Тигель - Влада Львовна Медведникова

кулаки, шагнул вперед. Да ну, ерунда! Подумаешь, болит. В первый день в нижнем мире было куда хуже. А сейчас тело легкое, пол пружинит, можно прыгнуть высоко-высоко. И уж точно Риз допрыгнет до колпака, закроет пролом, заслонит пламя. Или даже погасит!

Стекло хрустнуло, покрылось сетью ослепительных трещин, словно морозным узором. Некогда ждать!

Риз прыгнул.

Готов был врезаться в стекло, обжечься – но ворвался в снежную белизну. Она бурлила, захлестывала душу, дробилась на лазурь и багрянец, на лиловые всплески и зеленые вихри. Холод и жар, бескрайняя буря, не удержать ее, не справиться – она расплавит все, к чему прикоснется. Нет, он должен справиться, должен! Он не позволит пламени вырваться!

– Риз! – крикнула Хиша.

Золотые ростки пронзили кипящий свет и растаяли. На миг под ногами появилась опора, и Риз оттолкнулся от нее изо всех сил, рванулся вверх.

И упал в лиловую траву.

По бледному небу ползли облака, розовато-белые, похожие на комья птичьего пуха. Риз смотрел на них сквозь стебли и листья, а те лениво шелестели на ветру. Незнакомые запахи обволакивали, дурманили мысли. Неспешная, первозданная жизнь дышала со всех сторон и, казалось, шептала: «Бери сколько хочешь, пей, пока не насытишься, исчерпать не сумеешь. Отдыхай, куда тебе спешить? Останься в безмятежном покое, усни».

Что за чушь!

Риз сел рывком – и увидел Хишу.

Она лежала как тогда, в пустыне. Да, точно как в тот раз: безвольно раскинула руки, только рукавиц на них не было и шлем не заслонял лицо. Глаза закрыты, совсем бледная, дышит ли? Риз наклонился к ней и вдруг заметил мерцающие золотые искры. Значит, с Хишей все хорошо, она жива! Но неужели даже сейчас делится своей силой?

Только искры текли не от Хиши. Они кружились вокруг пальцев Риза, свивались в лучи. Но зачем они ему сейчас? Ей нужнее!

Риз взял ее за руку, сжал крепко-крепко. Ростки силы задрожали, а потом устремились к Хише, коснулись ее ладони и исчезли под кожей.

Хиша вздохнула и открыла глаза.

– Риз, – сказала она и замерла. Тени скользили по ее лицу, в зрачках отражались пурпурные блики. – Мы живы?

– Конечно! – Риз поднялся и помог встать Хише. – Это восьмой мир!

Насколько хватало глаз, простиралась дикая степь. Качалась лиловыми волнами, звучала стрекотом жуков, пением птиц. Трава шуршала, в воздухе плыл запах соцветий. Да, восьмой мир, так его и описывали, таким рисовали! Совсем невысоко удалось прыгнуть, только сюда. Нет, еще как высоко! Ведь и Варма, и исследователи твердили, что Ризу теперь никуда не выбраться из нижнего мира. А он сумел, да еще вместе с Хишей! Только где же то жуткое разноцветное пламя? Неужели они просто сбежали от взрыва, а те, кто остался внизу…

– Я здесь на самом деле, – прошептала Хиша. Она теребила косички, перебегала пальцами от одной бусины к другой. – По-настоящему. Так ведь не бывает. Шаманы только заглядывают сюда, могут издали что-то менять. Но чтобы так, в своем теле… Наверное, свет из колбы нас сюда выкинул.

Точно! Риз ведь хотел его удержать, унести далеко, чтобы никто не погиб. А Ица зачем рвалась к этому свету?

Да была ли она там вообще? Сейчас и не понять, что правда произошло, а что померещилось.

Хиша дернула Риза за рукав:

– Надо узнать, что случилось. Хотя бы посмотреть, если мы тут застряли.

Как будто сложно прыгнуть вниз! Всегда проще, чем вверх. Удавалось же Ризу спускаться во второй мир, и тут удастся. А если представить нужное место, так и вовсе будет просто.

Но белая комната не желала вспоминаться, распадалась на отблески и вспышки. Зато пустыню Риз помнил прекрасно: багряные камни, трещины в сухой земле, следы от колес, раскаленный воздух и дрожащее марево у горизонта.

Хиша вдруг отшатнулась, указала вниз:

– Смотри!

Земля уже не казалась твердой. Сочные стебли по-прежнему качались на ветру, но почва под ними стала хрупкой, бледнела и таяла. Превращалась в тонкую полупрозрачную корку, и сквозь нее тянуло жаром, проступали алые очертания.

– Смотри, Риз, там же наш вездеход! И люди! Это Нивер и Куго? Или нет?

А что толку гадать!

Риз схватил Хишу за руку и прыгнул вниз.

Часть 2

Восхождение

Глава 10

Амулет

Ужасно хотелось спать.

Риз боролся с собой: то и дело встряхивался, отгонял дремоту и озирался по сторонам. Смотрел на белые стены, на кругляш лампы над головой, на длинный стол, заваленный приборами. Покопаться бы в них, понять, что это за штуки! Но даже любопытство не могло одолеть дремоту.

А вот Хиша не выглядела сонной. Сидела рядом, стиснув руки в замок, односложно отвечала шаману.

Точно! Нельзя спать, нельзя отвлекаться, ведь здесь колдун. Похож чем-то на Хишу – может, дальняя родня? – и те же красные бусины в волосах. А вот такого медальона у Хиши нет: круглого, багряного, с неразборчивой гравировкой. Зато похожий амулет был у той ведьмы, Вармы! Этот шаман ничего не требует, вещи Риза не просит, но мало ли что он задумал.

Нивер и Куго тоже ему не доверяли. В разговор не вмешивались, но сидели рядом, внимательно следили. И только у Риза слипались глаза и путались мысли. Шаман его зачаровал? Нет, Хиша бы заметила, предупредила.

А ведь сначала Риза переполняли силы!

Он так легко спрыгнул: восьмой мир лиловым всполохом пронесся мимо, и тут же подошвы ботинок врезались в твердую почву пустыни. Риз поймал Хишу, не дал ей упасть. Эхо удара гудело в костях, но Риз не чувствовал ни тяжести, ни боли. Мог бы тут же выпрыгнуть снова! Только нельзя же пугать взрослых.

Нивер и Куго и без того ужасно волновались. Говорили наперебой, но Риз их едва понимал: голоса за забралами звучали искаженно и странно. Неудивительно, что сверху трудно было разглядеть, кто там стоит рядом с вездеходом. Шлемы, бесформенные плащи и рукавицы сделали взрослых похожими друг на друга.

Риз пытался рассказать о восьмом мире, а Хиша спрашивала, что с другими детьми. Но Нивер не стал ни отвечать, ни слушать. Жестом велел идти к ближайшему жилищу, а сам вернулся к вездеходу, принялся задраивать люк. Ничего не оставалось – только послушаться, вприпрыжку домчаться до огромных дверей, нырнуть под крышу. И там ждать, когда же подоспеют взрослые.

Первым появился Куго, поспешно снял шлем, и тут началось: «Куда вы пропали? Мы вас искали по всей базе, хотели уже идти в пустыню».

«Говорю же, мы выпрыгнули в восьмой