Боярский сын. Боец. Часть 2 - Алексей Владимирович Калинин

огонь. В огромную тушу тут же впились сотни пуль, начали врывать куски плоти. Матка корчилась, извивалась в своей луже, поливала склоны кратера хаотичными потоками кислоты, но мы для её слюней были недосягаемы.

Яромир и отец укрылись за выступами скал и методично закидывали матку плазменными шарами. Каждый такой шар, взрываясь на её туше, оставлял после себя, обугленные воронки размером с колесо автомобиля.

Я присел на колено за своим камнем. Мой прицел искал уязвимые места. Голова. Сочленения пульсирующих вен на брюхе.

Бах! Бах! Бах!

Пули с золотистым шлейфом вонзались точно в цель. Они заставляли тварь корчиться и изрыгать потоки крови. Она смешивалась с кислотой и превращала дно кратера в мерзкое болото.

Матка пыталась рожать новых защитников. Однако новорожденные муравьи, не успев толком обсохнуть, тут же попадали под огонь наших автоматов и разлетались ошмётками по жиже болота.

Агония твари длилась недолго. Под массированным огнем крупнокалиберного оружия и ударами боевой магии, огромная туша не смогла долго продержаться.

Очередной плазменный шар, пущенный отцом, угодил прямо в открытую пасть матки, в тот момент, когда она собиралась плюнуть кислотой. Взрыв произошел где-то у неё внутри.

Здоровенная, бесформенная гора плоти содрогнулась в последний раз, издала жуткий, пронзительный визг и с мокрым звуком лопнула пополам, разлетевшись на тонны гнилого мяса и слизи.

Дело было сделано. Основа портала уничтожена. Матка сдохла.

— Отличная работа! Всем отход! Немедленно! — голос отца резко прозвучал в наушнике. — Уходим, пока портал не начал коллапсировать! Задерживаться нельзя ни на секунду!

Я прекрасно понимал его спешку. После уничтожения основы-якоря, пространственная аномалия теряла стабильность. Портал обычно существовал от десяти до пятнадцати минут, после чего стремительно сворачивался, навсегда отрезая путь домой.

Мы сорвались с места, перепрыгивая через камни и трупы муравьев, стараясь не вляпаться в лужи кислоты. Бежали быстро, тяжело дыша, постоянно оглядываясь на багровое небо, ожидая, что на предсмертный вопль матки слетятся другие обитатели Изнанки. Но нам повезло.

Похоже, что всех противников успели положить при подходе к основе.

Добежав до мерцающей зеленой пелены портала, мы по очереди, не снижая скорости, начали нырять в него. Я проскочил одним из последних, спиной чувствуя, как пространство Изнанки начинает зловеще гудеть и вибрировать, готовясь схлопнуться.

Вывалившись на заснеженную землю нашего парка, я открыл визор, жадно хватая ртом морозный, чистый земной воздух. Боже, как же вкусно он пах! Никакой серы, никакого гниения. Просто снег и просто ветер.

Я поднялся на ноги, отряхиваясь, и обернулся.

Отец вышел последним. Едва он сделал два шага от портала, как зеленое марево за нашими спинами начало схлопываться. Оно задрожало, края прорехи начали стремительно загибаться внутрь, засасывая окружающий воздух с пронзительным свистом. А затем, зеленое пятно просто съёжилось в одну ослепительную точку размером с горошину и с тихим, сухим хлопком — «пуф!» — пропало без следа.

Прорыв был закрыт. Окончательно и бесповоротно.

Над парком повисла тишина. И только десятки расчлененных, обгоревших трупов здоровенных муравьев-переростков, чернеющих на белом снегу, своим видом подтверждали, что всё это не было дурным сном, и что здесь действительно только что была открыта дверь в преисподнюю.

Отец снял шлем. Его лицо было бледным, покрытым каплями пота, но в глазах светилось удовлетворение от выполненного долга.

— Гордей, — он повернулся к командиру безопасников, который с облегчением опустил автомат. — Вызывай команду зачистки. Эту биомассу нужно срочно утилизировать, сжечь и обработать землю, чтобы никакая зараза не пустила здесь корни.

Святослав Васильевич посмотрел на своих бойцов. Потом снова взглянул на Гордея

— Оставь десяток воинов на оцепление и помощь команде зачистки. Остальным можно расходиться по домам и отдыхать. Вы сегодня славно потрудились, парни. Горжусь каждым из вас. Награда не заставит себя ждать…

Его голос дрогнул, когда он посмотрел на накрытые плащами тела наших погибших солдат.

— Семьям убитых мы окажем полную поддержку. Никого не оставлю без внимания. Раненых в госпиталь, обеспечить им всю возможную медицинскую помощь и уход за счет рода.

— Так точно, Ваша Милость! — отчеканил Гордей.

Мы с Яромиром стояли рядом с отцом, молча стянув шлемы. Брат выглядел измотанным, его руки, лишенные перчаток, мелко дрожали от истощения. Да уж, не хотел бы я испытывать такое вот с похмелья…

Потом мы втроем побрели по расчищенной дорожке в сторону особняка, оставляя позади суету ликвидаторов.

По пути домой, когда мы уже подходили к парадному крыльцу, Яромир вдруг остановился. Он нерешительно посмотрел на спину идущего впереди отца, переступил с ноги на ногу и, прокашлявшись, попытался что-то сказать.

— Отец… я… я хотел за… за то, что было в холле. Я был… Я понимаю, что…

Он запнулся.

Святослав Васильевич остановился. Вздохнул и сделал шаг навстречу Яромиру.

Вместо того, чтобы что-то высказать, он крепко обнял сына, прижал его к груди.

Яромир на секунду опешил, а затем судорожно выдохнул и неуклюже обнял отца в ответ.

— Не нужно, Ярик. Молчи, — тихо сказал Святослав Васильевич, похлопывая сына по широкой спине. — Слова сейчас излишни. Ты доказал свою преданность роду, когда шагнул за мной в портал. Ты стоял плечом к плечу вместе со мной. А это важнее любых пьяных выходк.

Отец отстранился, заглянув в блестящие глаза Яромира, и мягко улыбнулся.

— Сегодня нужен отдых, сын. Мы все заслужили этот покой. Пошли, мне что-то чая с лимоном захотелось…

— А я бы бутер с колбасой заточил. Ты как, Ярик? — подмигнул я брату.

Яромир кивнул и как будто бы проглотил подступивший к горлу ком.

Глава 9

Утро в поместье Ярославских выдалось на редкость спокойным. Как будто Матрёшка и Егорка поняли всю важность сна хозяев и не стали бушевать что есть мочи. Да и самих их не было — с утра умчались на пробежку.

Задиры тоже не наблюдалось. Скорее всего, он увязался за маленьким хозяином.

После быстрого душа и одевания я спустился. Заглянул в холл. Того самого кресла, которое вчера вечером мой старший братец так безжалостно поджарил, не было. На его месте стоял другой, как будто только что из магазина. Успели заменить за ночь? Или похожий где-то стоял на складе? В любом случае — слуги у нас работали неплохо.

Позавтракали тихо. Отец сидел во главе стола, просматривал сводки на планшете и неторопливо пил крепкий кофе. Про вчерашний дебош даже не упоминал. Как будто ничего не было.

Яромир ковырялся вилкой в яичнице так, будто пытался найти в глубинах желтка