"Фантастика 2026-50". Компиляция. Книги 1-22 - Юлия Александровна Зонис

«Одиночка», – прорычал Ягуар на языке, который был старше, чем высившиеся на севере горы.

Рослый человек в деревне, словно услышав этот рык, отвлекся от своего занятия. Он выпрямился, поднял голову и помахал рукой, хотя, конечно, никак не мог видеть скрытого лесным сумраком и листвой зверя. Зверю сделалось зябко, и, если бы такое слово нашлось в его языке, он понял бы, что испытывает страх.

Глава 6

Сердолик, лето 2167 года. Линни, Ли и Андрей

1. Гекатомба

Они вышли к деревне уже ближе к полудню, и первое, что услышала Линда, – это басовитое жужжание тысяч и тысяч мух. Потом в ноздри ударила вонь, намного сильнее, чем ночью, и ее снова скрутило рвотным позывом.

Рядом Ли резко втянула воздух, пахнущий смертью.

– Матлал, – пробормотала она.

– Что? – переспросила Линда, кашляя и прикрывая нос и рот рукой.

Однако ее клон, не слушая, рванула с места и понеслась по натоптанной тропе к деревенской площади. Бежала стрелой, будто у нее и не было засохшей нашлепки на раненом плече и ссадин на руках и ногах, которые за время их пути успела разглядеть Линда.

– Стой! – запоздало проорала она, уже понимая, что слушать ее не станут.

Идти к деревне больше не хотелось. Вообще никуда не хотелось идти, хотелось сесть, закрыть глаза и позволить жужжащим мухам сожрать и ее. Очевидно, Варгас – или тот зверь, в которого он превратился, – успел сюда раньше, и что теперь? После такого возврата уже не будет, ни для него, ни для нее.

Когда она все же, хромая, вышла на деревенскую площадь, половину которой закрыла короткая и резко очерченная тень святилища, Ли разговаривала с каким-то высоким мужчиной. И мужчина держал ее за руки. Сжимал ее предплечья, как будто так и надо, хотя кроме того неуверенного прикосновения к плечу ей Ли даже руку не пожала. Через секунду, сощурив больные от недосыпа и яркого солнца глаза, Линда узнала в мужчине отца Леонида. Она подошла ближе. Леонид даже не смотрел на нее, только на Ли, как будто потерял ее клона навсегда и вновь внезапно обрел, как будто больше никого и ничего на этой площади не было – ни распятых на крестах, ни горы трупов, ни мух, ни вьющихся чуть выше хищных птиц. Ни грязи, ни крови, ни смерти, ровно ничего более достойного внимания, чем Ли.

Он был совсем не похож на своего брата. Тот весь состоял из углов, а этот – скала, монолит, словно и тень на площадь отбрасывал не достроенный наконец-то зиккурат, а он сам. Кстати, зиккурат. Линда подняла голову. На вершине его стоял не храм и не алтарь. Там торчала огромная, из цельных бревен сложенная деревянная клетка.

Линда зло кашлянула.

Двое обернулись.

– А вы действительно похожи, – сказал брат Андрея на прекрасном шведском.

– Что здесь произошло? – сухо ответила по-английски Линда.

Почему-то ей не хотелось говорить с этим человеком на родном языке.

– Линни, – запоздало и глупо, как показалось ей, улыбнулась Ли. – Познакомься. Он атлант, но я зову его Леонидом.

– Очень приятно, – ядовито ответила Линда, чувствуя, что благословенная злость нарастает. – Может, атлант Леонид, также известный как шестикрылый серафим, будет так добр и объяснит нам, что тут произошло и кто убил этих людей.

– Серафим? – нахмурилась Ли. – При чем тут…

Леонид вскинул руки в обезоруживающем жесте и улыбнулся. Само очарование, только руки у него были по локоть в крови. И, конечно, ни следа золотых доспехов и крыльев, только изодранная и заляпанная сутана, или чем там была при жизни эта ветошь.

– Твоя сестра видела меня во сне. Ну, не совсем меня…

– Она мне не сестра! – возмутилась Ли.

– Но вы как двойняшки, – продолжал лыбиться атлант-серафим. – Приятно познакомиться с семьей моей девушки.

– Я не твоя девушка…

– Может, прекратите семейную сцену? – прошипела Линда. – Вы стоите среди трупов. Мне плевать, в каких вы там отношениях, но у тебя, Леонид, кровь на руках, а тут все мертвые. Что прикажешь думать?

Атлант растерянно взглянул на собственные ладони, как будто только сейчас заметил, как они выглядят.

– Я носил тела. А они… не в лучшем состоянии. Может, пойдем в дом, я только помою руки. Там есть какая-то еда и, кажется, одежда. Извини, Линни, я не готовился к приему гостей.

«Она даже мое внутреннее имя ему разболтала!» – мысленно прокляла клона Линда.

И все же стоять на жаре среди трупов и правда было невмоготу. Леонид махнул в сторону большой хижины на сваях и потянул Ли за собой. Ничего не оставалось, как потащиться следом.

* * *

В хижине пахло не особо лучше, но хотя бы не было так жарко. Мясистые плотные листья, из которых была сложена крыша, не пропускали солнце, но острые лучики пробивались сквозь щели в стенах. От этого казалось, что они тоже сидят в клетке, только сколоченной из чистого света.

– Итак, Леонид, – сказала Линда, отрываясь от выдолбленной и высушенной тыквы с водой.

Есть ей уже не хотелось. В голове тонко и неприятно звенело. Но усталости она, как ни странно, не чувствовала. Если бы еще не этот звон в ушах.

Атлант, державший Ли за руку – эдакое сокровище, – ободряюще ей улыбнулся.

– Ты хочешь спросить, что здесь произошло?

– Именно этого я и хочу.

– Руку отпусти, – тихо прошипела Ли, не особенно, впрочем, вырываясь.

Леонид и не подумал ее послушаться.

– Видишь ли, Линни-со-звезд, я могу только предполагать. Я знаю, что вечером пришел в эту хижину, а Ли не было.

«Они еще и живут вместе, как мило», – внутренне рявкнула она.

– Я пошел ее искать по деревне. А там уже обнаружили, что охранник не в себе, а один из пленных – не думай, что я тут кого-то силой держу, просто они хотели меня убить, – в общем, что он сбежал. Ли тоже не было, и я подумал, что он уволок ее в лес. Как заложницу.

– Никто меня не уволакивал… – начала было Ли, но атлант прервал ее.

– Подожди. В общем, я начал ее искать – кроме прочего, я довольно сильный психик, если тебе так понятней, – но не нашел ее следов в психополе планеты. Вообще ничего.

Линда вспомнила, как сама искала этот след, но нащупывала лишь пустоту. Может, он и не врет… Или не во всем врет.

– И я запаниковал, потому что, знаешь… Твоя сестренка мне нравится.

– Я заметила.

И еще заметила, как по щекам Ли поползли румяные пятна. Так вот чего ей,