ахнула. Вэнс Грейвсворт в роли волшебника Запада – это, конечно, плохо. Но представить его следующим королем Солума, правителем, на котором лежит ответственность за всю страну, это вообще немыслимо!

– Теперь поняла? – спросила Иллиан. – Максу нельзя, ни при каких обстоятельствах нельзя выйти победителем турнира. От этого зависит будущее нашей страны! Надо сделать так, чтобы следующее испытание он продул.

– То есть всех обмануть?

Принцесса поморщилась.

– По-твоему, если просто не пытаешься выиграть, это обман? – спросила она.

Фэй засомневалась. Папа, вероятнее всего, сказал бы «да». Пак наверняка ответил бы «нет». Кустолени, сейчас повторяющие фигуры волшебников Западов, просто пожали бы вырезанными из листьев плечами, явно намекая, что весь этот турнир – лишь прихоть капризного призрака.

– Пожалуйста, помоги мне, Фэй! Ты так много знаешь о замке и всем поместье, и здесь ты единственная, кому я доверяю! – Иллиан снова взмахнула газетой. – Эта слава по праву принадлежит тебе, и когда я стану королевой, ты ее получишь! Вместе мы изменим мир!

Мир? Это очень-очень много. Так много, что служанка с граблями вряд ли справится. С другой стороны, Иллиан… Фэй вспомнила, как принцесса ослушалась отца и испачкала платье. Она ничуть не глупее брата, и ей ничто не помешает когда-нибудь стать правительницей Солума.

И ничто не мешает Фэй ей помочь.

– Ладно, – с опаской согласилась она.

Иллиан расплылась в улыбке.

– Значит, по рукам?

– По рукам, – кивнула Фэй, – но при условии, что новым волшебником Западом Вэнса тоже не изберут.

Улыбка Иллиан немного поблекла.

– Ужасно жаль, что он сегодня так обошелся с твоим драконом…

– Зато самому ему вряд ли жаль, – сказала Фэй.

– Вэнс не всегда вел себя как гоблин.